Иль уток в речке разводить
Иль быть философом своим
Мешает власть друзьям моим
Не власть корите а себя
И в высшем пламени вставая
себе скажите: что она!
Я — человек! Вот су́дьба злая!
Куда б не то́лкся человек
везде стоит ему ограда
А власть — подумаешь беда
она всегда была не рада
Не вошедшее в книгу «Русское»: из сборника «Оды и отрывки»
(архив Генриха Сапгира)
«И Дмитрий Рембо и Виктор Брюно…»
И Дмитрий Рембо и Виктор Брюно
Отраду тебе не приносят
И ты уж не думаешь
что это но
людей столько губят и косят
Тебе всё равно что погиб Липодат
Что завтра погибнут другие ты рад
Но даже и если другие
А кто же они все такие?!
Тебе безразличен умнейший Иван
Читающий книги. За книгой роман
Тебе безразличны острейшие лица
Умрут так умрут. Но и что же случится?
И сам ты умрёшь если даже
Назавтра никто и не скажет
Что был интересный и странный поэт
И создал такое чего ещё нет
Всё было всё было всё было
Любая страна говорила
И личность любая кричала
Зачем же кричим мы сначала?
«Что. чего ещё не можешь…»
Что. чего ещё не можешь
ты на русском языке
Не могу ещё на русском
что пришедшая любовь
Не могу ещё на русском
что она меня поит
только только говорю я
что безлюбие болит
Застольная
Весною раннею я нёс пальто…
оно висело на моих плечах
стоял старинный парк и место было то
и кое-где ствол дерева в снегах
Однако же построек возле дёрн
Был от снегов совсем освобождён
И я сказал себе — причуды у природы!
В ней нет заведомой единой моды
Где раньше рос угрюмый штерн
там ныне штерн весёлый
А где была сплошная снежь
там ныне глину пяткой режь
Да все известные природы чудеса
и происходят в два-три дня или часа
и почки тоже распускаются
бутоны в дереве слагаются
Идут народов форм забавы
и как угодны, они правы
Чего не надобно беречь так это форм
сколь можно печь
и розовых и синих крупных 
