Жанна Руа – Сердце Атланта. Тень Луны (страница 10)
– Нет! – резко отказываюсь. – Я больше не хочу, чтобы ты оставался в моей спальне на ночь!
– Кирос слушается вас, – отвечает он спокойно и удаляется из комнаты.
Почти рычу от злости и бессилия. Наконец андроид оставляет меня одну. Пушистый енот, кряхтя, пытается догнать Кироса и цепляется за его ногу, но я почти не замечаю этого, погружённая в свои мысли.
– Пушистый предатель! – ворчу, но в душе понимаю, что это просто способ скрыть свои настоящие чувства.
– Почему? Почему? Почему? – шепчу, чувствуя себя совершенно растерянной. – Что это за игры разума? Я не видела Феникса слишком много лет.
Злюсь сама на себя за такую слабость. Решительно встаю с постели, стараясь найти в себе силы для предстоящего разговора.
– Вчера нам так и не удалось поговорить, – размышляю вслух, вспоминая, как мама почти сразу увела его, не давая нам остаться наедине даже на минуту. – Он ночевал в соседней комнате. Спустя столько лет это кажется таким странным.
Вдруг раздается уведомление браслета.
– Вам голосовое сообщение от наследника рода Солнца – Иллиана.
– Иллиан? – удивляюсь я вслух.
Вспоминаю наше знакомство после помолвки и то странное тепло в груди. Кажется, это первый раз, когда мы увиделись лично. Нажимаю на кнопку «ответить», и на экране появляется сообщение от Иллиана:
– Здравствуй, Ригель. Вчера все мы получили письма о том, что пришло время приехать в столицу. По этому поводу моя мама, как действующий член Совета, устраивает большой приветственный приём. Адрес я вышлю отдельно. Надеюсь, у тебя всё хорошо, и Арген не доставил тебе слишком много проблем. Говорят, что у него отвратительный характер, но при этом он и его отец – одни из самых влиятельных атлантов.
На секунду он запинается, будто раздумывая о том, стоит ли это говорить.
– И… Знаешь, поскольку с помолвками мы оказались примерно в одном положении, если хочешь, то можем это обсудить. До скорого, Ригель. Береги себя.
– Значит, приём… – размышляю вслух. – Не думаю, что Арген решит ехать как пара. Что ж, меня это устроит. – Нужно собраться и поговорить с Фениксом. Что он хочет сказать мне спустя столько лет? Назовёт причину своего ухода? – волна гнева и беспомощности накатывает снова. – Какое теперь это имеет значение…
Почувствовав себя увереннее, делаю глубокий вдох и иду на встречу с братом. Он стоит ко мне спиной и всматривается в спокойную гладь океана. Рядом сервирован небольшой столик, на котором дымится чай, стоит вазочка с фруктами, корзинка с тёплыми круассанами, тарелка с сыром и нарезанным свежим багетом. Запахи утренней трапезы смешиваются с солёным бризом. Мягкий свет утреннего солнца заливает открытую террасу, создавая иллюзию мира и спокойствия. Замираю у двери. Голоса мамы и Феникса доносятся до меня, полные надрыва и эмоций.
– Как она пережила всё это? – спрашивает он напряжённо и устало.
Калипсо медленно отвечает, словно выбирая каждое слово, чтобы оно было точным и правильным.
– Ты не представляешь, через что она прошла. Ригель была в отчаянии. Ты был всем для неё, Феникс. И вдруг ты исчез.
Моё сердце сжимается от боли. Слёзы подступают к глазам, но я стою там, не двигаясь, чтобы не нарушить их приватности.
– Я вернулся ради неё, – отвечает брат сломленно, но все же с ноткой решимости. – Хочу исправить все ошибки.
В этот момент мне кажется, что время замедляется. В голове проносятся воспоминания: наши счастливые дни, его нежные прикосновения, обещания, которые казались нерушимыми. Но потом пришла тьма – холодная и безжалостная. Его исчезновение оставило глубокую рану в моей душе, которую я пыталась залечить, но она всё ещё кровоточит.
– Она не та же, что раньше, – продолжает мама, и я слышу в её голосе нотки сожаления. – Её сердце разбито. Ты должен понять это.
Феникс тяжело вздыхает, и я вижу, как он обхватывает голову руками, пытаясь осмыслить всё произошедшее.
– Ты брат. Кузен. Не забывайся, Феникс. Ригель теперь помолвлена. Ты не должен портить ей жизнь. Репутация моей дочери на кону, и я не позволю тебе её испортить.
В этот момент мама замечает меня у двери террасы. Её глаза расширяются от удивления и беспокойства. Она быстро прекращает разговор с Фениксом и подходит ко мне, полная решимости и тревоги.
– Ригель, подожди, – говорит она.
Замираю, смотря на её растерянное лицо. Она крепко держит меня за руку и шепчет на ухо:
– Не делай глупостей.
Слова звучат как предупреждение, и я ощущаю, как внутри всё сжимается.
– Между вами с Фениксом не всё было так просто в детстве, – продолжает она.
– Мама, что ты имеешь в виду? – спрашиваю я, чувствуя, как сердце начинает биться быстрее.
– Ваш странный интерес друг к другу, – отвечает она, избегая моего взгляда.
Чувствую, как краснею, вспоминая те моменты, которые мы делили с Фениксом. Те тайные разговоры и взгляды, которые никто не должен был видеть.
– Не забывай о том, что он твой брат, – добавляет мама, её голос становится более твёрдым. – Вы повзрослели. Теперь ты принадлежишь другому.
Хоть слова мамы и режут мой слух, но я сдерживаю себя.
– Я не забыла о помолвке, – говорю я, стараясь улыбнуться. – Всё будет в порядке. К тому же я не вещь, чтобы принадлежать Аргену.
Мама смотрит на меня с удивлением, а затем её лицо смягчается.
– Прости, – говорит она тихо. – Я не хотела тебя обидеть. Просто будь осторожна. На кону не только твоё будущее, но и всей Атлантиды.
Она слегка сжимает мою руку в знак поддержки и отпускает. Я замечаю, как она бросает какой-то странный взгляд на Феникса, прежде чем оставить нас одних. Стою на месте, смотря ей вслед, чувствуя тяжесть её слов. Потом медленно поворачиваюсь к кузену. Его лицо спокойное, но в глазах мелькает нечто, что заставляет меня задуматься.
– Феникс, – тихо произношу его имя, и он медленно поворачивается ко мне лицом.
Его глаза полны эмоций, которые я не могу прочитать. Словно мир вокруг нас остановился, и остались только мы вдвоём, связанные невидимыми нитями прошлого. Интересно, о чём же он думает прямо сейчас?
– Мы должны поговорить, – говорит он, и голос звучит решительно, но в нём чувствуется нотка отчаяния. – Слишком много времени прошло, и слишком много осталось несказанного.
– Да, – соглашаюсь, чувствуя, как нарастающее волнение охватывает. – Мы действительно должны.
Остаюсь совершенно спокойной, хотя внутри чувствую мимолётный укол боли. Но я научилась этой игре.
– Феникс, – произношу, стараясь сохранить нейтральный тон.
Мы смотрим друг на друга и молчим. Повзрослевшие, совсем другие. Чужие. Слишком много лет разлуки и взаимных обид. Слишком много тянущихся в пустоту молчания и безразличия.
Теперь между нами годы, непонимание и одиночество. Но всё же…
Феникс отводит взгляд.
– Арген… Ты с ним помолвлена, – произносит он, и имя бывшего друга слетает с губ брата. Он будто пробует его на вкус. Оно повисает между нами в воздухе, как напоминание о том, что мы потеряли.
Если раньше это имя было словно бальзам для души, то теперь оно стало как яд. Я чувствую, как моя грудь сжимается от боли. Воспоминания о прошлом всплывают перед глазами, яркими вспышками счастья и горечи. Мы были так близки, неразлучны. А теперь…
– Да, – отвечаю я тихо, стараясь сдержать дрожь в голосе. – Мы помолвлены.
Он кивает, словно ожидая этот ответ, но в его глазах появляется тень боли.
– Ригель, – начинает он, его голос звучит мягче. – Знаю, что сделал тебе больно, но у меня были свои причины. Я ушёл, чтобы защитить тебя.
– Защитить? – повторяю я, не в силах сдержать саркастическую улыбку. – От чего? От кого?
Он отводит взгляд, в его глазах появляется какая-то тяжесть, словно он носит в себе непосильную ношу. Я глубоко вздыхаю и встречаюсь взглядом с Фениксом. Его глаза полны печали и раскаяния.
– Ты потерял право голоса в моей жизни, – говорю я с горечью в голосе.
Феникс опускает голову и тихо отвечает:
– Я пропал на долгий срок.
– Так и есть. Без всякого объяснения.
– На то была причина, сестра.