Женева Ли – Непристойно богатый вампир (страница 53)
― Я оставил вас двоих наедине на пять минут, а вы уже сговорились, ― проворчал я.
― Сговорились? ― повторила Тея, хихикая. ― Ладно,
Я уставился на Жаклин, которая подняла руки с расширенными глазами.
― Почему ты так смотришь на меня?
― Потому что она провела минуту наедине с тобой, и теперь снова называет меня стариком.
― Ты и есть старик, ― сказала Жаклин, пожав плечами, чем вызвала еще больший смех со стороны Теи. Она подтолкнула Тею к кровати. ― Отдыхай. Мне нужно поболтать с Джулсом, но завтра…
Тея кивнула в знак согласия с каким-то неизвестным мне планом. Если у нее и оставались какие-то сомнения по поводу моей дружбы с Жаклин, то они не помешали ей забраться на кровать и рухнуть на гору шелковых подушек. Я перебрался на ее сторону, обойдя все более забавляющуюся Жаклин, и склонился над ней.
― Я разбужу тебя в полночь. Это лучшее время, чтобы увидеть Париж. А сейчас отдыхай, котёнок.
Я поцеловал ее в лоб, получив в ответ тихий вздох, который лишь напомнил мне, что я привез ее сюда не для отдыха. Внутри меня мелькнула искра тьмы, и я поспешно отошел, пока жажда крови не взяла верх и не лишила Тею возможности поспать.
Когда я подошел к двери, она уже тихонько посапывала. Жаклин присоединилась ко мне, и мы замолчали, пока поднимались на пятый этаж, который вовсе не был этажом.
― Думаю, у тебя самый лучший вид в городе, ― сказала Жаклин, когда мы вышли на крышу. Раньше это было просто открытое пространство, лишенное какой-либо индивидуальности. Теперь же она была заполнена шелковыми подушками цвета драгоценных камней, и маленькими столиками, предназначенными для беседы. Похоже, моя лучшая подруга хотела, чтобы у меня появилось больше друзей. Все пространство явно предназначалось для развлечений.
― Именно поэтому я и купил это место, ― напомнил я ей. ― Рыночная стоимость будет только расти.
Она застонала, хотя слишком хорошо меня знала, чтобы удивляться.
― И это будет прекрасное место для твоей семьи. Много комнат для маленьких вампиров.
― Только не ты тоже. ― Меньше всего я ожидал от нее давления по поводу женитьбы. На каком бы конце спектра ни находилась моя мать, Жаклин обычно располагалась на противоположном. Но, похоже, сезон испортил настроение даже самым распутным из нас. Следующим, видимо, будет Себастьян, планирующий мою свадьбу. ― Неужели все вокруг меня помешаны на кровавых Обрядах?
― Обрядах? ― Жаклин повернулась ко мне, скрестив руки, и промурлыкала. ― Ты думаешь, все дело в этих дурацких ритуалах?
― А в чем же еще?
Она на мгновение уставилась на меня, изучая мое лицо, словно ища в нем какую-то подсказку. В тот момент, когда мне надоело, что меня рассматривают, как лабораторную крысу, она откинула голову назад и рассмеялась. Звук ее смеха наполнил розовое небо.
― Ты действительно не знаешь, ― сказала она, ее глаза лукаво блеснули, когда она наконец взяла себя в руки.
― Что теперь? ― пробормотал я. ― Если они нашли какую-то новую архаичную хрень, чтобы…
― Джулиан, ― перебила она, схватив меня за плечи и глядя прямо в глаза, ― ты спариваешься.
ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ШЕСТАЯ
Тея
Прохладный ветерок пробежался по моему телу, и я повернулась… к спящему вампиру. Я сонно моргнула, пока мои глаза адаптировались к темноте спальни. В процессе мой мозг проснулся и восстановил все фрагменты кратковременной памяти, еще окутанной дымкой сна. Я была в Париже, в постели Джулиана. Тепло разливалось по телу, пока я вспоминала, но все прекратилось, когда в памяти всплыл момент с Жаклин в его постели. Я подняла голову и оглядела комнату, с облегчением убедившись, что мы одни.
Появление самозваной лучшей подруги Джулиана ― как она назвала себя в ванной ― немного шокировало, но она оказалась милой. По крайней мере, приятнее, чем большинство вампиров, которых я встречала до сих пор.
Но больше всего на свете мне хотелось провести время наедине с Джулианом. Я пробыла здесь всего несколько часов, но уже понимала, почему говорят, что Париж — город влюбленных.
Я наблюдала за тем, как он спит столько времени, сколько считала возможным, чтобы это не показалось жутковатым. Его лицо было спокойным и умиротворенным, на нем не было ни угрюмости, ни жажды крови, которые обычно мучили его в равной степени. Сейчас его красота завораживала. Первобытная мужественность, излучаемая им, все еще сохранялась, но выглядела укрощенной. Резкие черты его лица смягчились сном, привлекая внимание к идеальному изгибу губ. Каждая частичка меня хотела прильнуть и поцеловать его.
Но я была уверена, что мне пора чистить зубы. Кроме того, я сомневалась, что будить спящего вампира ― хорошая идея.
Соскользнув с кровати, я освежилась в ванной. Надо будет потом поблагодарить Жаклин за то, как хорошо она ее укомплектовала. Может, она и не ожидала, что он приедет не один, но на всякий случай все приготовила. Там были запасные зубная паста и ополаскиватель для рта. С обратной стороны двери висели два пушистых черных халата. Она указала мне на них раньше, желая показать все сокровища, которые были в моем распоряжении. Может быть, я была глупа или слишком доверчива, но мне понравилась Жаклин, кроме того, что я застала ее голой.
Я тихонько скинула с себя одежду, которую носила слишком долго, чтобы чувствовать себя в ней комфортно. Не желая рисковать разбудить Джулиана и искать свой багаж, я закуталась в уютный халат и, затаив дыхание, на цыпочках прошла мимо кровати и вышла на террасу.
Сейчас было тише, чем когда мы приехали. Шум транспорта был еле слышен, так как большая часть города спала. На город снизошла другая магия. Сверкающие огни усеяли полуночное небо, и Эйфелева башня сияла передо мной. Здесь было что-то такое, что напоминало возвращение домой. Это было глупо, если учесть, что я никогда не была здесь раньше. Тем не менее, восхитительная боль пронзила мою грудь, и я обнаружила, что тоскую по своей виолончели. Я не знала, как еще выразить те чувства, которые рождались во мне.
― Какая красота. ― Тихий голос Джулиана разрушил чары и наложил на меня новые. Какая бы магия ни текла в его венах, ему требовалось всего одно слово, чтобы овладеть мной.
― Да. ― Я вздохнула, когда он придвинулся ко мне сзади и обхватил мою талию своими сильными руками. Прижавшись к нему, я призналась: ― Это самый красивый город, который я когда-либо видела.
― Я говорил о тебе, котёнок. ― Он откинул мои волосы с шеи, чтобы поцеловать ее.
Я прижалась к нему. Мы слишком долго хорошо себя вели. Я не могла больше ни минуты сдерживать свое желание. Выгнув шею, чтобы лучше видеть, я прикусила нижнюю губу.
― Это приглашение? ― мрачно спросил он.
― Угу… ― Я кивнула. И все же я не смогла удержаться и не подколоть его, когда мы остались одни. ― Мне ужасно жаль, что я испортила твой сюрприз.
― Сюрприз? ― повторил он в замешательстве. Но осознание того, что я имела в виду, дошло до него раньше, чем он успел договорить. Он простонал. ― Мне жаль, что все так вышло. Жаклин ― это, ну, Жаклин.
― Как содержательно. ― Я рассмеялась. ― Она кажется милой. И хочет пройтись со мной по магазинам.
Глаза Джулиана на секунду расширились, но потом он расслабился.
― Кажется, это хорошая идея. У нее это получится лучше, чем у меня.
― Значит, я могу пойти? ― Я все еще была немного озадачена динамикой их взаимоотношений.
― Жаклин очень важна для меня, ― сказал он и быстро добавил: ― Не в романтическом смысле. Она ― мой самый старый друг, и она справляется с моим дерьмом лучше всех, кого я когда-либо знал. Я бы хотел, чтобы она узнала тебя поближе.
― Почему? ― Вопрос вырвался сам собой, прежде чем я успела его обдумать.
Но он не выказал ни малейшего признака раздражения тем, что я его задала.
― Потому что ты тоже важна для меня.
Его слова ― вернее, то, как он их произнес, ― застали меня врасплох.
― И тебе понадобятся вещи. Ты не взяла с собой достаточно одежды, ― добавил он.
Я была уверена, что он имел в виду, что я не взяла
― Тогда я пойду.
― Сегодня днем, ― твердо сказал он. ― Вечером ты должна присутствовать на одном мероприятии.
― С тобой? ― медленно спросила я.
― Нет, это мероприятие только для женщин, ― сказал он непринужденно. ― Salon Du Rouge. Ты должна присутствовать на нем. Я уверен, что Жаклин пойдет с тобой.
― Хорошо. ― У меня было еще около миллиона вопросов об этом мероприятии, предназначенном только для женщин. Я должна была представиться девушкой Джулиана, находиться рядом с ним и, по сути, служить амулетом, отгоняющим слишком настойчивых фамильяров. Мне казалось глупым посещать мероприятия в одиночку, если только…
Если только Джулиан не начал воспринимать меня как часть своего мира. Надежда пронзила меня, но я подавила ее, прежде чем она успела поселиться в моем сердце. Все было не так. У нас было взаимопонимание. У нас были границы. Я приехала в Париж, зная это, и я не могла тратить те мгновения, которые у меня были с ним, надеясь на бесперспективное будущее.
Мой желудок заурчал, нарушив блаженное состояние.
― Ты голодна, ― сказал Джулиан и начал отстраняться, но я поймала его за руку.
― Нет, не голодна. ― Я была голодна. Мой организм явно запутался в том, который сейчас час и когда я должна есть. Но я не была готова к тому, что этот момент закончится. Он был слишком прекрасен.