Жасмин Майер – Порочные боссы (страница 15)

В комнате был кто-то еще.

Ее окатило жаром.

Ее разрывали противоречия. С одной стороны ничто не мешало ей самой сорвать с глаз повязку, подняться и уйти с сорок второго этажа. Однажды им надоест играть с ней. Ей хотелось в это верить.

И с другой же стороны Аврора снова думала о том, как измотало ее бегство, которое длилось с той самой ночи. Бегство от самой себя, своих желаний и этих мужчин, которые имеют полное право на нее. И эта, несомненно, темная половина ее сущности хотела, чтобы они продолжали, вдвоем или по очереди, но больше не останавливались и не наказывали ее, как Джонатан вчера, лишая оргазма.

Все-таки она не добилась бы равноценных ощущений собственноручно.

Рука в ее волосах ожила, увлажненным пальцем мужчина провел по ее пересохшим губам... и после вдруг отнял руку.

Аврора подалась следом за ним всем телом. Они не могут оставить ее в таком состоянии!

Раньше, чем сообразила, она выдохнула:

— Еще...

Глава 12. 2+1

Словно призывая к молчанию, ее губы тут же смяли в жестком нетерпеливом поцелуе.

Аврора ответила моментально. Сама же, первая, обвила шею мужчину и с не меньшим напором, которого не ожидала от себя, ответила на поцелуй.

Тогда же мужчина, которого она с таким нетерпением бросилась целовать, изогнул губы в легкой ухмылке, и Аврора сразу его узнала.

Не прерывая поцелуя, Кристофер подхватил ее за талию, молча призывая подняться с офисного кресла. Оказалось, что с завязанными глазами даже встать на ноги уже не так-то просто.

А может быть, это от поцелуев голова шла кругом. Аврора потерялась в пространстве, цепляясь за крепкие руки Харди-младшего.

И тогда же ей на талию легла еще одна пара рук.

Аврора забыла, как дышать. Спину обожгло, когда она ощутила, как Джонатан прижался к ее спине.

Его руки скользнули по бедрам, очертили ягодицы, и Аврора откинула голову назад, затылком коснувшись его плеча.

Губы Джонатана скользнули по щеке. Она почувствовала, что он тоже не может сдержать улыбки.

Братья Харди торжествовали.

Джонатан поцеловал ее, оставляя на губах сладость кленового сиропа. Уже вечер, и, похоже, своим привычкам Харди-старший не изменяет.

Она себе не принадлежала. И сейчас это было наслаждением. Именно это чувство не давало покоя последние два года, и только теперь все было правильно. Они имели полное право на то, что делали.

Пока один мужчина целовал ее, руки второго с жадным любопытством изучали ее тело. А после медленно, пуговицу за пуговицей, Кристофер стал освобождать ее от блузы.

Ей с трудом удавалось дышать, и кроме того Джонатан не отпускал ее ни на миг. Он проводил языком по губам, прикусывал их или проталкивал свой язык глубоко ей в рот.

Прохладный воздух скользнул по обнаженному животу. Кристофер расстегнул блузу.

Чуть шероховатые на ощупь пальцы скользнули по ключицам и по плечу вернулись к блузе. Это Джонатан сорвал ее с Авроры одним быстрым движением, не считаясь с тем, что нежный шелк не прощает такого обращения.

Аврора ахнула от треска ткани, но Кристофер не дал ей сосредоточиться на этом. Снова перехватив за подбородок ее лицо, он повернул ее к себе и поцеловал.

Он не ослаблял напора, мешая сосредоточиться на действиях Джонатана. Лишал ее времени на раздумья. Они выбивали почву из-под ее ног своими головокружительными поцелуями и решительными действиями.

Даже без блузки, на ней все еще было много одежды: юбка, нижнее белье, чулки и бюстгальтер. Но из-за одного только факта, что она зажата между двумя мужчинами, ее кровь вскипала буквально за секунду. Рядом с ними даже в одежде она ощущала себя полностью обнаженной.

Кристофер продолжал терзать ее губы поцелуями, в то время как Джонатан бережно, почти невесомо, касался губами ее обнаженных плеч. Затем он коснулся губами ее шеи и немного прикусил кожу, отчего Аврора не сдержала стона.

Ее трясло от предвкушения и порочности, к которой братья медленно ее подводили. Разве она сопротивлялась? Когда это было? Целую вечность назад?

Поцелуи Кристофера приглушили ее стон. Он сильнее сжался пахом в ее бедра. Даже через одежду Аврора ощутила жар его желания.

В тот же миг Джонатан, поддев кружево бюстгальтера, принялся вычерчивать круги на ее правой груди.

Аврора задыхалась от эмоций, ей срочно нужен был воздух. И Кристофер словно услышал ее, понял без всяких слов. Прервал поцелуй, отпустил Аврору. Но слишком острые ощущения не давали так просто привести дыхание в норму.

Да и Джонатан не давал ей передышки. Стоя за ее спиной, он прикусывал и облизывал ее шею, одновременно с этим перекатывая в пальцах твердый, как горошина, сосок.

А потом ее второй груди коснулся Кристофер. И не руками.

Вероятно, он только поэтому и прервал поцелуй. Он вовсе не читал ее мысли, как она решила. Он просто хотел увидеть ее без одежды.

Кристофер тоже опустил кружева бюстгальтера, обнажив левую грудь Авроры, и провел по ней языком. Совсем как по тому мороженому в парке.

У Авроры подкосились колени. Она вцепилась в плечи обоих: и Кристофера и Джонатана, иначе не выстояла бы. Они атаковали ее с обеих сторон: настойчиво, уверено и слажено.

Горячий язык Кристофера очертил кожу вокруг соска, а после он легонько сжал его зубами, и Аврора снова застонала в голос.

Сжала бедра, переминаясь с ноги на ногу, но эти неловкие попытки не могли унять ее желаний. Ей отчаянно хотелось, чтобы именно эти мужчины утолили ее голод так, как только они одни умели.

И также бесстыдно, как они делали это сейчас.

По-прежнему прижимаясь к ее спине, Джонатан провел по ее бедру ладонью, а после, подцепив край юбки, резко задрал до самой талии. Аврора уже поняла: Джонатан предпочитал не церемониться. Всю одежду он срывал с нее быстро и в один момент, как и тогда, на его письменном столе.

Кристофер снова отстранился, и теперь Аврора понимала: он снова прервался, чтобы посмотреть на нее. Из-за повязки на глазах она не могла этого видеть, но чувствовала, что прямо сейчас он жадно изучал ее бедра, ноги и тонкие трусики. Наверняка старший брат делал то же самое.

Тогда же кто-то из них, подцепив ее трусики, потянул их вниз.

Стоя за ее спиной, Джонатан провел подушечками пальцев по обнаженным ягодицам, и Аврора задрожала мелкой дрожью, предвкушая то большее, что обещали эти невесомые, но порочные прикосновения.

Можно сказать, что ничего не изменилось: вся одежда по-прежнему была на ней. С той лишь разницей, что теперь чашечки бюстгальтера были опущены, юбка болталась на талии, а трусики были приспущены ровно настолько, чтобы они могли видеть.

И касаться.

Соски покалывало, а горячая пульсация между ног сводила с ума. Авроре казалось, что она взорвется от первого же прикосновения.

А они все медлили.

Их руки скользили по ее бедрам и низу живота: и Джонатана, и Кристофера. Они выводили подушечками пальцев известные им одним узоры, не касаясь и не приближаясь к тому месту, где Аврора ждала их сильней всего.

Две пары рук на ее теле. Хриплое дыхание сразу двоих мужчин по обе стороны от нее, и Аврора уже сходила с ума, подаваясь то к одному, то к другому. Разрываясь между ними.

Рука Кристофера, наконец, скользнула по внутренней стороне ее бедра, и Аврора сама развела ноги. Она снова почувствовала его губы на своей груди и тогда же его пальцы скользнули выше, еще выше, и Аврора застонала.

Наконец-то.

Она тут же вспомнила, как жестко и целенаправленно ее ласкал на столе в своем кабинете Джонатан, а сам Джонатан, словно вспомнив то же самое, поцеловал нежную кожу за ухом, а после легонько прикусил мочку.

Без всяких слов он словно призывал ослепшую Аврору к тому, чтобы расслабиться. И позволить сделать ей приятное.

Аврора судорожно выдохнула, когда почувствовала, что Кристофер перехватил ее ногу под коленом. Она горела от одной только мысли, что стоит вот так, бесстыже открытой и не только перед одним мужчиной.

Перед двумя сразу.

Кто-то все-таки окончательно снял с нее трусики. Она не знала, кто.

И тогда же мыслей в ее голове не осталось. Аврора вся превратилась в один сплошной оголенный нерв. И пока Джонатан терзал ее губы, смакуя поцелуи, Кристофер вдруг опустился перед ней на колено, закинув ее бедро себе на плечо.

Когда Аврора почувствовала это, то вцепилась в Джонатана. Иначе не выстояла бы. Она дышала часто и поверхностно, пока пальцы Кристофера ласкали ее все сильнее, изучая, рассматривая, дразня.

Она вскрикнула, выгнувшись в руках другого мужчины, который не переставал ее целовать, когда после рук Кристофер повторил то же самое ртом.

Джонатан крепко прижимал ее к себе, лаская грудь руками и покрывая поцелуями шею, а Кристофер своим языком возносил ее к небесам.

О да. Он определенно умел целоваться.

Джонатан отпустил ее губы, чтобы она не сдерживала стоны. Да она и не смогла бы.