Женева Ли – Три королевы (страница 60)

Я сомневалась, что он был так же жесток со мной, но шрамы говорили сами за себя. Натали не рассказывала мне, как я их получила, а я не могла вспомнить. Он запретил мне даже упоминать о них. Но мы же не могли притворяться, что их не существует. Некоторые из них были даже…

Мое лицо вспыхнуло, когда я вспомнила места, где обнаружила перламутровые шрамы в форме полумесяца. Может быть, именно поэтому он отказывался говорить о них. Он не мог быть ответственным за эти шрамы — ни при каких обстоятельствах.

Но он должен был знать, кто это сделал, а поскольку я практически никогда не покидала его поля зрения, он должен был присутствовать. Это наверняка были следы наказания. Мысль о том, что это может быть что-то другое, была просто… отвратительной.

Из тени я заметила еще одну фигуру, приближающуюся к отцу, и мой рот приоткрылся.

Сабина.

Конечно, они знали друг друга. Дрейки — древний род, а она собиралась стать королевой. Но когда она подошла к нему, отец повернулся, и я увидела его лицо. Оно исказилось от ярости, превратив его в зверя, которого боялась даже я. Рядом с ним Натали опустила капюшон, и несколько мужчин, с которыми он разговаривал, отступили назад. Только один остался рядом. Он стоял ко мне спиной, но даже сзади он не выказывал никаких признаков страха перед моим отцом. Я была впечатлена. Может, он был глупым. А может, храбрым. Не то чтобы существовала большая разница.

Сабина положила руку на плечо мужчины, но он сбросил ее и зашагал прочь. Она осталась поговорить с моим отцом, а второй мужчина направился прочь со двора в темноту.

— Ой! — Я вскрикнула, прижав ладонь к груди. Давление, которое я чувствовала раньше, теперь стало удушающим. Я не могла дышать. Невидимые силы рвали меня на две части. Я сделала шаг вперед, надеясь ослабить натяжение. Но как только я это сделала, другая невидимая сила потянула меня прочь — прочь от веселящихся людей, цветущих роз и моего отца.

Прочь от того места, где я должна быть, в темную неизвестность.

Я не могла остановиться и последовала за ней. Пробираясь сквозь толпу, я не сводила глаз с отца. Он выглядел еще более сердитым, чем раньше, разговаривая с Сабиной, но она хотя бы отвлекала его. Никто не замечал меня, пока я шла сквозь толпу. В маске я чувствовала себя почти невидимой.

Когда я вышла за пределы внутреннего двора, меня поглотила ночь. Не было никаких магических фонарей, которые могли указать мне путь. Прошедшее время уменьшило луну до половины и уже начало медленно превращать ее в полумесяц, так что света вокруг было мало. Но я не останавливалась — просто не могла остановиться.

Меня куда-то тянули, и тут я услышала его — шепот в ночи, принесенный ветром.

Тея.

Кто-то был в моей голове.

ГЛАВА СОРОК ЧЕТВЕРТАЯ

Джулиан

Когда наши глаза встретились, я ощутил ее аромат, окутывающий меня дымчатым жасмином и сладкими специями. Привязанность, соединяющая наши сердца, говорила мне, что она настоящая. Она тянулась между нами, как провод под напряжением. Тея приложила руку к сердцу, и я почувствовал это прикосновение, как свое собственное.

Я сделал шаг вперед, боясь, что она мне мерещится. Тея отшатнулась, широко раскрыв глаза.

— Тея? — снова прошептал я.

Каждой клеточкой своего существа я хотел схватить ее, перекинуть через плечо и убежать от всего этого как можно быстрее и дальше. Но что-то удерживало меня на месте. Это была не моя привязанность, хотя я чувствовал ее отчаянное желание угодить ей, защитить ее — вернуть ее.

Нет, это было то, чего я никак не ожидал. Лед сковал меня, когда я ощутил ее страх.

Она боялась. Но вместо того чтобы притянуть меня ближе, ее страх отталкивал меня. Удерживал на расстоянии. Он защищал ее от меня.

Она боялась меня.

Я не мог позволить ей ускользнуть. Тьма захватила меня, и я попытался взять себя в руки. Что бы ни происходило, через что бы она ни прошла, я обязан был защитить ее. Я потянулся к ней, но она отскочила назад. Мое тело отреагировало, заставив меня упасть на колени, хотя все, чего я хотел, — это прикоснуться к ней.

Колени ударились о камень, и я упал вперед на ладони, привязанный к ней.

— Тея, — простонал я ее имя и попытался поднять руку, когда она уставилась на меня. — Ради всего святого, пожалуйста.

Просьба вывела ее из оцепенения, и она сделала маленький шаг ко мне. Она остановилась на расстоянии вытянутой руки. Ее горло перехватило, пока она рассматривала меня, сцепив руки.

— Кто… кто ты?

До этого момента я не терял надежды. Я цеплялся за нее, как человек, потерявшийся в море, за единственный спасательный круг. И сейчас ее слова вырвали его у меня. Мое израненное сердце разбилось вдребезги, когда моя пара посмотрела на меня чужими глазами.

— Ты знаешь меня, — тихо продолжила она. Подобрав юбку, она опустилась передо мной на землю.

Она была так близко, но все еще недосягаема. Даже если бы моя привязанность позволила мне пошевелиться, я бы этого не сделал. Не сейчас, когда она так смотрела на меня. Не сейчас, когда ее сладкий запах был пропитан страхом.

— Ты звал меня по имени. Я слышала тебя во дворе, — продолжала она, и в ее голосе прозвучали нотки отчаяния.

Я покачал головой. Я не звал ее. Да и как я мог, когда Уильям был так близко? Я не мог рисковать, даже если бы он наконец узнал истинную причину, по которой Le regine потребовала его присутствия. Но она услышала ту часть меня, которая не переставала повторять ее имя с того самого момента, как я обнаружил, что она исчезла из нашего дома в Греции.

— Ты слышала мои мысли, — мягко сказал я, боясь, что правда может напугать ее еще больше. Что бы с ней ни произошло, она видела во мне незнакомца. Она не узнала меня. Но если она услышала меня, возможно, я ошибался. Может, еще не все потеряно.

Мне просто нужно было достучаться до нее.

— Ты сумасшедший. — Она начала подниматься, ее тело дрожало.

Мои ноздри затрепетали от выброса адреналина.

— Не уходи.

Два слова. Это все, на что хватило моей привязанности, прежде чем она сжала меня с такой силой, что я рухнул на землю. Она разорвала бы меня на две части, если бы я продолжил пытаться добраться до Теи физически или мысленно. Но мне было все равно. Я не мог остановиться. Если она сейчас уйдет, я умру.

Я не смогу выжить, если она уйдет. Как я смогу жить без своей души?

— Пожалуйста.

Я едва смог произнести это, и мое тело выгнулось дугой, а позвоночник едва не сломался, когда привязанность попыталась заставить меня замолчать. Я не чувствовал ничего, кроме боли. Ад вцепился в меня когтями, готовый утащить в небытие. Мои пересохшие губы прошептали ее имя. Если мне суждено умереть, то я умру с ее именем.

Крик разорвал ночной воздух, и моя привязанность оборвалась. Я упал на камень и почувствовал, как что-то внутри меня сломалось. Может быть, позвоночник. Было чертовски больно, но это казалось ерундой по сравнению с той болью, которую я испытывал, когда любовь пыталась уничтожить меня.

Перед моими глазами возникло лицо Теи. И, возможно, это были какие-то остатки ее человечности, но я видел, как она снимает перчатки. Она колебалась лишь мгновение, прежде чем ее пальцы коснулись моего лба.

— Любовь моя. — Я не знал, смог ли я выдавить из себя хоть один звук, но я понял, что она меня услышала. В ее глазах отразилось смятение, когда она осторожно прикоснулась к моей груди.

— Что происходит? — всхлипывала она. — Почему… что случилось?

Все ее тело содрогнулось, и я с ужасом понял, что она тоже все чувствовала. Где-то в дымке, окутавшей ее разум, она почувствовала, как привязанность мучает меня. Я заставил ее пройти через это.

— Мне жаль. — Я попытался заглянуть ей в глаза, но мир становился все темнее.

Она заплакала еще сильнее, и я понял, что сломал не только кость. Я не мог этого почувствовать. Я вообще мало что чувствовал — только холодную пустоту, которая просачивалась из моей крови в плоть. На лице Теи отразилась паника, дыхание стало быстрым и прерывистым.

— Я видела тебя во сне. — Ее голос надломился, когда она заговорила. — Кажется, я ждала тебя.

Я попытался поднять руку, желая смахнуть ее слезы. Но я больше не чувствовал своих рук.

— Я тоже ждал тебя. Это того стоило. Ты стоила всего.

Я ждал ее так долго, и я бы сделал это снова. Я бы боролся целую вечность, чтобы найти ее.

Даже если бы все закончилось именно так.

— Не оставляй меня, — умоляла она. Она наклонилась вперед и в последний раз прикоснулась ко мне своими губами.

Я улыбнулся, когда ее губы оторвались от моих, мои щеки были мокрыми от ее слез, а на языке ощущался ее вкус.

— Я вернусь к тебе в твоих снах.

А потом я умер.

ГЛАВА СОРОК ПЯТАЯ

Лисандр

Я услышал крик первым, но был не единственным. На этот тревожный звук сбежалось еще полдюжины человек, в том числе половина моей семьи, одна из фрейлин королевы и несколько незнакомцев. Это означало, что свидетелей произошедшего было много, а я… я просто смотрел на них. Другие начали перешептываться, некоторые плакали. Но я просто стоял и смотрел, как тело Теи, словно тряпичная кукла, распростерлось над моим братом — оба они были совершенно неподвижны, лишь кровь собиралась в лужу под ними. Мой брат был мертв. И его пара тоже. И все, что я мог делать, — это смотреть, пока передо мной не возникла темная фигура.

Сабина покачнулась, из ее тела вырвался хриплый стон, и я поймал ее как раз вовремя, чтобы не дать упасть.