Когда черёмуха пахнет…
И голова болит…
От тяжкого-тяжкого бреда…
Степного…
Куда пароходы уходят…
В Турцию, в Грецию, в Рим?
Где Пантеон рода Юлиев
Бледен и недвижим…
«Ночь шумная…»
Ночь шумная
И крики жёлтых листьев
Которые не в силах
Бороться с смертью
На краю могилы
Уже упасть бы мир очаровать
Чудесным жёлтым и багряным трупом
Сухую оболочку постигать
И разбирать прошедшее по буквам
Не так ли я
Чудесно умереть
Оставив слов приличных ворох
Когда я пел вам не хватало времени
Понять увидеть ободрить меня
Но только лишь с землёй в одно
Находят сразу
И то где жил линялое окно
И за могилой славящую фразу
А мне бы нужно когда в жёлтый стол
Чтоб кто-нибудь ко мне пришёл
Сидел вот я — душа живая
Румынская рапсодия
Бульвары рыжие… беда… бессонница…
Приходит ко мне Пруст…
Марсель… тот самый известный…
Основоположник…
Автор… тысяч бредовых страниц
Я тоже туманно спутал…
Тебя и чужих и многих…
И на большом бульваре удивлённо сижу
Зачем всё так пусто и тихо…
Как тонкая чайная роза
На зелёном стебле…
Любители хризантем…
Ночных прогулок в горах…
Высокая сухая трава…
Пахнет бессмертьем гробниц
Незанесённых песком
И синью глазури…
Не поблёкшей века…
Румыния колониальная страна
Жёлтого табака…
И черноволосых женщин…
«Вот действующие лица — ты и я…»
Вот действующие лица — ты и я
Место действия — больница
Октябрь месяц
$$$$$$В эпизодах — врачи, санитары…
И заря за решётками окон…
Необыкновенно красивая заря…
Отсутствие спокойствия…
Утыканный стёклами высокий забор…
Больничный двор…
Деревья… последние миги
И чудом проникшие книги
Стихи о первой любви… 
