Женя Громова – Умница для мажора (страница 12)

Гул в аудитории стих, все замерли, наблюдая за происходящим. Никто не осмеливался вмешаться — даже Громов.

В этот момент стало ясно: Костя не тот, кто потерпит насмешек над собой.

Лицо Джонни мгновенно изменилось — ухмылка стёрлась, а в глазах промелькнул страх.

— Да ладно тебе, Кащей, чё, пошутить нельзя?

— Смотри, чтобы тебе самому не пришлось язык стереть обо что-нибудь шершавое, — прошипел Костя на ухо Джони.

Я как-то неловко схватила Кащеева за рукав. Сама не знаю, что на меня нашло! Не хотела, чтобы они дрались.

Костя взглянул на меня с усмешкой.

— Не бойся, умница.

Я поспешно разжала пальцы.

— Вы там закончили? — вмешался Громов.

— Ещё минуту, профессор! — ответил Костя, а затем снова приблизил рот к уху Джони.

Он говорил тихо, но я стояла рядом и всё услышала.

— Ещё хоть раз посмеешь сказать что-то обо мне или о Насте или, не дай Бог, тронешь её, я лично прослежу, чтобы ты об этом пожалел.

Его голос был тихим, но угрожающим, и от этого становилось ещё страшнее.

Я не сразу поняла, что он говорил обо мне. Он назвал меня Настей!.. Защитил? Зачем?

— Ясно тебе? — повторил Костя.

— Понял, понял… — пробормотал Джонни, сдавленно кивая и пытаясь оттолкнуться от Кости, но Кащеев держал его крепко. Его глаза полыхали яростью, и, наконец, он с разочарованным презрением отпустил однокурсника.

Тот, шатаясь, отпрянул и сел ровно, оглядываясь на своих дружков в поисках поддержки, но те отводили взгляды.

Костя спокойно развернулся, словно ничего и не произошло.

Я не знала, куда деться от неловкости.

— Можете продолжать, профессор! Мы разрешили конфликтную ситуацию. Да, Джони? — Костя повернулся назад.

— Д-да, — угрюмо подтвердил Джони.

— Очень рад, — жёстко отчеканил Громов.

Пара продолжилась,Громов с холодным лицом продолжил лекцию, но я уже не могла сосредоточиться. Каждое движение Кости рядом со мной отзывалось в теле нервным напряжением. Пальцы немного потрясывались, всё-таки я сильно испугалась

Никто больше не осмеливался перешёптываться или насмехаться — все будто почувствовали границы, которые очертил Костя.

— Что? Не поблагодаришь за шоу? — шепнул Кащеев, вновь положив руку на спинку моего стула.

Я лишь тяжело выдохнула, не зная, что сказать.

— От тебя пахнет моим шампунем, — произнёс он, вогнав меня в краску. — Мне нравится.

Не знаю, как я усидела за партой до конца занятия, но когда Громов скомандовал окончание лекции, я нервно встала и закрыла тетрадь с конспектом.

Моя сумка всё ещё лежала на стуле около Кости. Народ постепенно покидал кабинет, бросая мимолётные взгляды в нашу сторону.

—- Подай сумку, пожалуйста, — попросила я дрожащим голосом.

— В ресторане отдам, — усмехнулся он.

Профессор Громов задержался в дверях и бросил на меня недовольный взгляд.

— У вас проблемы? — спросил он с ноткой укора в голосе.

Я посмотрела на Костю, который всё ещё сидел, не собираясь никуда уходить. Его лицо выражало явное удовлетворение от происходящего, и он приподнял одну бровь, как бы подталкивая меня к решению.

— Нет, Евгений Витальевич, — вздохнула я. — Никаких проблем, — тихо ответила, сжав губы.

Громов задумчиво посмотрел на меня, затем коротко глянул на Костю, и, медленно кивнув, произнёс:

— У вас хороший потенциал, Анастасия. Не позволяйте ненужным ситуациям, — взгляд снова скользнул к Косте, — помешать вам достигнуть ваших целей.

Его слова застряли у меня в голове, даже после того как он вышел.

Кабинет опустел, и мы с Кащеевым остались наедине. Я чувствовала себя растерянной, но одновременно возмущённой этой ситуацией.

— Верни мои вещи, мне через пару часов на смену! — строго сказала я, делая шаг вперёд, приближаясь к Кащееву, который блокировал мне проход, стоя между партой и стулом. Моя сумка по-прежнему лежала на сиденье рядом с ним.

Костя лишь усмехнулся, как будто ему было весело наблюдать за моим волнением.

— В ресторане отдам, — ответил он, кидая мне вызывающий взгляд.

— Мне некогда играть в твои глупые игры, золотойф мальчик! — резко бросила я и шагнула вперёд, чтобы обойти его и схватить свою сумку.

Но, едва я наклонилась, перегнувшись через Костю, он мгновенно перехватил мою руку и резко дёрнул меня к себе.

— Пусти! — возмущённо крикнула я, ощущая, как его сильные руки обхватывают меня.

Мгновение, и я сижу у него на коленях, беспомощно брыкаясь в тёплых объятиях, пытаясь вырваться.

Хватка была слишком крепкой и… горячей.

— Какая прыткая! — с издёвкой сказал он, удерживая меня так, словно это была игра.

Его голос, тихий и глубокий, отдавался в моих ушах, заставляя сердце биться быстрее.

Я замерла и зло посмотрела на него.

— Что тебе от меня нужно? — спросила сквозь зубы. — Хочешь доклады? Прекрасно. Ты их получишь.

— Я хочу поужинать с тобой, — сказал он.

— Зачем?

— Не у всего должна быть причина, умница, — его голос был по-прежнему полон издёвки, а глаза сверкали вызовом.

Как бы невзначай, он положил свою руку мне на колено.

— Такие, как ты обычно ужинают в ресторанах, в которых работают такие, как я, — бросила я ему в лицо и вспомнила презрение в глазах его матери сегодня утром.

Щёки снова обжёг стыд, хотя я ничего постыдного не делала.

— Считай, я твоя крёстная фея! — весело заявил Костя.

Смешно ему!

— Подожди, так тебе надо пообедать? Сейчас? — спросил он. — С этого и надо было начинать, значит, идём обедать!

Глава 13. Кто кого съест

Костя схватил мою сумку со стула, меня за руку и потащил нас прочь из аудитории, как будто я была какой-то игрушкой, которую можно таскать за собой по своему желанию. Я почти не сопротивлялась, слишком удивлённая его уверенностью и напористостью.

— Куда пойдём? — спросил он, не выпуская моей руки.

— Никуда! — выпалила я, пытаясь остановить его.