Женя Громова – Подарок для тирана (страница 10)

Телефон остался в машине. После бурной встречи с охраной Хазарова я оказался слегка помят. Свитер порван, губа распухла, горло саднило, костяшки на кулаках стёрты.

Я знал, где можно залечь на дно. Идеально было бы залечь на него в прекрасной компании, но нельзя было впутывать в это Виту. Свернул к трассе и поймал тачку.

— До Кольцово довезёшь?

— Трёшка, — ответил молодой пацан.

— Идёт, — сказал я, садясь на пассажирское. — Дашь телефон? Я свой потерял.

— Аптечка в бардачке, — он неуверенно подал свою мобилу.

— Да не трясись ты, всё нормально, — ответил я, заходя на сайт авиаперевозок.

На такой дерьмовый случай у меня был виртуальный счёт, который мог отследить только очень-очень дотошный хакер. Зарегистрировался на рейс, благо паспорт у меня всегда был с собой, и уставился в окно.

Да, мы не ладили с самого детства, но я любил этого ублюдка. Сука. Как он мог?

В аптечке нашёлся пластырь, а в магазине в аэропорту новая одежда. Через три часа я сидел в самолёте, направляющемся в Москву.

Через ряд от меня села девушка с чёрными волосами. Прямо как у Виты. Сердце как-то жалобно застонало. Она слишком хорошая. Нам не по пути. Ей бы свой дом, семью, детей растить. А со мной её ждут только нервяки и непостоянство.

Стюардесса принесла лёд, я благодарно ей улыбнулся, если мою кривую усмешку с опухшей губой можно было так назвать.

Скоро самолёт оторвался от земли. И я будто бы оставил всего себя там, на взлётно-посадочной полосе. А здесь, в салоне, была только моя оболочка. Я закрыл глаза и целенаправленно расслабился, чтобы поскорее заснуть.

Я всегда был одиночкой. Все эти банды, где мой брат становился главарём, меня только раздражали. Я сотни раз видел, как борясь за статус, мужчины топили тех, кто был рядом. Это вызывало у меня приступ тошноты. Я ни с кем не сближался. Никому не открывался, появляясь то здесь, то там. Но когда брат подставил меня, я понял, что мне нужна своя стая. Своя. Стая.

Когда я открою глаза, мне придётся изменить мышление одиночки.

Теперь я должен буду собрать головорезов, которые будут мне преданы. Которые прикроют спину. Мои ребята.

А потом… я встречусь со своим братом. И вернусь к девушке, которую встретил в новогоднюю ночь.

***

В делах чувство сожаления меня отпустило. Я поехала на новую работу. Клуб оказался не из дешевых. Всё выглядело прилично. Это радовало.

— Приятно познакомиться, — приветливо улыбнулась я бармену Косте, стажёром к которому была приставлена.

Он хмыкнул, повёл своими широкими плечами и продолжил смешивать напитки.

У меня совершенно другое образование, военное, но я решила, что собирать винтовку не может быть тяжелее, чем смешивать коктейли. Научусь!..

И к вечеру у меня уже неплохо получалось.

Когда наша смена заканчивалась и я чувствовала себя выжатой, к барной стойке подошёл уже подвыпивший мужчина.

— Чёрный русский! — заявил он и начал махать пятитысячной купюрой у моего лица.

Я отклонилась и взяла в руки водку и ликёр. На мне была чёрная водолазка и фартук, поэтому я очень удивилась и испугалась, когда подвыпивший мужик больно врезался пальцами посередине моей груди и сгрёб все слои моей одежды. Я упёрлась в его лицо руками, метя пальцами в глаза, как учил папа, потому что мужик продолжал тянуть меня на себя через барную стойку. Это продолжалось несколько секунд, пока два здоровых вышибалы не подлетели мне на помощь.

Освобождённая, я отошла к стене и согнулась, пытаясь отдышаться от потрясения.

— Чёрт, Вита! Пойдём, я провожу тебя на кухню, — сказал Костя, кладя руку мне на спину.

— Я провожу, возвращайся к работе, — перебил его мужчина в чёрных брюках и рубашке.

В его лице было что-то неуловимо знакомое. Он был старше меня. Сколько ему? Лет тридцать? А на висках уже проступили седые волоски. Вёл он себя исключительно уверенно.

Он обхватил моё плечо и потянул на себя.

— Что случилось?

— Этот мужчина напал на меня, — сказала я, не зная, как ещё описать произошедшее.

— Знаешь, чаще всего мужчины сами не нападают. Обычно для этого есть какая-то причина.

Я нахмурила брови. Ну вот, опять кто-то пытается обвинить меня в том, что на меня напали.

— То есть он сгрёб меня за шиворот, потому что я дала для этого повод? Вы на это намекаете? — я остановилась и вырвала свою руку из его цепких пальцев.

— Разве нет? — спросил он.

— Нет, — ответила я.

— Хорошо, потому что мне не нужны проблемные сотрудники.

Сотрудники? Недоумение, должно быть, отразилось на моём лице, потому что мужчина продолжил:

— Дмитрий. Приятно познакомиться.

Он показал ладонью на надпись “staff only”, я пошла туда и чувствовала его взгляд на себе, пока за мной не закрылись двери.

— Привет, ты Вита? — спросила меня чуть полноватая женщина лет сорока.

— Да, — кивнула я.

У неё было очень приятное лицо и светлые волосы до плеч.

— Настя, — она пожала мне руку, — приятно познакомиться! Я главный менеджер клуба. Мне сказали, что ты уже поработала с Костей. Это хорошо. Пойдём, решим всю эту волокиту с бумагами.

— То есть я принята?

— Да, если тебя проводил сюда сам Дмитрий Олегович, значит, принята, — пояснила она, ведя меня по коридору.

— А кто он? — спросила я невзначай.

— Владелец клуба.

Я хмыкнула. Принята так принята.

— Он сегодня на редкость в хорошем духе!

— Обычно он злее?

— Да, они с братом очень сильно ругаются.

Я вопросительно приподняла брови, и Настя пояснила:

— У него есть младший брат, они не ладят друг с другом, но вот Бурана уже сутки здесь нет и босс развеселел.

Сердце пропустило удар. Много ли Буранов на белом свете?

Нет. Не много. Скорее всего он такой один.

Вот почему лицо Дмитрия показалось мне знакомым. Они братья.

— Идём подписывать документы? — вывела меня из ступора Настя.

— Да, — ответила я поспешно. — Да, конечно.

В любое другое время я бы без сомнений вышла из этого здания и никогда здесь больше не появлялась.

Но это первый день нового года, а я пообещала себе, что больше не буду сбегать от проблем. И никакой буран не прогонит меня с места, которое мне понравилось. Даже если он поцеловал меня без разрешения, провёл со мной потрясающую ночь, а на утро исчез, оставив только дебильное смс.

“Спасибо за ночь, принцесса”

Я горько сглотнула. Пора меняться.