Зена Тирс – Жена по праву. книга 2 (страница 14)

Прогоняя чувственное видение, Роберт убрал со стола пустую посуду и задержал взгляд на лопатке для переворачивания пищи, которую Лера так отчаянно крутила в руках весь вечер.

Адальхарт взял лопатку и ощутил неуёмную тоску по женщине, неволей оказавшуюся в его мире и в его доме.

Но теперь он не был инквизитором и мог позволить себе защищать её сколько угодно. Роберт одобрительно кивнул, убеждаясь в правильности своего решения.

Во время прошлой встречи король Эмеральд предлагал ему не идти на поводу у магов и не наказывать его за обыск Эскорта.

Но Роберт сам предложил отличное для себя наказание — отстранить его от должности первого инквизитора. Сложно быть палачом и укрывать в своём доме преступницу. Для дракона — просто невозможно.

На должность нового инквизитора Роберт назначил своего верного помощника дракона-полковника Дольфа Брентона.

— Только скажите, ваша светлость, — благодарно кланялся Дольф, — я выполню любое ваше указание. Леди Присцилла Эскорт не имеет статуса неприкасаемости, давайте обыщем её поместье. Я вмиг выпишу разрешение на обыск!

Роберт покачал головой:

— Подождём, Дольф. Не стоит спешить. Я ещё кое-что должен проверить.

Роберт был уверен, что ритуальный камень в особняке леди Присциллы. По его указу за домом выставлено наблюдение. Все экипажи гостей, которые побывали у леди Эскорт, досматриваются магическим поисковиком на заставе, и ритуальный артефакт невозможно вывезти. Но Адальхарт не спешил с изъятием артефакта, потому что, как только он получит ритуальный камень, ему придётся немедленно отпустить Леру. А он был не согласен расстаться с ней сейчас. Сперва он должен убедиться... быть уверенным в её безопасности в её мире! И только тогда позволит ей вернуться назад. Потому приходилось ждать, сдерживая своего мечущегося в неистовстве дракона, травить его табаком, уговаривать, что ложь временна, и правда непременно восторжествует.

Ведь так и до безумия дойти недалеко! Безумные драконы опасны для общества и их приговаривают к смерти... Долго бороться с собой невозможно.

От тяжёлых мыслей Роберта оторвали голоса, донёсшиеся из холла. Вернулась Терин со своим сыном. Адальхарт догадался, что Лера отпустила её встречать мальчика — вот добрая у неё душа!

Адальхарт снова восхищался своей фиктивной супругой.

— Привет, Итан, — поздоровался Роберт, рассматривая вымахавшего в шпалу молодого человека в военном мундире.

— Лорд Адальхарт! — отдал честь приложенной к фуражке рукой юноша, чем развеселил дракона.

Допоздна Роберт просидел с Итаном, который увлечённо делился впечатлениями об учёбе.

Адальхарт и сам рассказал ему множество забавных историй из своей юности. Но сердце продолжала точить тоска о том, что пора и ему завести сына или дочку, и виделись Роберту у малыша непременно глаза Леры. Глаза, которые никогда не могли случиться у его ребёнка.

Отправив Терин с сыном спать, Роберт услышал, что служанка собирается положить парня в своей комнатке, где стояла одна кровать, а сама поспать на диванчике в гостиной, потому как остальные комнаты заняли военные лорда генерала.

— Терин, я тебя умоляю, — взмахнул рукой Роберт. — Положи Итана в моей спальне.

— А как же вы, мой лорд?

— А я переночую в комнате леди Валери, она ведь моя жена.

Глава 21

Я вернулась к себе чуть ли не в слезах. Несносный дракон! Любит он рыбу, видите ли! Я делаю всё, о чём он меня просит: читаю книги, ужин ему приготовила. А он в лицей меня не пускает.

Тиран и деспот. Айсберг бездушный! Если бы он хоть чуть-чуть меня уважал, я уж не говорю про любовь, то позволил бы делать то, что мне хочется.

Я хлюпала носом, и пушистые звери утешали меня, подсовывали мордочки под руку. Они совсем-совсем перестали ссориться — хоть что-то меня сегодня радовало.

В отличие от чешуйчатого фиктивного супруга!

Когда уже забралась под одеяло, услышала пронзительный зов Валери из зеркальца.

— Милая Лерочка, — причитала принцесса со слезами на щеках. — Я так грущу из-за предательства Филиппа. Неужели он совсем меня не любил? Использовал... Никто меня никогда не любил... — плакала она. — Папа отдал замуж за лорда Адальхарта, как безвольную вещь... Он любит его больше, чем родную дочь...

— Валери, так бывает, что мужчины предают, но у тебя есть шанс на счастливую жизнь. Я уверена, ты сможешь построить отношения с... мужем. Он не так ужасен, как тебе.. кажется...

Как же трудно было это произнести!

— Да, теперь мне никуда не деться от лорда Адальхарта, — завыла девчонка. — Лера, а может ты... ты... — прошептала вдруг она, явно смущаясь.

— Что такое, говори?

— Может ты, как более опытная, консумируешь для меня брак? — робко произнесла Валери. —

Чтобы мне не пришлось мучится. Может и забеременеешь. Я же вижу, что тебе хочется.

— Нет-нет-нет! — выпалила я. — об этом даже не проси! Тем более он понимает, что я это не ты, фактически измена, и у нас договор о фиктивном браке!

— Кого ты обманываешь, Лера, — прошептала Валери. — Я же слышала, как вы общаетесь, ты ему нравишься. А он нравится тебе. И тот поцелуй на яхте, он целовал именно тебя, он сблизился с тобой! Вот порадуйте друг друга. Обещаю, не буду ревновать.

— Нет! — отрезала я. — И никогда больше о таком не проси! Это не игры, а близость. Нельзя поиграть, а потом бросить!

— Ладно, прости. ай, — Валери сморщилась от боли. — Я просто в отчаянии, Лера, и совсем не знаю, что мне делать со всем этим.. с дальнейшей жизнью, моё сердце разбито...

— Ты не узнала, кто тебе цветы принёс, Валери?

— Нет, тут кроме слуг никого не бывает. Но за мной очень хорошо ухаживают, даже лучше, чем дома.

Никак не могла отделаться от мыслей, как моё тело оказалось в роскошной палате, пыталась расспросить Валери о ещё каких-нибудь деталях. Но выяснить ничего не удалось. Принцессу постоянно навещают врачи и медперсонал, которых она называет прислугой. И ей постоянно делают уколы обезболивающего и снотворного. Аппетита нет, от всего тошнит. Скоро Валери устала от расспросов и снова расплакалась.

Я долго утешала её и, чтобы развеселить, показывала Светлячка и Анхора. Пёс Роберта был не очень доволен, когда я подставляла ему перед мордой зеркало, хмурил брови и отворачивался, но Светлячок оказался самой настоящей воображулей, шевелил ушками и крутил пушистым хвостом. Валери впервые за время нашего знакомства улыбнулась.

— Лера, ты такая добрая и сильная, — прошептала она. — Спасибо, что не бросаешь меня. Я хочу, чтобы у тебя тоже в хорошо. Чтобы ты выздоровела!

Я хочу этого не меньше...

Когда принцесса уснула, я ещё долго крутилась в постели. Может, стоило погасить лампы, но без света спать одиноко и страшно и велик соблазн предаться мыслям, которые мучили меня постоянно. Мыслям о Роберте. Я понимала, что вряд ли смогу жить без него там, на Земле. Он заполнил всё моё существо, и мне до боли хотелось его ласк, его объятий и поцелуев. И я понимала, если бы он вдруг сейчас вошёл сюда, я бы согласилась на просьбу Валери...

От таких мыслей уснуть стало совершенно невозможно. Я вся искрутилась, сбила простыни, и когда уже совсем устала маяться, решила досчитать до ста с закрытыми глазами, не шевелясь.

Раз. Два. Три...

Я не услышала ни скрипа двери, ни шагов, но мягко накативший аромат сладких вересковых холмов мгновенно дал понять, что в комнате я не одна.

Со счёта я мигом сбилась, но повернуться не решалась. Застыла, испугавшись оказаться в плену серого взгляда Роберта —ведь тогда потяну навстречу руки и позову к себе. Случится ночь любви, после которой я ни за что не отдам его Валери.

Дракон подошёл к кровати. Раздался шорох снимаемой одежды.

Глава 22

Роберт Адальхарт, десница короля и больше не инквизитор

Мысли о том, что слишком жестко говорил с Лерой за ужином не давали покоя. Может, позволить ей поехать в лицей и заняться своим малеванием? Дать три десятка охранников-драконов и обвешать защитными артефактами? А лучше самому с ней пойти и за всем следить.

Что за мысли? Нет! Никуда он её не выпустит! Драконы не выпускают жён, даже фиктивных. Пусть дорогая Лерочка, самое ценное его сокровище, его радость, сидит дома в тепле, заботе и под охраной.

Поднявшись наверх, Роберт застыл на пороге спальни, глядя на свою.. — дракон осёкся в мыслях,

— свою пару. Пусть не было доказательств истинности, лишь призрачные догадки и даже опровержения после снятия привязки, но он всем существом чувствовал, что Лера его пара. И

пока их скрепляет договор и артефакт не найден, она безраздельно его и никуда не денется, даже в другой мир от него не сбежит!

И от этой мысли на сердце потеплело.

На прикроватных тумбах горели лампы, бросая мягкий свет на постель.

Прекрасная девушка лежала на боку, спиной к нему. Кот спал у неё в изголовье, а Анхор, толстый мерзавец, развалился в ногах и даже не повёл ухом при его появлении — так сладко задрыхся.

Роберт завидовал ему. И решил даже не ругать. Он бы и сам рядом с такой женщиной потерял всякую бдительность.

Потерял бы всего себя. Забыл бы о договоре. Обо всём.

И Адальхарт шагнул в комнату, расстёгивая пуговицы, снял мундир. Стянул рубашку и, стоя перед постелью со спящей женой.

Потянулся к ремню брюк. Не терпелось лечь с ней, прижать к своему тоскующему сердцу и оказаться в драконьем раю.

Валерия Романова