Все благополучно?
Агнеса
Котенок мой издох.
Арнольф
Конечно, жаль, но что ж?
Всем надо умереть, и мертвых не спасешь.
Здесь не было дождя, пока я не был дома?
Агнеса
Нет.
Арнольф
Вы скучали?
Агнеса
Нет, мне скука не знакома.
Арнольф
Но что ж вы делали все десять дней одна?
Агнеса
Я сшила шесть рубах и колпаки сполна.
Арнольф
(после некоторого раздумья)
У света, милый друг, есть странностей немало.
Его злословие кого не задевало!
Конечно, это все пустая болтовня,
Что некий здесь бывал мужчина без меня,
Что с ним какие-то вели вы разговоры.
Нет, не поверил я: все это, верно, вздоры,
И в этом я готов побиться об заклад.
Агнеса
И проиграете: вам правду говорят!
Арнольф
Как – правду? С вами, здесь?
Агнеса
Конечно!
Что ж такого?
С утра до вечера сидел, даю вам слово.
Арнольф
(в сторону)
Я откровенности не ожидал такой!
Но это добрый знак, знак простоты большой.
(Громко.)
Однако, помнится, при нашем расставанье
Я строго запретил вам всякие свиданья.
Агнеса
Но этой встречи вы предвидеть не могли.
Клянусь, и вы себя не иначе б вели.
Арнольф
Пусть так. Скажите же мне обо всем
пространно.
Агнеса
Вы не поверите, как все случилось странно.
Однажды на балкон присела я с шитьем,
Как вдруг увидела: под ближним деревцом
Красивый господин; он взор мой, видно,
встретил
И тут же вежливым поклоном мне ответил,
И я, невежливой прослыть не захотев,
Ответила ему, почтительно присев.
А после нового учтивого поклона
Вторично отвечать пришлось и мне с балкона;
Затем последовал и третий в тот же час;
Ответила и я немедля в третий раз.
Он ходит взад-вперед и, лишь подходит ближе,
Все кланяется мне, и с каждым разом ниже,
И я – мой взгляд за ним внимательно
следил —
Тотчас же кланялась, когда он проходил. 
