Жасмин Майер – Идеальный мерзавец (страница 14)
На пляже на этот раз вручила положенные пять евро за шезлонг мальчику, который лениво расставлял их вдоль моря, и снова ушла плавать. В этот раз доплыла почти до волнорезов. Там вылезла, выпрямилась в полный рост и обернулась на город, который тонул в утренней дымке.
В то утро, стоя на влажном камне посреди моря, я впервые поняла, что справлюсь. Смогу. Переживу и унижение, которое испытала у Марка, и искушение, которое пережила там же.
Я никогда не была предоставлена сама себе настолько, как сейчас. И в этом вынужденном одиночестве я впервые увидела свои плюсы. Я могла плавать, сколько сама хочу и лежа на пляже тоже. Не нужно прятаться в тени, «потому что я же могу обгореть, Вера, а всем этим кремам я не доверяю».
Шесть лет с одним мужчиной не бог весть, какой срок, но по моим ощущениям прошла целая жизнь. И прошла мимо, а настоящая жизнь, такая, чтобы жить на полную катушку и себе в удовольствие, еще оставалась где-то впереди.
Я позволила себе поваляться на пляже так долго, как сама хотела. Не читала при этом очередную скучную книгу какого-то лауреата очередной литературной премии, а из-за отсутствия нормального интернета другие пожиратели свободного времени, как соцсети, меня тоже мало волновали.
Редко доводилось проводить столько времени наедине с самой собой. И в этот раз я наслаждалась каждой минутой.
Позже Тадеуш нашел меня на пляже сам. Принес еду из кафе – запеченный баклажан с фаршем и холодный кофе фраппе. Это было неожиданно вкусно и приятно.
В свое время я не успела насладиться мужским вниманием. Выбрала Юру и осталась с ним, потому что вроде не самый худший вариант: не пьет, не курит, не бьет и не изменяет. А бросать его без явной причины вроде и неудобно. Подумаешь, в постели перестала кончать, вовсе и не проблема. О таком и не пожалуешься никому… Вот и донашивала эти отношения, как старую вылинявшую, но такую удобную кофту.
Тадеуш был рослым, светлокожим и смешно щурился на солнце. Я все еще не понимала и десятой доли того, что он говорил, и, кажется, он догадывался об этом, но иногда казалось, что ему и моей улыбки достаточно.
С горем пополам я поняла, что он зовет меня вечером в ресторан на пристани. Планов на вечер у меня не было, Павел уезжал только на следующий день, а коротать еще один вечер вместе не хотелось, поэтому я согласилась.
Паша снова удивил – поступил как настоящий джентльмен, условился со мной на определенное время, в которое он позвонит мне, и если я не отвечу, то он пройдет мимо кафешки, чтобы убедиться, что все в порядке. А если нет, я смогу сказать, что увидела знакомого и сбежать вместе с ним домой. Видимо, без меня его вечера разнообразием не отличались, а бесконечные сериалы в одиночестве надоели.
Вечером Тадеуш также говорил без умолку и его совершенно не беспокоило отсутствие моих ответов. Я кивала, улыбалась и четко понимала, что у меня вообще ничего не ёкает при взгляде на него. Ждала звонок, но Паша все не звонил, как будто тоже решил дать поляку шанс. Часто доставать телефон я не решалась, а пресловутые вежливость и воспитание не давали просто так распрощаться и уйти, все-таки парень старался и обедом накормил меня совершенно бесплатно.
Монотонный голос, из которого я понимала от силы пару слов, убаюкивал. Я смотрела на море и думала о Марке, о том, что мы слишком разные и что я, конечно же, не одна из его шлюх и никогда ею не стану.
Вывел меня из забытья голос Тадеуша, который внезапно громко и требовательно выговаривал что-то застывшему около нашего столика официанту. Различила я только твердое: «Нет!» и, кажется, «Не надо».
Я перевела взгляд на бутылку вина, которую мы не заказывали, и бокалы, а после подняла глаза на самого официанта.
Сердце рухнуло в пропасть.
Марк смотрел на меня, заломив одну бровь, с плохо скрываемым любопытством в светло-серых глазах. На нем был теплый худи с капюшоном и свободные джинсы, в волосах бардак, а трехдневная щетина скрыла соблазнительную ямочку на подбородке.
– Привет Вера, – улыбнулся он, как ни в чем ни бывало, и скользнул за наш столик.
Облокотившись о столик и спинку дивана, Марк как бы отрезал меня от остального мира. Я отпрянула к ограждению, но на узком диване рядом с ним стало невероятно тесно.
Тадеуш впервые за все это врем довольно четко произнес на чистом русском:
– Знаешь его, Вера?
Марк не удостоил моего собеседника даже коротким взглядом.
Все его внимание было предназначено мне, и его взгляд был более чем откровенный. Двусмысленный, наглый, нарушающий личное пространство. Ни один мужчина не позволял себе так откровенно пялиться на мои губы, и я бы рада отвести глаза, но не могу.
Его глаза обещают наслаждение, ласкают мои скулы и в них горит желание увидеть больше, избавившись от лишней одежды. Наваждение и безумие в одном флаконе с резкими нотками сандала на его коже.
– Познакомишь?
Низкий голос с хрипотцой поднимает со дна отчаяние, осевшее противным илом за эти два прошедших дня. Сразу вспоминаю ванную, осколки красного сердца и вопрос-отказ. Вопрос-унижение.
Я не позволю Марку играть со мной.
На самом деле, я благодарна ему за то, что он оттолкнул меня и четко обозначил собственные интересы. Я в его возмутительные стандарты не вписываюсь, но рядом с ним все равно почему-то теряю голову.
Перевожу взгляд на встревоженного поляка. Решаю специально подразнить зверя. Не только касаюсь руки Тадеуша, а даже медленно поглаживаю ее. Пусть видит и пусть придумывает себе что угодно.
– Тадеуш, это Марк и он уже уходит, – произношу я, не глядя на него.
И это моя ошибка.
В следующий момент бутылка вина летит в стену, взрываясь фейерверком красных брызг и темного стекла.
Люди вокруг начинают кричат на незнакомых языках. Все вскакивают с ног и, если до этого атмосфера в кафе текла расслаблено, то теперь градус взвился до потолка. Администратор кричит официантам, официанты ловят в дверях посетителей, которые подорвались с мест и собирались сбежать, не оплатив по счетам. Все кругом кричат и размахивают руками, и в этом хаосе есть только один человек, который остается без движения.
Виновник спокоен.
Он смотрит на меня. И улыбается немного криво.
– Какой же ты мерзавец, Марк, – выдыхаю я.
Он пожимает плечами, сует, не глядя, банковскую карту подбежавшему администратору и бросает что-то на греческом.
– Что ты сказал ему? – спрашиваю я, хотя и догадываюсь по офигевшему виду парня.
– Что все расходы беру на себя, – он снова пожимает плечами. – Я богатый мерзавец, Вера. Могу поджечь это кафе, если захочу, а хозяин только спросит, достаточно ли хорошо оно горит для меня.
В его глазах словно пляшут искры того самого пламени, про которое он рассказывает. Меня обдает жаром. Выданный плед и то грел меньше, чем руки Марка, которые ложатся на талию.
– Въера, – говорит Тадеуш с сильным польским акцентом.
Наверное, нервы сдают у человека.
Его голос и то, с каким акцентом он произносит мое имя, не вызывают во мне и десятой доли того, что я чувствую рядом с этим мерзавцем.
– Марк! – раздается сзади.
Вижу ту самую рыжую девку из аэропорта. Марк прикрывает на мгновение глаза. Его хватка на моей талии становится чувствительней.
– Успел забыть, с кем пришел сюда, Марк? – холодно спрашиваю я.
– Мы случайно встретились.
Смеюсь. Наверное, в том, что мне так весело виноват именно стресс, ведь ничего смешного не произошло. Просто я снова словно с головой нырнула в липкую и противную грязь, которую потом с себя не смыть так просто. В ушах словно зазвенело от стонов, которые отскакивали от кафельной плитки уборной, и как наяву услышала, как она скребется ногтями по пластмассовой перегородке, пока он трахает ее сзади. И последним аккордом – шум сливающегося бачка.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.