тащит еле-еле
он нагружен. автомат
и другой и пять гранат
к поясу же друга
привязал он туго
добираются в отряд
весь отряд прибывшим рад
командир вперёд глядит
мальчика благодарит
шла военная игра
и была взята́ гора
высота пятнадцать
пришлось крепко драться
раненого спас Андрей
из огня унёс скорей
«Ой ты поле поле…»
Ой ты поле поле
Диковинное
Длинное цветами семенами
Заполненное…
Высокое поле с небом
Сошедшееся
многими ногами поле
истоптанное
И наш дед тут ходил
мягкие слова говорил
обращаясь к земле ласково
ты давай давай земля
дай нам хлебушка
дай кормилица!
И наш отец тут ходил
ползал раненый
и земля его закрыла не выдала
поднялась кое-где кое-где опустилася
и закрыла отца запрятала
сохранила его.
вот и я тут иду.
иду медленно
всё смотрю и смотрю
темно-ласково
«В сердце гадость — я заболеваю…»
В сердце гадость — я заболеваю
Нечего сказать родному краю
Грязной сумасшедшей голова
Вид кустов я видел в этом свете
Речка разделялась на две. дети
Бегали теряя рукава
Солнце забиралось поздно в воду
Капала капель — смешно народу
Мне же было девятнадцать лет
Для своих я был довольно глупый
А в могилах истлевали трупы
Промедленья нет. прощенья нет
В воздухе струится и струится
Николаевской ещё России птица
Ворон пролетает на хвосте
Чудаки поэты-символисты
Авиа- и вело-мотористы
Жизнь прожили те и те и те
Очень чудная была погода
Охмуряли барышню до года
А те года нам слышен шелест книг
А потом другие были годы
Революцией размазан лик природы
Человек стал ненависть и дик 
