прошедшие года
За Стесина-пройдоху!
А тоже наш он — наш!
За Вовку-выпивоху
стихи и карандаш!
Что как не узки годы
вмещают всё ж оне
художников походы
поэтов наравне
Давай же Игорь с Эдькой
расстанемся потом
пожив ещё немного
такими же умрём!
«Прекрасен приезд в сонный город авантюриста…»
Прекрасен приезд в сонный город авантюриста!
Вот он гуляет у единственной гостиницы
А если ещё его фамилия Нечаев или Петров!
Ох и натворит он по чужому паспорту
Ох и наберёт кредитов
наобольщает чужих жён!
При этом во всё пребывание будет прекрасная погода
и облака как на итальянских картинах
в ресторанах икра и балык
И уедет он как по скользкому синему морю
легко и плавно
красивый молодой
выдыхающий энергию кудрявый человек
Нищий
С лицом огромным лося
он ходит да и просит
Чего он просит этот злой мужик?
не денег и не книг
Он пищи и тряпья
за ним его семья
стоит прижавшись кучкой
и каждый грязной ручкой
касается до папы
огромного растяпы
Не мог и жить и воду выливать
пошёл ходить. детей с собой таскать
Едва ли ум за дверцею лица
и вечный шум Садового кольца
осел меж глаз и меж бровей и век
вот те и раз. и это человек?
Но паспорт нам удостоверил
что ране он поля измерил
А надоели как поля
ушёл детьми в пыли юля
«Само написание слов «двадцатое мая»…»
Само написание слов «двадцатое мая»
представляет из себя как бы взрыв
черемухи и сирени. лениво бегущий вдоль парка
трамвай. Вспотевшую маму или жену
едущую с рынка
А сумки полные держала
и необъяснимая моложавость морщин
и клубника земляника пахнущие впереди
«И погода тиховеющая…»
И погода тиховеющая
и большие небеса
Дама в магазин поспеющая
в пол ближайшие часа
И старуха заскорузлая
и ларёчек желтый «Квас»
очереди за арбузами 
