Жан-Батист Кревье – История римских императоров от Августа до Константина. Том 8. Кризис III века (страница 4)
В то время как все сословия ликовали, лишь солдаты казались печальными и недовольными. Ни речи Максима, ни дарованная и гарантированная амнистия, ни обещанные щедрые дары – ничто не могло утешить их от необходимости подчиняться императорам, которых они не избирали: а сенат усугубил это недовольство своими неосторожными возгласами. Среди аплодисментов, которыми сенаторы осыпали Максима и Бальбина, сравнивая их судьбу с судьбой Максимина, они воскликнули: «Так торжествуют императоры, избранные мудрым выбором! Так погибают те, кто возвысился благодаря благосклонности безрассудной толпы!» Солдаты без труда поняли, что этот упрёк адресован непосредственно им, и возмущение, которое они испытали, вскоре привело к самым печальным последствиям.
В течение краткого затишья, которым пользовались два императора, они дали благоприятное представление о своём правлении. Они выказывали глубокое уважение к сенату, лично вершили правосудие, издавали мудрые постановления, со всей бдительностью и активностью готовились к войне, которую намеревались вести против персов, с одной стороны, и против германских или скифских народов – с другой. Максим должен был выступить на Восток, а Бальбин – на Север.
Тем не менее, за этой внешне безупречной деятельностью скрывалось пагубное и почти неизбежное зло – разлад между двумя соправителями, разделившими верховную власть. Казалось, они во всём действовали заодно, но в глубине души их разъедала зависть. Бальбин был уязвлён похвалами, которые достались Максиму за победу, одержанную, как он говорил, «без единого удара меча», в то время как он сам перенёс столько тягот и подвергался стольким опасностям, чтобы подавить мятеж, грозивший Риму гибелью. Кроме того, он презирал своего коллегу как человека менее знатного происхождения; а Максим, со своей стороны, пользовался преимуществом своего превосходства в военном деле и высмеивал робкую слабость Бальбина. Они смотрели друг на друга почти как соперники, и каждый, втайне стремясь стать единоличным правителем, угадывал в другом те же мысли, что таились в нём самом. Эти разногласия не проявлялись открыто, но просачивались явные признаки, которые огорчали добропорядочных граждан и вселяли в преторианцев надежду и уверенность в успехе их чёрного замысла против императоров.
Ибо это войско, всегда враждебное мудрости и добродетели своих повелителей, только и ждало момента, чтобы убить Максима и Бальбина. К уже названным мотивам ненависти добавлялись страх и недоверие. Они помнили, что Север, мстя за смерть Пертинакса, распустил весь преторианский корпус. Они опасались такого же обращения со стороны нынешних императоров; а германцы, которых Максим привёл с собой и которые, как я уже говорил, были к нему особенно привязаны, казались им готовыми преемниками, которые их заменят.
Примечание: Гекатомба – у древних греков и римян торжественное жертвоприношение из ста быков или других животных. В переносном смысле – огромные жертвы, приносимые ради чего-либо.
Марсово поле (лат. Campus Martius) – равнина в Риме, посвящённая богу войны Марсу, где проходили военные учения, народные собрания и различные церемонии.
Консуляры, преторы, квесторы – высшие должностные лица в Древнем Риме. Консуляры – бывшие консулы, занимавшие высшую государственную должность; преторы – судебные магистраты; квесторы – финансовые чиновники.
Преторианцы – личная охрана императора, обладавшая значительным политическим влиянием и нередко участвовавшая в заговорах и убийствах правителей.
Они нашли удобный случай для осуществления своих замыслов во время Капитолийских игр [лат. ludi Capitolini], которые привлекали весь город, так что императоры оставались почти одни во дворце. Преторианцы взбунтовались и, вооружившись, двинулись совершить свое ужасное злодеяние. Максим был предупрежден об опасности и вызвал своих верных германцев. Если бы он успел собрать их вокруг себя, то легко мог бы отразить ярость убийц. Но Бальбин, по непонятному и пагубному ослеплению, отдал противоположные приказы, вообразив, что Максим намерен использовать германцев, чтобы единолично захватить верховную власть и избавиться от неугодного соправителя. Он не извлек из этих неуместных подозрений иной пользы, кроме собственной гибели и гибели Максима.
Преторианцы, не встретив никакого сопротивления, ворвались во дворец и завладели особами обоих императоров. Им было мало лишить их жизни: их ярость дошла до того, что они пожелали опозорить и надругаться над столь достойными государями, почтенными по своему высочайшему сану, возрасту и добродетелям. Они обнажили их, поволокли по улицам Рима к своему лагерю, били по лицу, вырывали брови и волосы из бороды, тысячекратно смешивая насмешку с жестокостью, и с варварским удовольствием продлевали их мучения, глумясь над их императорским достоинством, дарованным сенатом. Наконец, узнав, что германцы спешат на защиту императоров, они прекратили их мучения, лишив жизни, и, изрубив тела, бросили их на улице, после чего вернулись в лагерь.
Германцы, чье рвение, видимо, не было особенно горячим, увидев, что те, кого они собирались спасти, уже мертвы, не сочли нужным сражаться за трупы, и спокойно удалились.
Такова была печальная участь двух императоров, которые своими различными талантами могли бы восстановить славу и величие Рима, если бы солдатская ярость позволила им это. Это событие столь ужасно, что даже в истории самых варварских народов не найти ничего более чудовищного. Горький, но неизбежный плод слабости и потворства, которыми правительство цезарей взращивало наглость войск.
Максим предвидел этот печальный конец с самого момента своего возведения на престол.
– Какой награды можем мы ожидать, – сказал он Бальбину, – если избавим человечество от чудовища, его угнетающего?
Бальбин ответил:
– Мы можем рассчитывать на признательность и любовь сената, римского народа и даже всего мира.
– Добавьте, – возразил Максим, – и на ненависть солдат, которая станет для нас роковой.
Его предсказание, как и слова Бальбина, сбылись в точности, ибо они погибли, искренне оплакиваемые. Сенат всегда их высоко ценил, Бальбин был любим народом, а сам Максим сумел завоевать расположение простых граждан, которые, хотя сначала, как мы видели, были встревожены его суровостью, затем смягчились, оценив важность оказанных им услуг и умеренность его правления.
Бальбин оставил потомство, которое процветало еще во времена Диоклетиана. История не упоминает о потомках Максима. Он положил начало величию своего дома, и с ним же этот дом пресекся.
Г-н де Тиллемон относит смерть этих двух императоров к 15 июля 238 года от Р. Х. Они правили немногим более года.
Примечания:
[1] Капитолин противоречит сам себе, и его различные рассказы об этом восстании полны путаницы. Я буду в основном следовать Геродиану. Капитолийские игры (лат. ludi Capitolini) – древнеримские празднества в честь Юпитера Капитолийского.
[2] Лаубах в Крайне. Преторианцы – императорская гвардия, нередко игравшая решающую роль в дворцовых переворотах.
[3] См. «Римскую историю», т. X, стр. 100. Германцы – здесь, вероятно, германские наемники или телохранители императора.
[4] ОРОЗИЙ, VII, 19. Г-н де Тиллемон – Луи-Себастьян Ле Нэн де Тиллемон (1637—1698), французский историк, автор трудов по истории Римской империи и раннего христианства.
§ IV. – Гордиан III
ХРОНИКА ПРАВЛЕНИЯ ГОРДИАНА III.
АННИЙ ПИЙ ИЛИ УЛЬПИЙ. – ….. ПОНТИАН.
ГОД Р. 989. ОТ Р. Х. 238.
Гордиан, тринадцатилетний, провозглашён Августом солдатами и признан сенатом и народом.
Сначала им управляют евнухи и алльные, коварные министры, злоупотребляющие своей властью.
М. АНТОНИЙ ГОРДИАН АВГУСТ. – ….. АВИОЛА.
ГОД Р. 990. ОТ Р. Х. 239.
….. САБИАН. – ….. ВЕНУСТ.
ГОД Р. 991. ОТ Р. Х. 240.
Мятеж Сабиниана в Африке, быстро подавленный.
М. АНТОНИЙ ГОРДИАН АВГУСТ II. – ….. ПОМПЕЯН.
ГОД Р. 992. ОТ Р. Х. 241.
Сапор, сын Артаксеркса, царя парфян, нападает на Римскую империю.
Гордиан женится на дочери Миссифея и назначает его префектом претория. С этого момента государство реформируется благодаря мудрому управлению Миссифея.
Землетрясение.
Первое упоминание франков в истории.
К. ВЕТТИЙ АВФИДИЙ АТТИК. – К. АЗИНИЙ ПРЕТЕКСТАТ.
ГОД Р. 993. ОТ Р. Х. 242.
Гордиан отправляется из Рима на войну с персами.
Он проходит через Мезию и Фракию, разбивает варваров, вероятно, сарматов и готов, рассеянных в этих землях, но терпит поражение от аланов.
Прибыв в Сирию, он изгоняет персов, преследует их в Месопотамии, разбивает Сапора под Ресенной, возвращает Карры и Нисибис.
Сенат присуждает Гордиану триумф: особые почести воздаются Миссифею.
….. АРРИАН. – ….. ПАП.
ГОД Р. 994. ОТ Р. Х. 243.
Часть событий, отнесённых к предыдущему году, может относиться к этому.
Смерть Миссифея, ускоренная преступлением Филиппа, который сменил его на посту префекта претория.
Говорили, что Филипп был христианином, но это не доказано.
….. ПЕРЕГРИН. – ….. ЭМИЛИАН.
ГОД Р. 995. ОТ Р. Х. 244.
Аргунт, царь скифов, опустошает соседние земли.
Филипп своими коварными действиями настраивает солдат против Гордиана, лишает его жизни в Заифе (Месопотамия) и провозглашает себя императором в начале марта.
Он лицемерно чтит память убитого им.