Губя свой ум, здоровье, кошелек.
Подобные ему не проживут полсрока,
Назначенного им, как, совесть заглуша,
Все спустят до гроша.
Испробовав не в меру сока
Лоз виноградных, разум свой
Оставил он на дне бутыли,
И был Женою в склеп опущен гробовой
Затем, чтоб винные пары перебродили
Там на свободе. От паров
Очнувшись, наконец, и саван, и покров,
И свечи видит он, дивясь тому немало.
— Ого! — воскликнул он. — Ужель вдовою стала
Жена моя? — Тогда наряжена
Алекто, фурией геенскою, предстала
Под маскою его Жена,
Держа сосуд с дымящейся похлебкой,
Достойной князя тьмы. И вот, на миг один
Не сомневается душою он неробкой,
Что он — геены гражданин.
— Кто ты? — спросил он у виденья.
— Я ключницей служу у сатаны
И пищу приношу тем, кто обречены
В гробу на заключенье.
Тут бессознательно супруг спросил ее:
— А ты не носишь им питье?
Содержание заимствовано у Эзопа.
50. Подагра и Паук
(La Goutte et l'Araignée)
Подагру с Пауком сам ад на свет родил:
Слух этот Лафонтен по свету распустил.
Не стану я за ним вывешивать и мерить,
Насколько правды тут, и как, и почему;
Притом же, кажется, ему,
Зажмурясь, в баснях можно верить.
И, стало, нет сомненья в том,
Что адом рождены Подагра с Пауком.
Как выросли они и подоспело время
Пристроить деток к должностям
(Для доброго отца большие дети-бремя,
Пока они не по местам!),
То, отпуская в мир их к нам,
Сказал родитель им: "Подите
Вы, детушки, на свет и землю разделите!
Надежда в вас большая есть,
Что оба вы мою поддержите там честь,
И оба людям вы равно надоедите.
Смотрите же: отселе наперед,
Кто что из вас в удел себе возьмет
Вон, видите ль вы пышные чертоги?
А там вон хижины убоги?
В одних простор, довольство, красота;
В других и теснота,
И труд, и нищета".
"Мне хижин ни за что не надо",
Сказал Паук. "А мне не надобно палат,
Подагра говорит. — Пусть в них живет мой брат.
В деревне, от аптек подале, жить я рада;
А то меня там станут доктора
Гонять из каждого богатого двора".
Так смолвясь, брат с сестрой пошли, явились в мире.
В великолепнейшей квартире
Паук владение себе отмежевал:
По штофам пышным, расцвеченным
И по карнизам золоченым
Он паутину разостлал 
