Зеб Шилликот – Люди-тритоны. Город-западня (страница 30)

— Надо избавиться от всего лишнего… — сказал Кавендиш, массируя пальцы ног и морщась от боли. — Почему ты не снимаешь свои сапоги?

Джаг покачал головой.

— Если я их сниму, то больше уже не натяну. Мои ноги стали в два раза толще.

Они замолчали. Никто не решался заговорить о том, что волновало их больше всего.

— Могущественный самодур-Проктор сумел защитить себя, — произнес Джаг, усмехнувшись.

Гримаса недовольства перекосила лицо разведчика.

— Эта пустыня хуже петли на шее.

Джаг пожал плечами.

— Пустыня — она и есть пустыня, — вздохнул он. — Если в скором времени мы отсюда не выберемся, то останемся без воды.

— Надо экономить.

— А чем мы занимаемся в последние два дня? У меня уже горло, словно из пакли.

— Ну, раз ты еще способен молоть языком, ничего страшного…

Не испытывая ни малейшего желания спорить, Джаг промолчал. Лежа на песке, он созерцал усыпанное звездами небо. Дитя нового дикого измерения, он с трудом принимал некоторые реалии, в число которых входили и звезды. Джаг всегда видел их такими далекими, такими маленькими, и никак не мог поверить в то, что небеса сжимаются и звезды сбегаются в одну точку.

К примеру, падающий сверху камень обязательно увеличивается в размерах. Звездная же россыпь на протяжении многих лет оставалась неизменной. По словам Кавендиша, этот феномен объясняется огромным расстоянием. Туманное объяснение. Если какой-то предмет приближается к наблюдателю, расстояние между ними сокращается. Если же этого не видно, то разговоры о падающих звездах — пустая болтовня. С тяжелой головой, разбитый и усталый, Джаг уснул, так и не найдя ответов на беспокоившие его вопросы.

Рано утром они отправились в путь, взяв с собой лишь необходимый минимум вещей: оружие и фляжки с питьевой водой.

Продолжая ориентироваться по солнцу, они с огромными мучениями преодолевали метр за метром. Наклонившись вперед и перенеся таким образом центр тяжести, они двигались, толкаемые весом собственных тел. Пошатываясь, они шли, падали, поднимались и снова шли. Неожиданно ветер изменил направление и задул им в спины.

Не останавливаясь, они брели уже шесть часов подряд. Обессилевший Кавендиш неожиданно упал у основания дюны и, машинально отвинтив пробку фляжки, припал к ней губами. Безрезультатно. Фляга была пуста.

Джаг молча упал рядом и протянул разведчику свою флягу. Удивленный Кавендиш схватил ее дрожащей рукой и потряс у своего уха.

— Ты всегда был здравомыслящим человеком, — вздохнул он, услышав тихий плеск воды.

— Постарайся что-нибудь оставить, — попросил Джаг.

— Ты же меня знаешь!

— Да, конечно…

Джаг поднял голову и прищурил глаза. Солнце стояло в зените. Настоящее пекло! От вида чистого, безоблачного неба у Джага закружилась голова.

Взглянув на него, разведчик тяжело вздохнул.

— Я бы дорого дал, чтобы тучи заволокли небо, — тихо сказал он.

— Все бриллианты?

— Все! Не задумываясь! На кой черт они нужны мне в аду?

Джаг криво усмехнулся.

— Начинаешь умнеть.

Кавендиш пожал плечами.

— Поумнеешь, когда смерть топчется рядом. Пустыня бесконечна, нам не выбраться отсюда. Те две сучки сыграли с нами плохую шутку. Лучше бы они нам подсыпали отраву, а не лошадям. Хоть бы унаследовали мои камешки и наших лошадей…

— Наверное, на этот счет у них были свои соображения.

— Какие еще соображения? Ну что они выиграли, заведя нас в эти пески?

— В свое время мы узнаем это.

— Ничего мы не узнаем. Да я и знать не хочу! Кстати, я никуда отсюда не пойду! Буду сидеть на заднице возле этой дюны и дам отпор любому, кто попытается заставить меня пошевелиться! Я…

Вдруг он замолчал: Джаг попросил тишины, приложив указательный палец к губам.

Кавендиш замер, напряженно прислушиваясь.

Наконец, его ухо уловило легкий, бархатистый шум двигавшейся толпы…

Несколько секунд путники пребывали в оцепенении, прислушиваясь к глухому топоту.

— Это не люди, — сказал наконец Джаг. — Слишком легкая и мягкая поступь…

— Животные, — выдохнул Кавендиш.

Охваченные волнением, они вскочили на ноги, схватившись за оружие.

Откровенно игнорируя свой винчестер, Джаг вытащил из-за голенища сапога охотничий нож с длинным, широким и крепким лезвием.

Разведчик передернул затвор любимого карабина «аншутц-сэвидж» с оптическим прицелом и громко выругался, обжегшись о раскалившийся на солнце металл.

ГЛАВА 2

Из-за дюн показалась стая огромных, размером с теленка, сторожевых собак с короткой черной шерстью, блестевшей от пота.

С застывшими взглядами и разинутыми пастями, из которых торчали огромные белые клыки, они приближались плотной колонной. С их языков, вывалившихся наружу, слетали клочья пены.

Кавендиш вскинул карабин, но Джаг придержал его.

— Подожди! — тихо сказал он.

— Чего ждать? — буркнул разведчик. — Сейчас они нас почуют! Любая из этих тварей разорвет нас на части, а в чертовой стае их не меньше двух дюжин!

— Они уже нас учуяли, — заявил Джаг.

Кавендиш замер, положив указательный палец на спусковой крючок карабина.

Но собаки, не проявляя ни малейших признаков агрессивности, промчались мимо и вскоре исчезли в облаке пыли…

— Я не верю своим глазам! — пробормотал Кавендиш. — Это, наверное, дрессированные собаки. Ты заметил, что у них есть отметина на левой ноге?

Джаг задумчиво кивнул.

— Да, очень странно, что они проигнорировали нас…

Компаньоны настороженно смотрели в ту сторону, куда убежали собаки, ожидая их возвращения. Но они не появлялись.

— Может быть, они возвращались на псарню? — предположил Кавендиш. — Торопились к своим мискам, и поэтому не обратили на нас внимания…

— Не исключено, — согласился Джаг. — Думаю, нам лучше последовать за ними. Если они сумели выжить в пустыне, значит, знают, где найти пищу и воду.

Разведчик поморщился.

— А если это были не настоящие собаки, а какие-нибудь механизмы? Как-то странно они выглядели…

У Джага сжалось сердце. Если речь шла о роботах, то они с Кавендишем положат все силы, преследуя стаю железок, питаемых, вероятно, энергией от невидимых солнечных батарей. Перспектива была не из лучших, но другого выхода все равно не было.

— Выбора у нас нет, — спустя секунду сказал Джаг. — Механизмы это или нет, они должны иметь где-то порт приписки. Это наш единственный шанс!

Окрыленные надеждой, приятели тронулись с места, моля бога, чтобы ветер не занес песком едва заметные следы, оставленные животными.

Примерно через час они снова увидели стаю.