Жан-Филипп Арру-Виньо – Горошина на шестерых (страница 2)
– Кстати, а на какую тему это твоё суперсрочное сочинение?
Жан А. прикинулся глуховатым – он всегда так делает, когда его застают врасплох.
– Чего? – переспросил он.
– Не «чего», а «что», – поправила мама, которая никогда не упускает возможности напомнить нам о хороших манерах.
– Сочинение-то? Ну, оно… э-э… оно о Наполеоне… то есть об этом… Рамзесе… Знаешь, такой египетский фараон.
– Ты как будто не очень в этом уверен, – заметила мама.
– Вот поэтому-то мне и надо в библиотеку, – затараторил Жан А. – Проверю там всё как следует.
Я подтолкнул его к выходу.
– Давай скорее! Сейчас все нужные книги разберут. До вечера, мама. Пока, редиски!
– Не сидите там слишком долго! – крикнула мама нам вслед.
Закрыл за нами дверь Жан В., весь зелёный от зависти. Он так яростно хлопнул дверью, что, конечно, разбудил малыша Жана Е.
Ждать лифта мы не могли – уж очень торопились, поэтому бежали с одиннадцатого этажа по лестнице, и вопли Жана Е. летели за нами до самого низа.
– Не хотел бы я сейчас оказаться на месте Жана В., – радостно крикнул Жан А., когда мы вылетели на улицу.
– Что на тебя нашло? – набросился я на него. – Чуть не испортил всё своей малограмотностью!
– Это ты про сочинение? Не волнуйся, мама ничего не заподозрила.
– Ну ты и дубина, – вздохнул я.
– А ну повтори, что сказал!
Мы шли по улице и толкали друг друга. А потом, когда убедились, что мама уже не увидит нас из окна, Жан А. сказал, потирая руки:
– Итак, начинаем операцию «Библиотека». Сверим часы.
Мы показали друг другу свои наручные часы и установили на них одинаковое время с точностью до минуты.
– Встречаемся на этом самом месте ровно в пять, – сказал Жан А. – Только смотри не опаздывай, понял?
– За кого ты меня принимаешь?! – возмутился я.
Ему не терпелось поскорее убежать, но я поймал его за рукав.
– А ты на самом деле куда?
– Я же тебе утром говорил… К Стефану.
Стефан – это лучший друг Жана А. Он тоже очкарик, тоже учит латынь и собирает марки – они с Жаном А. ими меняются.
– А что вы будете делать?
– Не твоё дело!
– Ну и достанется же тебе, если мама и папа узнают, что ты прогуливаешь библиотеку, – усмехнулся я.
Он пожал плечами.
– Стефану на день рождения подарили новую гоночную трассу «24 часа Ле-Мана»[1]. Необходимо, чтобы её испробовал профессионал.
– Это ради игры в машинки ты сделал себе такой аккуратный пробор посреди башки? – спросил я.
Жан А. тут же сделался красным, как помидор.
– Я? Ты сдурел?
Жан А. предпочёл бы отдать руку на отсечение, чем признаться, что влюблён в сестру Стефана.
– Да я даже не знал, что у него есть сестра, – стал отбиваться он. – Честное слово!
– А разве кто-то что-то сказал про сестру? Лично я ничего такого не говорил.
Тогда он закатил глаза к небу.
– Ладно, у меня есть дела поважнее, чем стоять тут и слушать бредни какого-то четвероклашки. Смотри, не забудь взять для меня каких-нибудь книжек… Только давай что-нибудь получше, чем в прошлый раз!
В прошлый четверг я выбрал для него «Экзамен по катехизису на пять!» и два тома «Правдивой истории Танга, маленького прокажённого».
Ну и рожу он скорчил, когда их увидел… Но поскольку папа похвалил его за такой разумный выбор, Жану А. пришлось прочитать всё это, чтобы папа мог обсудить с ним содержание.
Так ему и надо. Будет знать, как выезжать на моей доброте.
А я вот просто обожаю ходить в библиотеку.
Особенно когда погода стоит ужасная и дождь хлещет по стёклам. Залы в библиотеке огромные, и там всегда царит полумрак – из-за стеллажей, заставленных книгами, которые тянутся от пола до самого потолка. Можно подумать, что ты где-нибудь в подводном гроте или в «Наутилусе» у капитана Немо.
К тому же библиотека расположена прямо над булочной, и сюда доносится запах горячих бриошей и пирогов с сюрпризом, только-только вынутых из печи. Когда наступает время полдника, я прямо в обморок готов свалиться от голода – так там вкусно пахнет!
Часто, прежде чем подняться в библиотеку, я покупаю себе булочку с шоколадом или пирожок с яблоком и прячу на дно сумки.
«КАТЕГОРИЧЕСКИ ЗАПРЕЩАЕТСЯ ПИТЬ ИЛИ ЕСТЬ В ПОМЕЩЕНИИ БИБЛИОТЕКИ» – гласит табличка перед входом. Я сдаю библиотекарю прочитанные книги и бегу на второй этаж: мне кажется, будто на дне сумки у меня граната с выдернутой чекой.
В библиотеке разрешают брать не больше трёх книг в неделю, поэтому выбирать нужно очень тщательно. Я могу часами слоняться вдоль стеллажей с неудобно выгнутой шеей, чтобы читать названия на корешках.
Когда мне попадается что-нибудь интересное, я просматриваю краткое содержание на задней обложке:
«История ездовой собаки, которая заново одичала!»
«На дочь учёного совершено покушение в жёлтой комнате… Потрясающе!»
«Неведомое морское чудовище гоняется за кораблями по всем морям земного шара… Класс!»
А вот находка ещё более ценная: книга из серии «Альфред Хичкок и три сыщика». Я ещё не читал эту часть, и к тому же её только-только вернул какой-то другой читатель!
Я хватаю все эти сокровища и, сгорая от нетерпения, бегу в самый дальний угол читального зала. Там устраиваюсь на диване и пробегаю глазами первые страницы – просто чтобы убедиться в том, что краткие описания на обложках не врут.
Но как же остановиться, когда Юпитер, Пит и Боб, трое юных сыщиков, пускаются в очередное расследование? Таинственный чемодан, который они купили на аукционе, похищен… И я, понятное дело, принимаюсь за следующую главу, а потом – за следующую, и следующую, и всё это время тайком жую пирожок с яблоком.
Мне кажется, что прошло минут десять, не больше. Но вдруг я подскакиваю как ужаленный. Что? Почти пять? Скорее домой, ведь уже совсем вечер. Библиотека сейчас закроется, а я уже дочитал книгу и даже не заметил, как это произошло.
Я бегу и ставлю её обратно на полку, беру «Необычайные каникулы Мишеля», «Исчезнувших из Сент-Ажиля», «Агента Ланжело и шпионов» и несусь во весь опор к выходу… и только тут вспоминаю, что забыл выбрать книги для Жана А.
К счастью, рядом со столом библиотекаря сложены грудой книги, которые только что вернули, и их ещё не успели разложить по полкам. Я наугад выхватываю из горы две штуки, протягиваю библиотекарю вместе со своими, чтобы она их зарегистрировала, и как сумасшедший вылетаю на улицу.
Я уже точно опоздал на нашу встречу, Жан А. будет в ярости.
– Ты совсем, что ли? – набросился он на меня, когда мы наконец встретились в тот четверг. – На часы посмотреть не пробовал? Знаешь, сколько я уже торчу под этим водопадом?
Он был весь мокрый и злой как собака. Нетрудно догадаться почему: или Стефан обошёл его в «24 часа Ле-Мана», или сестра Стефана за весь день ни слова ему не сказала.
– Из-за тебя у меня полные сапоги воды, – проворчал он. – Надеюсь, ты написал моё сочинение, иначе прощайся с жизнью!
– Твоё сочинение? Ты издеваешься? Может, мне ещё и посморкаться за тебя?
– Чего? Ты что, ничего не сделал? И как мне, по-твоему, теперь выкручиваться?
– Это твоя проблема, старичок.