Женя Ео – Судьбой начертанные нити (страница 20)

Айси ощущала тяжелое дыхание Ильвека всем телом – прильнула к нему, обняв ногами торс. Искры рассудка испарялись в пламени возбуждения, Айси стало все равно, что будет дальше – Ильвеку решать.

– Надо закрыть люк, пока мелкие не выползли. – Ильвек прервался и посмотрел на Айси: в глазах отражался затухающий, но все еще контрастирующий с надвигающейся ночью костер.

– Угу, – согласилась Айси и припала к его губам – ответа на поцелуй не получила, лишь разрешение исследовать языком рот.

Вскоре Ильвеку наскучило целоваться, он встал, с Айси на руках пошел к трапу, не прерывая их контакта. Уже в каюте опустил Айси на койку и вернулся к люку, чтобы задраить гермодверь.

Намеренно или нет, но Ильвек сдерживал себя, и Айси безмолвно протестовала, одновременно предвкушая каждой клеточкой тела удовольствие. Она хорошо осознавала все, что происходило, словно на смену урагану первичного влечения пришло нечто большее. Словно взгляд глаза в глаза мог изменить и прошлое, и будущее.

После близости сил ни на что не осталось, и Айси, прижавшись к Ильвеку, уснула. Ей снились леса и луга, но не такие, как на Нгура, другие. Еще в сновидение зачем-то пробрался полковник Петерс – начальник хмурился и явно собирался что-то высказать Айси, но не успел: наступило утро.

– Видел у ручья ягоды. Можем вместе сходить и поесть, – предложил Ильвек, потягиваясь и упираясь ладонями в потолок каюты – для его роста высоты не хватало.

– Хорошо, – кивнула Айси, исподтишка любуясь его силуэтом.

Одеваться не стали – обратились и отправились в путь: Ильвек успел обследовать окрестности и отлично ориентировался, Айси просто бежала следом. Утренняя прохлада в зверином обличье не вызывала дискомфорта, поэтому Айси насладилась ледяной влагой из ручья, распробовав особый, природный вкус. Есть кислые, подернутые сизым налетом черно-синие ягоды пришлось уже в облике человека, и надоедливые насекомые сделали их завтрак экстремально коротким. Хотя Айси не жаловалась – все лучше ящериц любых размеров.

Ильвек чаще собирал ягоды в ладонь и протягивал ей, чем клал в свой рот – Айси такое поведение казалось странным. В человеческом мире было принято ухаживать за представительницами слабого пола, но она все еще не воспринимала реонца как равного и тем более как человека, хотя фактически сама являлась реонкой. Из-за генетических экспериментов и смешанного происхождения Айси сомневалась насчет собственных способностей к деторождению, к тому же привыкла всегда полагаться только на себя, но эти малозначительные поступки Ильвека ее уже не раздражали.

– Я наелась. – Подавив лукавую улыбку, Айси вернулась к волчьему виду и первой направилась к кораблю.

Вопреки ожиданиям, Ильвек не стал ее догонять – наоборот, задержался на четверть часа. Все это время Айси простояла на пригорке, разглядывая каменистый ландшафт и прислушиваясь к шорохам скрытой от ее глаз жизни. Зато потом могла без особого стеснения наблюдать, как Ильвек поднимается по склону с какой-то живностью в зубах, не теряя хищной грации. «Обед», – подумала Айси и вновь почувствовала досаду: она охотиться не умеет.

Похоже, Ильвека несостоятельность Айси как добытчицы пропитания мало волновала – у корабля он взял нож и за пару минут ловко освежевал тушку, будто это для него было обычным делом. Возможно, Айси не ошиблась – если судить по тому, что ей было известно об укладе реонского быта.

Упаковав мясо в контейнер, Ильвек положил его в тень корабля и вытер руки:

– Разберу внутреннюю изоляцию кабины и прикреплю на хвост, на один взлет должно хватить, – сказал он, бросив взгляд на повреждения. – А на перевалке разберемся.

Айси эти планы показались несбыточными. Она не смогла сдержаться и решила поделиться своими соображениями:

– Может, все же в город? Бросим корабль и полетим на лайнере? Я восстановлю доступ, куплю билеты.

– Не получится, – покачал головой Ильвек.

– Почему? – Благостное настроение Айси не позволяло подключать сарказм, потому вопрос звучал безобидно.

– У меня нет айди, – ответил Ильвек.

– Как нет? – искренне удивилась Айси.

– Вот так, – пожал плечами Ильвек и жестом показал на трап.

– И в базе тебя нет? – Все еще не могла поверить Айси.

– Нет. – Ильвек с улыбкой еще раз подтвердил нелегальность своего статуса.

Айси озадаченно хмурилась, пытаясь осознать, что где-то вне владений гильдии жизнь идет иначе – и человек, то есть ксенос, может спокойно существовать на белом свете без документов целых четыре года. Без медобслуживания. И без образования. Хотя вряд ли Ильвек в этом нуждался.

Оставался вариант добраться до города самой, но Айси его отбросила: тогда Ильвек застрянет на Нгура навечно и помочь ему не получится. Оставалось одно решение: помогать Ильвеку во всем, на что способна. Не Айси рассуждать насчет техники – вдруг Ильвек действительно в этом лучше разбирается? А если нет – вряд ли сделает хуже, чем есть сейчас. Но от мысли, что в случае неудачи придется идти много километров до города пешком, хотелось нервно смеяться.

Между делом Ильвек разговорился и поведал об оставшейся на Реоне семье: Апфу – дарующей, матери по-реонски, – и Элни и Маари – младших сестрах-близнецах. Нарир – отец, зачинающий, – погиб сразу после их рождения, когда Ильвеку исполнилось восемь лет. Несчастный случай на охоте, сорвался со скалы.

– Тебе не страшно было оставлять Апфу с сестрами? – спросила Айси.

– Страшно, – вздохнул Ильвек. – Но Апфу не сказала ни слова, а значит, я должен был лететь…

Шутить на тему судьбы Айси теперь считала неуместным – лишь улыбнулась и рассказала о своих родителях, о школе и об академии. Службу в патруле предпочитала не упоминать – щекотливая тема. Впрочем, Ильвек тоже умалчивал, чем занимался в банде пиратов перед тем как встретился с Айси, а потом по зову интуиции угнал корабль и прилетел на Нгура.

Вопреки огромным культурным различиям людей и реонцев, понятие семьи у двух народов оказалось схожим: у сложившихся моногамных пар появлялись дети. Но на Реоне институт официального брака как таковой отсутствовал – все решала поставленная зачинающим метка: рубец от укуса, обычно на плече или шее. Айси, помнится, когда-то видела эту информацию в сети, но не придала ей значения – слишком уж дико это ей тогда казалось. Зато теперь вдруг поняла, почему ей снится, как Ильвек ее кусает, – это фактически предложение руки и сердца, пусть и невысказанное. Но в любом случае Айси хотела бы, чтобы они поговорили о совместном будущем, если таковое планировалось. А в этом Айси не сомневалась. Со стороны Ильвека – точно. Но для серьезных бесед требовалось хотя бы выбраться с Нгура…

Несмотря на первоначальный скептический настрой, дело спорилось и вдалеке замаячил лучик надежды: Айси уже начинала верить, что корабль сможет выйти из атмосферы. Ильвек работал кропотливо, но быстро, заодно руководя Айси, послушно снимавшей термоизоляцию с внутренней части кабины и выносившей листы на улицу. Затем они прикреплялись на место поврежденной обшивки и покрывались специальной смолой, которой на корабле было предостаточно.

Секрет успешных полетов пиратских развалюх на деле был прост – на каждой такой посудине хранилась примерно треть необходимых запчастей. Так что Ильвек моментом привел в чувство ускорители, заменив пару деталей, и основной проблемой оставалась только обшивка.

Чем дольше Айси наблюдала за Ильвеком и беседовала с ним, тем сильнее растворялся разделявший их барьер: казалось, что все трудности преодолимы. Даже за пределами Нгура.

– Ты бы мог обосноваться на ближайшей к «Альфе» колонии с нейтральным статусом. – Через несколько часов ремонтных работ Айси наконец решилась на разговор.

– И? – Ильвек даже отвлекся от своего занятия и вскинул брови.

– И мы могли бы встречаться, когда я в увольнительной, – терпеливым тоном продолжила Айси: ей этот вариант виделся единственно правильным.

– Ну… наверное, – неопределенно произнес Ильвек и включил инструмент, который своим гулом заглушил абсолютно все другие звуки.

Айси так и не поняла, что не устроило Ильвека в ее предложении – оно было оптимальным для них и не требовало кардинальных изменений жизни. Ильвек может работать техником, точно сможет – Айси увидела его в деле. Ну а Айси будет по-прежнему служить в патруле и предвкушать каждую новую встречу – она уже знала, что изголодается по Ильвеку.

Ничего страшного в признании, что в их отношениях главенствует интимная сторона, Айси не видела: с каждым разом их ласки нравились ей все больше и больше, да и Ильвек чувствовал себя увереннее. У них слишком разный статус, и его вряд ли получится привести к единому знаменателю, зато они вольны наслаждаться друг другом, сохраняя роман в тайне.

Утомившись после многочасовой монотонной работы, Айси вытерла испарину со лба рукавом спецовки и окинула взглядом кабину. Точнее, то, что от нее осталось – меньше всего она хотела сгореть заживо. Но почему-то Айси была уверена, что последнее путешествие видавший виды корабль выдержит с честью.

В районе солнечного сплетения потянуло, и Айси глубоко вздохнула, унимая тревогу: о чем она не хотела думать, так это о потребности в присутствии Ильвека рядом. Дело было не в физическом контакте, а в том, что Айси ощущала расстояние между ними, словно внутри Ильвека был зашит специальный маячок, а у нее имелся радар-детектор. Теперь вопросов, как Ильвек нашел ее на Нгура, не возникало – она сама ощущала их связь. И не знала, сможет ли выдержать длительную разлуку – увольнительные или отпуска патрульным полагались редко.