Женева Ли – Непристойно богатый вампир (страница 35)
― Если я позволю тебе уйти в таком состоянии, он меня точно убьет. ― Его контур размылся и он вдруг оказался рядом с шезлонгом. Я вздрогнула и упала обратно на сидение.
― Не убьет. ― Но разве нет? Я уже видела, как он убил другого вампира. Что бы он сделал, если бы обнаружил меня здесь с одним из них?
― Ты не в том состоянии, чтобы мыслить рационально, так что я оставлю это на потом. ― Он остался рядом, следя за мной бдительным взглядом. ― Куда он отправился?
― Его вызвали на семейное собрание. ― Я прижала указательный палец к виску. Голова раскалывалась, и, несмотря на ночную прохладу, я так перегрелась, что хотелось сорвать с себя одежду. Я обхватила себя руками, надеясь, что смогу держать себя в руках до возвращения Джулиана.
― И он просто оставил тебя здесь? ― Он неодобрительно покачал головой. ― Ему не следовало приводить сюда человека сегодня ночью. Полагаю, сейчас ему об этом напоминают.
Я больше не могла этого выносить. Я вскочила на ноги, но мой новый друг-вампир преградил мне путь.
― Просто подожди его здесь. ― Его глаза, вернувшиеся в нормальное состояние, прищурились, пока он говорил.
Желание найти Джулиана исчезло. Остались только пронзительная головная боль и голод, который я чувствовала с тех пор, как он оставил меня здесь. Мне нужно было чем-то занять себя, пока он не вернется.
― Кто ты вообще такой?
― Беллами. Приятно познакомиться…?
― Тея, ― тихо сказала я. ― Ты Руссо?
― Нет. ― Он рассмеялся, как будто эта идея была абсурдной. ― Я не связан с ними. Просто бедный никому не нужный бастард.
― Отродье? Она так тебя назвала, ― сказал я, вспомнив, как презрительно скривились ее губы, когда это слово вылетело из ее уст. ― Что это значит?
― Только то, что я вампирский ублюдок. Я понятия не имею, кто меня обратил. Это просто невежливый способ указать на то, что я был создан кем-то, кто не хотел меня.
― О, прости. Это не мое дело. ― Мне стало неловко за свою назойливость, но Беллами пожал плечами.
― Не стоит. Это просто лотерея. Я мог бы с таким же успехом родиться в семье Руссо, и со мной обращались бы как с принцем.
― Принцем?
― Ты не знала? ― Беллами усмехнулся. ― Руссо ― практически королевская семья вампиров.
― Что это вообще значит?
― Ты знаешь, что у королей и королев есть все возможные деньги, земли, короны и прочее? ― спросил он, и я кивнула. ― Они и вполовину не так богаты, как семья Руссо, и не так могущественны.
Я уставилась на него, размышляя, не разыгрывает ли он меня.
― Ты же не серьезно.
― Как кол в сердце, ― сказал он, нарисовав на груди крестик для пущей убедительности. ― Странно, что ты не знала.
― Что это значит? ― Я прищурилась.
― Должно быть, между вами все серьезно, ― сказал он, избегая прямого ответа на мой вопрос. ― Не могу представить, зачем еще он мог попросить тебя отважиться на встречу с Сабиной.
Я не могла признать, что Беллами прав, не рассказав о своем соглашении с Джулианом.
― Вы давно знакомы с Джулианом? ― Мне нужно было направить разговор в другое русло.
― Пару столетий.
Смогу ли я когда-нибудь привыкнуть к подобным ответам? Смогу ли я когда-нибудь вписаться в этот мир? Внезапный всплеск головокружения ответил за меня, и я чуть не упала с шезлонга.
― Ты в порядке? ― Беллами оказался рядом со мной на коленях, чтобы поддержать меня.
― Я не знаю, что со мной, ― пробормотала я.
― Я знаю, ― мрачно сказал он. ― Тебе надо лечь.
У меня не было особого выбора, так как я едва могла держаться на ногах.
Беллами остался сидеть рядом с шезлонгом.
― Как только Джулиан вернется, тебе станет легче.
― Как? ― Я застонала. Моя кожа казалась слишком тесной. Мне хотелось сорвать ее с себя, как я уже почти сделала это с одеждой.
― Ты действительно не знаешь, не так ли?
― Ты сфинкс или вампир? ― прорычала я. ― Просто расскажи мне, что он со мной сделает.
― Ну, когда девушка и вампир встречаются, ― начал он дразнящим тоном.
― Думаю, ты уже все объяснил мне о птицах и пчелах, когда занимался любовью с… как там ее звали? ― Я не могла вспомнить.
Беллами фыркнул.
― Черт его знает. Но вряд ли это можно назвать занятием любовью.
― Я была вежлива.
― Вежливости нечего делать на оргии, принцесса.
― Ты каждую встречную называешь каким-нибудь милым именем? ― пробормотала я.
― Только тех, кто ненавидит это, ― заверил он меня.
Мое тело начало дрожать. Дрожь прокатывалась по мне, как волны, бьющиеся о берег. Беллами встал и снял пиджак. Он накрыл меня, выглядя обеспокоенным.
― Может быть, мне стоит найти Джулиана?
Я попыталась согласиться, но зубы начали стучать так сильно, что я не могла вымолвить ни слова.
― Я могу убить его, ― сказал Беллами со вздохом.
― Ты можешь попроб… ― Нечеловеческий рык заглушил мой ответ. Я села, уронив при этом пиджак Беллами. Он не заметил этого, потому что тоже повернулся в сторону голоса.
― Джулиан… ― Я отшатнулась, когда он подошел ближе и я смогла рассмотреть его ― и его угольно-черные глаза.
ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ТРЕТЬЯ
Джулиан
Жажда крови была не такой, какой ее представляли себе люди. Они путали это понятие с насилием. Не то чтобы жажда крови и насилие не были партнерами. Обычно они шли рука об руку. Но жажда крови всегда
― Джулиан, ― глубокий голос Беллами звучал на краю моего сознания, как электрический ток. ― Возьми себя в руки.
Я зарычал, замахнувшись на него одной рукой, как крюком. Беллами не страдал жаждой крови, поэтому он легко увернулся от меня. Более молодой вампир мог бы замереть и остаться без головы. Незнакомец мог бы напасть. Я знал Беллами уже несколько столетий, и мы участвовали в достаточном количестве драк и сражений, чтобы знать, как справиться друг с другом.
― Почему от нее пахнет тобой? ― прорычал я, направляясь к нему. Тея попыталась встать между нами, но вместо этого Беллами заслонил ее.
Гнев вырвался из меня, разорвав воздух, как раскат грома.
Тея попыталась оттолкнуть Беллами в сторону, словно понимая, что именно она ― способ погасить мою ярость.
Беллами остался на месте, не обращая внимания на ее попытки. Я мог бы разорвать его на части только за то, что он вел себя как полный ублюдок.
― Она замерзла.
― И ты решил, что можешь претендовать на нее? ― Я бросился к нему, но Беллами уклонился от меня. Он развернулся и схватил меня в удушающий захват.
― Я забыл, каким упрямым ты можешь быть, ― пробурчал он, пока я боролся с его захватом.
― Я забыл, что ты занимаешься борьбой. ― Каждый раз, когда мне удавалось освободиться, он снова ловил меня. В этом заключалась еще одна особенность жажды крови. Обычно она была опасна только тогда, когда от нее страдали все стороны. Если вампир сохранял ясную голову, он легко справлялся с противником, которым управлял неистовая жажда.