Дальнейший путь не помню я
вернуться нам пришлось
В пути стояла нам гора
или лежала кость
И сам Гуревич потерял
свой разум. стал угрюм
и долго-долго он стоял
весь полон мрачных дум
Когда пришли мы наконец
к строениям своим
Гуревич мне сказал —
поход… сей мы не повторим
и никакой другой поход
и больше никогда
мы не спускалися в овраг
где льётся вниз вода
«Дует ветер…»
Дует ветер
и шумят золотистые деревья
Я не умею играть на пианино
и читать на французском языке
Что мне делать!
Уронил руки на колени
Шумят золотистые деревья
Надеть что ли кепку
и пойти в свежем тумане
Как я влюблённый!
И как я грустный!
«На курорте в Баден-Бадене…»
На курорте в Баден-Бадене
Заплатив всё те же деньги
Можно жить очаровательно
Что же есть-то — кроме жизни!
На курорте в Океании
заплатив всё те же деньги
можно жить очаровательно
что же есть-то кроме жизни!
«И белый вечер…»
И белый вечер
и золотые городские трёхдольные фонари…
Господи! отведи руки твои…
Отведи в стороны. отведи ввысь
и будто путешествуя
забудь меня
Он так и сделал
Он будто путешествуя забыл меня…
и сколько оказалось сараев
школ. пивных
сколько мерзких построек
сколько выявилось жутких людей
А ведь раньше не было
Эх забыл ты меня
Эх забыл…
«Кто лежит там на диване — Чего он желает…»
— Кто лежит там на диване — Чего он желает?
Ничего он не желает а только моргает
— Что моргает он — что надо — чего он желает?
Ничего он не желает — только он дремает
— Что всё это он дремает — может заболевший
Он совсем не заболевший а только уставший
— А чего же он уставший — сложная работа?
Да уж сложная работа быть от всех отличным
— Ну дак взял бы и сравнялся и не отличался
Дорожит он этим знаком — быть как все не хочет
— А! Так пусть такая личность на себя пеняет 
