Женева Ли – Второй обряд (страница 28)
Я покачал головой. ― Моя сестра была жемчужиной семьи. Такая же красивая, как моя мать, но с мягким, милым характером. Она была так непохожа на других вампиров. Камилла всегда держалась грациозно и с достоинством. Большинство молодых вампиров не могли даже находиться рядом с животными без того, чтобы голод не мешал им, но только не Камилла.
― Ты любил ее, ― сказала Тея, озвучивая то, что я оставил невысказанным.
Я кивнул, и у меня на мгновение сжалось горло. Я поправил повязку на правой руке Теи и потянулся к левой. ― Я имею в виду, это раздражало, когда тебя сравнивали с кем-то настолько совершенным. Но никто из нас не возражал. Мы не могли. Мы все ее обожали. Поэтому родители наполнили дом шумными мальчишками, чтобы защитить свою дочь. Но когда она стала старше, моя мама изменилась. Она держала Камиллу дома, когда нам предоставляли свободу, чтобы мы отправлялись на безрассудные гулянки или на войну с отцом. Я никогда не задумывался о том, что Камилла может на это обижаться. Она никогда не демонстрировала никаких признаков того, что это так.
Это произошло только однажды. Камилла умоляла пойти с нами на вечеринку, а мама отказала. Я вспомнил, как моя сестра стояла у двери нашего парижского дома и смотрела, как мы уходим. Она никогда не говорила об этом. Она не сопротивлялась запрету матери. ― Мне следовало заставлять ее чаще выходить в мир, но все менялось. Магия стала запретной. Опасной. На ведьм охотились, вампиры стали легендами, а старые боги умерли, сменившись новыми. У человеческих женщин не было такой свободы, как у вампиров, поэтому, когда моя мать выразила беспокойство… мы все просто согласились. Никто не хотел рисковать Камиллой, даже сама Камилла. А потом, в начале 19 века, было объявлено, что состоится Обряд.
― Обряды не проводились так долго? ― удивилась Тея.
― Проводились, но мы были слишком молоды. Вампиры считают слишком молодыми тех, кто женится раньше пятисот лет, ― объяснил я, заслужив смущенную улыбку. Я подумал, не вспомнила ли она мое предложение руки и сердца. Она наклонила голову, словно услышала мою мысль, и я рассмеялся. ― Ладно, любопытный, маленький котёнок. Помни, все относительно. Пятисотлетний вампир ― это человек, только что вышедший из подросткового возраста.
― Значит, ты не совсем старик. ― В ее глазах сверкнул смех, и я не смог удержаться от улыбки.
― Я в самом расцвете сил, ― прорычал я, игриво покусывая один из ее пальцев. Тея задрожала, но не отстранилась.
― Итак, они устроили Обряд, и Камилла…? ― сказала она, побуждая меня вернуться к рассказу.
― Она была старше меня на несколько минут. Подозреваю, что общество считало, что мы оба будем участвовать, но я не был заинтересован в браке. Наша мать не возражала. Она была одержима идеей найти подходящую пару для своей единственной дочери.
― Некоторые вещи никогда не меняются, ― проворчала Тея, и я кивнул.
― Теперь я понимаю, насколько тяжелее это было для Камиллы, ― задумчиво произнес я. ― Она выходила замуж не просто за мужчину. Она выходила замуж за семью, и на нее возлагались определенные надежды. Они должны были быть богатыми, влиятельными и принадлежать к старинному роду. Это исключало многих мужчин. Мы только что пережили несколько революций. Все ― и смертные, и вампиры ― обратили свои взоры на Америку. Брак Камиллы был возможностью укрепить позиции семьи.
― Как романтично, ― прокомментировала Тея. Я встретил ее взгляд и увидел в нем настороженность и несогласие.
― Я знаю, что это не улучшит твое мнение о моей семье, ― признался я, ― но мне нужно, чтобы ты поняла, что произошло. Я должен был рассказать тебе раньше, но…
Но я боялся. Боялся не только того, как современная смертная женщина отреагирует на весьма традиционные вампирские ценности, но и боялся столкнуться с прошлым. Мне следовало быть более решительным во время последнего Обряда. Мое молчание стоило мне семьи.
Нежные пальцы обхватили мои, и я понял, что она услышала мои мысли. Тея ободряюще сжала их.
Я сглотнул, язык словно затвердел в горле. ― С самого начала многие претендовали на Камиллу, но один жених выделялся. Уильям Дрейк. Он был старшим в роду могущественных вампиров.
― Вампир? ― в голосе Теи прозвучало удивление.
― Дрейков считали весьма скандальными. Они начали вступать в браки с фамильярами задолго до заключения каких-либо договоров или соглашений. Их кровь была ― и остается ― мощной. Уильям был самым завидным холостяком сезона, а Камилла ― невестой. Все следили за ними. Их свадьба стала событием того сезона. И Камилла была безумно влюблена, очарована его заботой, его знаками внимания, его внешностью.
Я закончил с ее руками, но остался стоять перед ней на коленях. Я не верил, что смогу сдвинуться с места. Не раньше, чем я дойду до трагического конца этой истории. Не раньше, чем расскажу о том, что произошло. Я почувствовал, как между нами проскочила искра магии, словно Тея держала меня за руку ― не только для того, чтобы утешить, но и чтобы дать мне силы пройти через это. Я закрыл глаза и потянулся к этому крошечному огоньку, позволяя ему вывести меня из мрачных воспоминаний.
― После свадьбы все изменилось. Сначала Камилла стала реже бывать у нас. Она казалась тихой. Когда мы спрашивали о ней и Уильяме, она лгала. Я знал это, ― мрачно сказал я. ― Я чувствовал это, но не понимал. А потом визиты и вовсе прекратились. Мама сказала, что они молодожены и этого следовало ожидать, но вскоре письма тоже прекратились. Когда он перевез ее из Парижа в Англию, не сказав ни слова, мы все начали беспокоиться.
― Потребовалось время, чтобы получить весточку, а когда письма пришли, они были странными. Чужими. В них не было ничего от нежной, доброй Камиллы. Они казались… фальшивыми. Неправильными. Мы узнали, что они планируют переехать в Америку, и пригласили их в гости.
Я закрыл глаза, вспоминая болезненные подробности. ― Они были женаты несколько десятилетий. ― Я взглянул на Тею, но она ничего не прокомментировала. ― И мы много лет не видели Камиллу. Она была просто оболочкой. Она улыбалась в нужные моменты. Она смеялась. Она говорила и танцевала. Но ее не было, и мы все это видели. Уильям был как всегда очарователен и вежлив, поэтому моя мама решила, что Камилла расстроена из-за отсутствия ребенка. Камилла не стала говорить с ней об этом, но поделилась с одной из своих служанок. Служанка рассказала моей матери правду о Уильяме… о побоях, наказаниях и приказах.
― О, Боже, ― выдохнула Тея.
Я заставил себя продолжить. ― Мы все пытались поговорить с ней, но она отказалась. Она ни в чем не признавалась, но мне она сказала одну вещь… ― Я до сих пор помню, как в ее глазах вспыхнула боль, когда она произнесла эти слова. ―
Тея молчала, и я довел мысль до конца. Больше не должно быть никаких недомолвок. Она должна знать правду. Она должна знать, почему наша любовь обречена. ― Тея, вот почему ты до сих пор девственница.
Через минуту она подняла подбородок, став похожей на королеву, и произнесла. ― Итак, что ты хотел спросить?
ГЛАВА ДВАДЦАТАЯ
Джулиан
Мои губы угрожали растянуться в улыбке, но я сдержался. ― Мне нравится, когда ты такая властная, котёнок. Мы скоро дойдем до этого, но я еще не закончил свою историю.
Ее глаза прищурились, недовольство перемешалось с любопытством.
― Но твоя мать должна была знать, ― сказала Тея, в ее тоне слышался гнев. Я не знал, злится ли она из-за моих прошлых решений или из-за того, к чему они нас привели. Но я понимал, почему она расстроена. ― Если Камилле не позволяли вести светскую жизнь до Обряда, она должна была знать, что Камилла ― девственница.
― Знала, но тогда было принято беречь себя для брака. Особенно среди чистокровных вампиров, потому что это делало их более привлекательными для союза.
― Ты имеешь в виду ― более управляемыми? ― проворчала Тея.
Я наклонил голову, соглашаясь с ней. ― Большинство пар воспринимали привязанность как брачные узы ― даже тогда спаривание было крайне редким явлением. Это гарантировало, что любой союз, заключенный в браке, сохранится.
― Ваша семья сохранила союз с Дрейками?
― Поначалу, ― ответил я, чувствуя, как меня охватывает стыд. Увидев выражение ее ужаса, я быстро продолжил. ― Мы думали, что это поможет нам спасти ее. Но разорвать узы невозможно. Только смерть может разорвать их. А потом начались новые войны. Страшные войны. Мою семью разбросало по всему миру. Уильям и Камилла остались в Америке. Она родила ребенка. Мы получили телеграмму с указанием не приезжать. Наш союз с Дрейками тогда закончился. Моя мать обратилась в Совет, и были приняты новые правила, предупреждающие об опасности привязанности. Она потратила десятилетия на то, чтобы изменить старые взгляды на это. Теперь это не только не одобряется, но и почти запрещено. Вампиров могут пытать и даже казнить за то, что они спали с девственницами, если на них пожалуются. Это отвернуло некоторые семьи от традиций и Совета, в том числе и Дрейков.
― Понятно, ― осторожно сказала Тея. ― Я не знала, что твоя мать так поступила ― и почему.