Утром выйдя из кельи
Пропитанной запахом воска
И дымом сгоревших свечей
И телом отживших людей
Я — нищий увижу город…
Луну, что почти стушевалась
И голос далёкий далёкий
Который почти умолк
Судьба состоит из годов
Из дней и событий…
Просиженных в молчанье часов…
Лицо подперев рукой…
Из часов проведённых с друзьями
В пустой болтовне
И ещё когда твои руки
Тянутся долго ко мне…
Вот они дотянулись
И изогнуты плавно как лебеди
Лица моего коснулись
«Какая разница в каком я веке жил…»
Какая разница в каком я веке жил
Какие мимо проходили дни
Я всё равно тебя любил…
И удивлялся солнцу и песку
Но пыл прозрачных голубых созданий
Соборов и церквей высоко вверх
А я один, осталась ты меж зданий
С тобой чужой сутулый человек…
Я понимаю, что другие тоже
Имеют право на ласку и на боль…
Но почему их множества
Слоняются с тобой
«Где-то, где гавани имеют…»
Где-то, где гавани имеют
Странные названия
Из одних округленных губ…
Обитают мои желанья
Загорелые люди ворочают
Вёслами в синих баркасах
Все наши глухие пророчества
Одна тёмно-бурая масса
«Я буду чёрным чёрным нелюдимым…»
Я буду чёрным чёрным нелюдимым
И жизнь чужая — парус мчится мимо
Не соизволя даже замечать
Другие вдаль уйдут расправив плечи
Другие — здесь построят города
Я — всё смотрю и говорю о встрече
И жду её и не пойму — когда…
«Тревога, тревога, бесконечная тревога…»
Тревога, тревога, бесконечная тревога
За судьбу твою
Что если я окажусь, буду не в силах…
Охмелевшими пальцами
От тебя отказаться…
Что если я по примеру прошлых
Забыв про неустроенный быт
Обижу — сейчас так называют
Если кто-то с кем-то спит…
От этой ночи не сделалось жарко
Это только ещё один штрих…
К рисунку большого парка
И зарослей густых
А у тебя поломается многое
Холодная ледяная жизнь 
