Жанна Никольская – Против кармы (Ядовитая орхидея – 3) (страница 3)
– Скажи честно, Ир, ты все еще ждешь его возвращения?
Ох, этот следовательский пронзительный взгляд… от него мне стало даже немного не по себе.
– Ничего я не жду, – буркнула я. Сама затронутая тема была неприятной.
– Понимаешь, если я для тебя лишь временный попутчик – это одно. Но если все несколько более серьезно…
– То что? – вяло спросила я. Не собирается ведь он делать мне предложение? Как-то преждевременно и вообще я не хотела никаких по-настоящему серьезных отношений. Меня вполне устраивали регулярные встречи без обязательств. Наверное, я просто боялась слишком сильно привязаться к еще одному мужчине. Сергей преподал мне наглядный урок, такое долго не забывается.
– Ладно, я понял, – вздохнул Дмитрий, – Наверное, я излишне тороплюсь. Но жене о тебе расскажу.
– Зачем? – вырвалось у меня непроизвольно.
– Чтобы мое требование о разводе не стало для нее полной неожиданностью, – пояснил он невозмутимо.
– А как же дети?
– Дети есть дети и от них я отказываться не собираюсь, – он тихонько провел ладонью по моим волосам, – Ни от нынешних, ни от будущих.
– По-моему, ты слишком спешишь, – меня охватила легкая досада.
Он коротко улыбнулся.
– Как знать…– и больше не продолжая щекотливый разговор, притянул меня к себе. В очередной раз.
* * *
Глава 2
1.
Из дневника Даши С.
Ну вот, заветное имя произнесено.
Нужно настроиться, чтобы заново всё вспомнить и заново пережить. Это совсем непросто. На короткое время просто “зависаю” над своей тетрадью. Машинально обвожу черной гелевой ручкой – Кирилл, Кир…
Познакомились мы по-дурацки, и все дальнейшее пошло наперекосяк. Но если б мне представилась возможность вернуться в тот самый день, я бы ничего не меняла. Пошла бы той же дорогой, свернула бы в ту же подворотню…
И рисковала бы огрести очень серьезные проблемы.
Лишь бы снова увидеть его появление.
Но по порядку.
Ситуация была банальной до тошноты, до омерзения. Желая срезать дорогу, пошла проходными дворами и предсказуемо нарвалась на пару поддатых гопников, которые, опять же предсказуемо, заступили мне дорогу и начали приставать.
Конечно, сердце у меня ушло в пятки – я ведь не героиня “женского” боевика, легко справляющаяся с тремя (или даже больше) бугаями. Стала прикидывать, как убежать, а через плечо перекинут этюдник, не так-то легко с ним развернуться. А ублюдки уже протягивали свои “грабли”, лапать начали, глумливо предлагали “составить им компанию”, я ведь такая “куколка”…
Не первый раз я пожалела, что “куколка”. Ростом сто шестьдесят шесть см и весом 47 кг.
Совершенно не приспособленная для драк. И неизменно вызывающая нездоровый интерес у лиц противоположного пола.
– Пустите или закричу, – да уж, насмешила гопников. Заржали нагло, один схватил за руку, начал заламывать мне ее за спину, тут я невольно вскрикнула.
В мозгу пронеслось паническое – ладно, если только изнасилуют и сумку отнимут, могут ведь и убить со всей дури, они же пьяны, с них станется… и народу – никого, дворик глухой…
Он (ОН) появился неожиданно. Просто чья-то высокая фигура в темной джинсовой куртке налетела на мерзавцев, меня с силой оттолкнули (еле удержалась на ногах), а дальше я уже со стороны наблюдала как оба подонка очень быстро были уложены на асфальт. После чего горячая ладонь незнакомого парня схватила меня за предплечье.
– Давай резче! – скомандовал мой спаситель и потащил в сторону более или менее оживленной улицы.
Я повиновалась, еще не придя в себя. Знала только одно – меня спасли самым неправдоподобным и чудесным образом.
Наконец его рука разжалась, и мы остановились, переводя дыхание.
Я наконец его рассмотрела. Высокий (на моем фоне – даже очень высокий) парень с виду лет двадцати трех-двадцати пяти. Черные волосы, короткая стрижка. Спортивная фигура.
Весьма симпатичное, даже смазливое лицо. Стоп, не смазливое. Ему не идет это определение. Открытое, чистое лицо. В чем-то своеобразное.
Тонкий длинный нос, четко очерченные скулы, в меру высокий лоб.
Глаза.
И тут мой взгляд споткнулся – таких глаз воочию я не видела ни разу. Такими бывают глаза разве что у апостолов на средневековых картинах – темно-темно карие, большие, слегка удлиненные… затягивающие в свою глубину.
Не бывает таких глаз ни у кого.
Тем не менее, они были. Смотрели на меня в упор. Спокойно смотрели.
– Ты в порядке?
– Что? – я с трудом стряхнула с себя нахлынувший морок.
– В порядке, спрашиваю? Не успели те уроды ничего сделать?
– Не успели, – откликаюсь эхом, потом заставляю себя растянуть губы в улыбке.
– Ты меня спас.
Он морщится.
– Не за что.
И снова пауза. Смотрим, изучаем друг друга.
Он кивком указывает на мой этюдник.
– Художница?
Я киваю.
– Понятно. Ну ты больше подворотнями одна не ходи, – он слегка улыбается. Нет, его лицо не хочется называть смазливым. Его лицо, пожалуй, красиво. Сдержанно, неброско.
Но вот глаза… лишний раз смотреть ему в глаза мне и страшно, и в то же время будто что-то притягивает. Что-то, скрывающееся в их глубине.
У него не пустые глаза. Ни разу.
Ненавижу пустые глаза.
* * *
Следующий эпизод заново прокручиваю в памяти.
Мы на пару идем по направлению к моему дому.
– Живешь далеко? – спрашивает он. Очень естественно спрашивает. Будто старший брат.
Когда-то в детстве я мечтала о старшем брате. Но не сейчас.
Отвечаю, что проживаю совсем близко, пройти половину квартала – и мой дом.
И мы идем половину квартала.
Он не спрашивает моего имени, не интересуется (игривым тоном), отчего такая хорошенькая девушка шляется по подворотням одна. Просто молча идет рядом.
С ним спокойно. С ним чертовски НЕспокойно.
Вот такой диссонанс.