Жаклин Голдис – Шато (страница 15)

Открываю оба глаза, и солнце бьет в них еще сильнее. Я хватаю с пола свой телефон, заряжающийся от розетки, которая скрыта каркасом кровати. Каркас выполнен в испанском стиле, обит гладкой кожей насыщенного коричневого цвета. Постельное белье фиолетово-красное, текстурированное и слегка потускневшее, однако при этом выглядит дорого и ново. В конце концов, это шато Серафины. На всем отпечаток роскоши. Меня поселили в единственную комнату с двумя односпальными кроватями – в остальных имеются двуспальные. Что о многом говорит, не так ли? Я единственная незамужняя дама. Полагаю, что две односпальные кровати – мое будущее навсегда.

Я сползаю по постели, чтобы упереться ногами в изножье. Мой терапевт говорит, что это заземляет – ощущение своих ступней по утрам. Я сосредотачиваю на них все свое внимание, как она советует мне делать постоянно. Чувствую подошвами прохладную кожу. И все же в груди у меня пульсирует – это новая я, восставшая из пепла старой. У меня нет опоры, наоборот, я напоминаю себе выпущенный в небо воздушный шарик, бесцельно парящий до тех пор, пока не ударится о дымоход или спутниковую тарелку.

Я просматриваю электронную почту, сообщения. От Джулиет – ничего.

Затем я делаю то, что кажется ужасным, но неизбежным. Я захожу в Instagram, дабы узнать, подписалась ли Джулиет на кого-нибудь нового, или кто-нибудь новый – на нее. Если да, я зайду на их странички в Instagram, затем найду их на Facebook, затем в Google, после в Twitter, но определенно не в LinkedIn (в случае, если они подписаны на платную функцию, которая показывает, кто просматривал профили). Основываясь на своем расследовании, я определю уровень вероятности того, что она нашла новую соседку.

Но я вижу запрос на подписку, прежде чем успеваю перейти к Джулиет. Он от @imwatchingyou88. Меня сразу поражает угрожающий никнейм. Но, вероятно, это просто дурацкая случайность. Я нажимаю на профиль. В нем нет ни подписчиков, ни описания, ни фотографии, однако он открыт. Всего один снимок в ленте, и когда я осознаю, что на нем изображено, мое сердце подскакивает к горлу.

Это фотография ног, в том числе моих, в грубых черных сандалиях с ремешками, украшенными серебристыми заклепками. Я понимаю, что это снимок наших ног, которые были под столом вчера вечером за ужином. Джейд в новых босоножках It Girl, которые выглядят как эффектные кузины хрустальных туфелек Золушки. Арабель в крутых белых кроссовках. Дарси – в стеганых мюли на каблуке. Серафина – в темно-синих балетках. Сильви – в милых кремовых туфлях-лодочках на низком каблуке.

Подпись гласит: «Ты не сможешь спрятаться».

Я вскакиваю с кровати и, пока бегу в соседнюю комнату к Дарси, чувствую боль, потому что мои восстановленные сиськи подпрыгивают из-за отсутствия лифчика. Ворвавшись к ней, вижу ее с телефоном в руках. Она поднимает взгляд; в нем затаилось нечто первобытное, паническое.

– Ты тоже это видела?

Я киваю. Снова бросаю взгляд на сообщение и чувствую, как волосы на моих руках встают дыбом.

– Что это за хрень?

Существует негласное обязательство не пугать пожилых дам, поэтому за завтраком @imwatchingyou88 не обсуждается. Вместо этого мы намазываем круассаны маслом, запиваем кофе и неуверенно поем Джейд «Happy birthday». Затем появляется Арабель с влажными волосами, свежая после утренней пробежки. Насколько я ее знаю, она стремительно пробежала три мили, дистанцию, которую она обозначает небрежным движением руки, как rien. Пустяк. Она отхлебывает кофе и отламывает кусочек круассана, но по ее короткому кивку я понимаю, что она тоже видела фото. Тем не менее мы едим и болтаем, может быть, слишком много, хотя все это время напряженно ожидаем, когда Раф отвезет нас в город на рынок и мы сможем поговорить о том, что, черт возьми, на самом деле происходит.

Тем не менее, во время пения еще одного припева «Happy birthday» я пытаюсь осмыслить происходящее. Это должен быть кто-то из нас – тот, кто сделал это фото, кто создал этот аккаунт. Почему? Кто? И за кем он следит?

Десять минут спустя мы сидим в машине, попрощавшись с пожилыми дамами и получив от Сильви бумажный пакет с выпечкой. Дарси снова впереди. Когда двери со щелчком закрываются и Раф заводит двигатель, мы все одновременно начинаем разговаривать.

– Кто завел этот ужасный аккаунт? – спрашивает Дарси. – Девочки? Я серьезно напугана. Может, кто-то признается прямо сейчас, пожалуйста?

– Я этого не делала! – выпаливаю я. – Но, похоже…

– Ну, я надеюсь, ты не думаешь, что это могла быть я, – перебивает Арабель.

– Я не заводила странный анонимный аккаунт в Instagram! – возмущенно отчеканивает Джейд. – У меня день рождения, думаете, я стала бы вести себя как дура? – Ее выразительные скулы становятся еще более точеными, когда она сердится. – Это очень странно, – добавляет она. – Очень… страшно.

– Это страшно, – соглашаюсь я. – Могла это быть Сильви? Вернее, я имею в виду… Или Серафина?

Дарси смеется, немного нервно:

– Нет, я не думаю, что моя девяностолетняя бабушка разбирается в Instagram.

– Моя тоже, – замечает Арабель.

– Возможно, это был кто-то из обслуживающего персонала, – предполагаю я, и мне становится немного легче дышать от этой мысли. – Там был шеф-повар, который помогал Арабель, и официанты. Любой из них мог сделать это фото.

– Но почему? – недоумевает Джейд. – Зачем кому-то это делать?

– Я хорошо знаю шеф-повара, – с сомнением произносит Арабель. – Она профессионал. Не могу представить, чтобы она совершила нечто подобное. И официанты тоже местные. Я знакома с обоими. Хотя… все возможно.

– Но зачем кому-то из нас это делать? – спрашиваю я.

– О чем вы говорите? – наконец не выдерживает Раф, и мы все наперебой принимаемся объяснять.

Пока он переваривает услышанное, я задаюсь вопросом, мог ли он это сделать. Но как я себе это представляю? Он что, выполз по-пластунски из своего домика, чтобы заглянуть нам под юбки? Это вообще реально? И зачем?

– Выглядит так, будто вас разыгрывают, – наконец произносит он, качая головой. – Довольно дрянное название они выбрали.

– Ага. – Джейд хмурится. – Может, мы все покажем свои аккаунты в Instagram и позволим друг другу покопаться и доказать, что мы ни при чем? Хотя по всему выходит, что это кто-то из нас.

– Согласна, – кивает Дарси.

– Я тоже, – произношу я в унисон с Арабель. – Но тебе не кажется, что у того, кто это придумал, хватило бы ума стереть улики?

– И все же мы должны это сделать, – настаивает Дарси. – Просто чтобы успокоиться.

Итак, мы обмениваемся телефонами, не успев ввести коды доступа, но в это время машина останавливается.

– Мы на месте, – объявляет Раф.

Мы все смущенно оглядываемся друг на друга. При ярком свете дня, когда снаружи на знакомом рынке суетятся люди, шок немного проходит.

– Послушайте, девочки, – наконец говорю я, забирая у Дарси свой телефон. – Я не знаю, кто завел аккаунт и зачем, но этому должно быть разумное объяснение. Сегодня у Джейд праздник. Давайте не будем накручивать себя в такой день. Почему бы нам не поиграть в Шерлоков Холмсов позже?

Джейд бросает на меня благодарный взгляд. Я понимаю: не самое подходящее начало для юбилея. На ней цветочная корона, которую Арабель купила у флориста в Ницце, в паре с платьем-миди с прорезями, не обычного для нее черного цвета, а бежевого. Она выглядит сияющей, моя дорогая подруга. Я спонтанно обнимаю ее за плечи.

– Мы все хотим, чтобы у тебя был лучший день рождения!

– Повеселитесь как следует! Вам больше тридцати не дашь, – говорит Раф, когда мы выходим из машины, отчего Джейд сияет еще больше. Он немного лукавит. Потому что… давайте будем честны. Мы все выглядим чуть старше тридцати. Может быть, за исключением Арабель, самой старшей из нас.

– Значит, забудем на сегодня про инста-гада? – спрашивает Арабель.

– Да, только на сегодня, – с надеждой говорю я. Джейд с Дарси молчат.

– О боже, мы здесь! – радостно восклицаю я, несмотря на тревожное начало этого утра. Я выхожу из машины у средневековых ворот, которые ведут в Сен-Реми.

– Мы здесь! – Арабель пританцовывает, схватив меня за руку, но Джейд и Дарси угрюмы и молчаливы, обе в массивных солнцезащитных очках.

Я улыбаюсь Арабель и кладу голову ей на плечо. Я обожаю ее. Она самая незамороченная из моих подруг, меньше всех жалуется на жизнь. И она самая внимательная, всегда с подарочной корзиной, в которой собирает ассортимент сладостей на любой вкус, таких нужных, когда ты переживаешь что-то серьезное, вроде потери друга или рака груди. В последнее время у меня появилось много подарочных корзин. Но Бель не ограничивается дорогими подарками. Она приехала в город специально, когда мне предстояла серьезная операция, а затем еще раз на презентацию своей книги, так что в последнее время мы виделись часто. В прошлом году вместе останавливались в Hotel du Cap. Тогда-то нас и прозвали «Рианнами». Думаю, что это просто небольшая ревность «Мам». У нас с Арабель нет детей. Она сама сделала такой выбор, я – в силу обстоятельств. Так почему бы не веселиться по-настоящему, пока есть такая возможность?

Дарси проверяет свой телефон.

– Оливер с детьми сейчас тоже бродят по рынку. Дети не спят с двух часов, видимо, из-за смены часовых поясов. – Она снимает солнцезащитные очки и трет глаза. – Они хотят поздороваться.