Зара Дар – Опаленная сном (страница 11)
Я потрясенно уставилась на Принца — его что, не волнует, что земля раскалывается у нас под ногами⁈ Надо же бежать! Хотя бы в ту черную крепость, за оградой которой скрывались последние студенты!
Но староста, который, по идее, должен был бы заботиться обо всей группе, включая меня тоже, неподвижно сидел на своем вейте, крепко держал нас с Фейраном за руки и пялился в небо.
Посреди трескающейся и проваливающейся чуть ли не прямо под ногами пустыни.
С трудом оторвав взгляд от угрожающе близких темных трещин в песке, я, наконец, подняла голову и тоже посмотрела на небо.
И ахнула.
Мысленно, конечно. Расцепить зубы и издать хоть какой-то звук я была не в силах. Точнее — не в силах было тело. Почему-то чем больше Эвелину трясло от бушующей в ней огненной стихии, тем сильнее я теряла ощущения ее тела, и боль, судороги, тошнота, которые как будто пытались скрутиться в визжащий комок и взорваться внутри, ощущались как-то нечто отдаленное и не имеющее отношения к постепенно цепенеющей Эвелине.
А моя душа взлетала все выше и выше, и сейчас словно парила как отрешенный наблюдатель, охватывая вниманием и три фигуры огненных всадников посреди бескрайней пустыни, и черную крепость вдали, и удивительное небо над головами.
Внезапно покрасневший небосвод вдруг раскололи огненные лучи от невидимого солнца, порвали в клочья слепящую белизну безликого освещения, раскололи облака, и в глубине почерневших разрывов зажглись сонмы пламенеющих звезд.
«Это наша Стихия. Наше первородное Пламя.» — Слова Всполоха доносились как будто издалека. Сам вейт тоже застыл, подняв морду к небу и из его лба, точнее — из третьего глаза, в небо выстрелил тонкий, почти невидимый луч.
— Шааргеш Элоир На’аркег! — Принц поднял вверх руки, И из наших, как будто слившихся вместе ладоней, к небу тоже устремились прозрачные лучи. — Ташена! Га’арг! Т’кер-аркш-ш-ш!
Небо в ответ радостно зашипело и… излилось огненным дождем! А наши руки, морды вейтов, испускающие лучи, оказались мишенями для хлынувшего с неба огненного звездного потока!
Лавины Пламени!
Жалящих искр Света!
Тяжелой, словно удары огненной булавы, Силы!
На нас обрушилась ошеломляющей Первозданная Огненная Стихия во всем ее буйном и неистовом великолепии!
И в этот момент я поняла, зачем мы все оказались здесь. Для наполнения внутренних сосудов магией и Силой Пламени. И, кажется, собирать эту стихию могли только обладающие самым сильным Даром.
Алкар, Принц.
Фейран, его друг и правая рука.
И Эвелина, избранная за сильный огненный Дар. Вот только эта девушка уже не была Эвелиной, а Дар так вообще был заемным.
Неужели упрямый Всполох не понимал, что это тело, тело Эвелины, совершенно не годится для получения таких объёмов магии⁈
Я еще только додумывала эту мысль, а мое сознание, моя Душа, уже выскочила из организма и панически пыталась улететь как можно дальше.
Потому что казалось, что фигура Эвелины превратилась в обгоревшую головешку, затем рассыпалась пеплом, была развеяна неистовой Стихией в мельчайшие частицы, сгоревшие в Первородном пламени, затем возрожденные белым Огнем, слепленные Пламенным Ветром в человеческую форму и…
И наполненные Силой, многократно превышающей возможности ее удержать.
Но как только возникло это ощущение, что переполненное стихией тело сейчас действительно разорвется на миллионы огненных взрывов, небо снова побелело, и черные прорехи затянулись. Растрескавшаяся земля, напоенная раскаленным дождем, тоже сомкнулась и замерла.
Неожиданно все стихло.
— Слишком сильный поток. Надо успеть. — Пробормотал Алкар сквозь зубы, и расцепил наши руки. — Флар? — Он оглянулся. — Флар⁈ Ты в порядке?
Бледная Эвелина сидела на Всполохе неподвижно, только по ее телу пробегали язычки пламени. А я… Мой разум, душа, что-то, что было моей сутью, так и парило наблюдателем сверху, даже не пытаясь вернуться в тело. Ответить я не могла при всем желании.
— Око ее разбери! Оцепенела! — Раздраженно процедил Принц.
— Зато все еще жива. — Выдавил побелевший Фейран, по телу которого тоже бегали огненные искры.
— Разберемся… Всполох! За мной! — Алкар теперь обращался к моему вейту, явно списав Эвелину со счетов как разумное существо. — По крайней мере, сосуд довезем до ребят. — Пробормотал он.
И тут я взбесилась. Этот хладнокровный мерзавец использовал едва ожившую несчастную студентку как сосуд? Как способ собрать Силы Огня побольше⁈ Ах ты! Я рванулась следом за ускакавшим вперед вейтом с Эвелиной на нем. Мне обязательно надо вернуться, снова забраться в это тело! Что-то внутри меня чувствовало, что долго находиться в этом мире в бестелесном состоянии очень-очень опасно! Но мною двигал не страх. Злоба! Я им покажу сосуд! Не позволю так обходиться с Эвелиной, как бы она себя не вела раньше!
Если они рассчитывают, что сейчас просто-напросто используют «сосуд», опустошат эту студентку, заберут себе весь небесный Огонь, то им предстоит сильно удивиться. Я уж постараюсь оставить часть Огня Эвелине, столько, сколько сможет вместить ее тело. Она им всем еще покажет!
Потом. Когда я совершу обратный обмен. После того как засну в Лабиринте.
Добраться до которого без тела Эвелины я тоже не смогу…
В этот миг черная стена перед всадниками растаяла, и они устремились в открывшийся проем…
А мое сознание врезалось в черно-синюю зеркальную гладь мигом закрывшегося проема в стене.
На мгновение мною овладела паника. На миг. На секундочку. Я растерянно зависла перед этой коварной стеной не понимая, что же мне теперь делать⁈ И в теле Эвелины не удержалась, может потому, что ритуал обмена был завязан не на нее, и вернуться домой не могу! Чтобы вернуться, мне надо заснуть, а как это сделать без тела⁈
Я заскользила вдоль стены, пытаясь найти хоть какую-то точку, через которую можно пробраться внутрь, но черная ограда оказалась абсолютно непроницаемой для той субстанции, которой сейчас являлось мое сознание.
То, что подобная защита была создана с определенной целью, дошло до меня не сразу. Я продолжала растерянно метаться вдоль черной монолитной поверхности, когда позади раздалось шипение, что-то глухо ухнуло и раздалось разъяренное ворчание, идущее откуда-то из недр.
Я развернулась. И открывшееся зрелище повергло меня в панику и отчаяние.
Оранжевая пустыня внезапно вскипела, покрылась черными трещинами, из которых вместе с паром начали подниматься в воздух серые облака с пляшущим внутри пламенем. Я только и успела предположить, что это, вероятно, испарения после пролившегося дождя, как облака стали падать на землю в виде жархов, темных гусениц с когтистыми лапами, каких-то странных бугристых тварей с раззявленными клыкастыми мордами, в глотках которых билось пламя и сотнями мелких бесформенных комков с лапками. Которые дружно поползли, попрыгали, покатились… прямо на меня!
«Всполох!» — Завизжала я мысленно. — «Всполох, миленький, помоги⁈»
Одновременно я рванулась вверх в надежде, что перемещающиеся по земле твари, целью которых, как хотелось надеяться, является крепость, а не облачко моего сознания, просто не достанут меня. Но те бугристые твари, напоминающие холмики с хвостами и пастями, вдруг начали распахивать крылья и взлетать над землей.
А я… У меня почему-то не получалось подниматься выше, какое-то силовое поле не давало добраться до края стены высоко вверху!
«Эвелина»… — Вейт меня услышал!
«Всполох! Забери меня отсюда! Можешь меня притянуть в тело⁈» — Согласна, дурацкая надежда, но других вариантов спастись от злобных порождений пустыни я не видела.
«… не время… жди…» — И голос вейта пропал. Зато перед мысленным взором, частично перекрыв видимость пустыни с монстрами, появилась другая картина.
Алкар бережно снял оцепеневшее тело Эвелины с вейта и положил на черное каменное возвышение. В черных глазах Принца, наполненных скорбью и сожалением, отразился свет загоревшихся в изголовье факелов.
«На мгновение мне показалось, что твой Огонь, твое Пламя, пылают только для меня…» — еле слышно прошептал он.
Угу. Скорее нацелены на тебя, — мрачно подумала я, разглядывая огромный и пустой каменный зал с высоким куполообразным потолком, в центре которого возвышалась каменная скамья с телом Эвелины, освещенные колеблющимся пламенем факелов.
Всполох, повинуясь жесту Принца, отступил и скрылся в темноте. Но я знала, что вейт продолжает находиться рядом с телом Эвелины, в ожидании… Чего он ждет?
Тем временем Алкар рукой прикрыл глаза Эвелине и опустился на колени. Сквозь это полупрозрачное и подрагивающее изображение я по-прежнему видела приближающихся пустынных монстров, но время как будто замедлилось, и они еле двигались.
Принц бережно взял ладонь Эвелины и поднял над головой левую руку. Тем временем справа от возвышения появился Фейрах, тоже встал на колени, взял ладонь Эвелины и, в свою очередь, протянул вверх правую руку. Я попыталась приблизиться, чтобы понять происходящее. Что они делают? Скорбят? Провожают ушедшую? Или…
— Вот же гады! — Не удержалась я, увидев, как тело Эвелины начало корчиться, испуская волны огня, пробегающие по рукам старосты и Фейраха. Из их ладоней во все стороны хлынули потоки белого пламени, образуя радугу над каменным ложем и расходясь волнами в стороны. Одновременно из темноты стали появляться студенты с поднятыми руками. Они ловили изливающееся сверху пламя и счастливо улыбались.