Юй Сы – В черной краске становишься черным. Том 1 (страница 4)

– Добрый день, – вежливо поздоровался старик, поравнявшись с ними и натянув поводья. У него было загорелое лицо, почти такое же морщинистое, как складки на боках быка. Он улыбнулся, и его глаза почти исчезли. – Куда путники направляются?

– В Чанъян, дедушка, – тут же отозвалась Вэньвэнь, широко улыбаясь. Ее Учитель лишь молча кивнул на приветствие.

– В Чанъян? – поднял кустистые брови старик. Он оглядел их и цокнул языком: – Вы, должно быть, бродячие заклинатели! – ахнул он.

Мужчина отнял глаза от книги и внимательно посмотрел на него. Вэньвэнь же продолжала болтать:

– Как вы угадали, дедушка! Мы и правда заклинатели.

Ее Учитель тут же сделал себе еще одну мысленную пометку: провести тренировку по умению держать язык за зубами. Лучше две.

– Да сейчас в Чанъян порядочно собирается заклинателей, – тем временем продолжал старик.

Пока его ученица не растрепала незнакомцу все на свете, ее Учитель решил, что пора уходить. Он поднялся, убрал книгу и, сложив перед собой руки, сказал:

– Доброго вам пути, господин, и мы тоже пойдем.

С этими словами он зашагал по дороге дальше. Вэньвэнь виновато кивнула старику и бросилась за ним.

– Вам же в Чанъян! – крикнул им вслед старик, когда они отошли уже на порядочное расстояние.

– Так мы туда и идем! – крикнула ему Вэньвэнь.

– Но Чанъян в противоположной стороне, – удивился тот.

Мужчина, бодро шагающий по лесной дороге, резко остановился, развернулся и молча пошел назад. Вэньвэнь безо всякого удивления последовала за ним. Когда они опять поравнялись со стариком, она не удержалась и спросила:

– А далеко до Чанъяна, дедушка?

– До моста десять ли, и оттуда еще столько же, – ответил тот, с сомнением разглядывая невозмутимое лицо мужчины.

Вэньвэнь же шумно выдохнула – мост был как раз у заводи! Если бы они сразу пошли в нужную сторону, то давно бы добрались! Однако, когда Учитель бросил на нее взгляд, она тут же отвела глаза и прикусила язык.

Старик же оглядел их и сказал:

– Садитесь, подвезу вас до города.

– Спасибо, дедушка! – радостно выпалила Вэньвэнь, тем самым не дав своему Учителю даже шанса отказаться. Вдвоем они взгромоздились на старую телегу, и Вэньвэнь уселась спереди, болтая со стариком. Телега так громко скрипела, что ее спутник сзади почти ничего не слышал.

– Как тебя зовут, деточка?

– Гу Вэньвэнь, «гу», как «долина», и «вэнь», как «письмо»[17].

– А я лао[18] Фань, сам из Чанъяна. Раньше в поле ходил, а теперь вот на старости лет торгую помаленьку: спина-то уже не гнется, как раньше. Вам, молодым, хорошо, – болтал улыбчивый старик. – Моя старуха давно уже этот мир покинула, а сынок вырос и женился, что ему старик. Нет, он навещает меня, конечно, невестка приводит внучка, тот маленький еще, а сынок у меня чуть старше тебя. Сколько тебе?

– Восемнадцать, дедушка.

– Уже большая, чего еще не замужем? Чтобы колени родителей не пустыми были…

Улыбка Гу Вэньвэнь на мгновение дрогнула, но она быстро взяла себя в руки:

– Мой Учитель мне не разрешает так быстро замуж выходить! Он у меня строгий, заботится обо мне.

Мужчина, который тихо-мирно читал в телеге, поднял глаза и увидел, что старик смотрит на него с подозрением. Несколько мгновений они играли в гляделки, а затем мужчина моргнул, сообразив, что подумал лао Фань. Однако, не имея никакого желания что-то прояснять, равнодушно опустил глаза и продолжил читать.

– Заботится – это хорошо… – наконец неловко пробормотал старик и замолчал.

На некоторое время воцарилась блаженная тишина, нарушаемая лишь скрипом телеги, пока Гу Вэньвэнь снова ее не нарушила:

– Дедушка, а почему в Чанъяне сейчас много заклинателей?

– Так ведь злой дух там бесчинствует, вот новый магистрат и объявил, что заплатит золотом тому, кто от него избавится, – тут же оживился лао Фань. – Этот злой дух вообще давненько у них обитает, в том поместье никто уже лет двадцать не жил, и чего новому магистрату вздумалось там поселиться? И ведь какой упрямец: даже жену потерял и все равно не хочет уехать. Говорят, что он истовый конфуцианец и совсем не верит в злых духов, однако матушка его уговорила дать объявление. Сам он тоже ищет «преступника», уже весь Чанъян перевернул! Теперь не въедешь в город как раньше, капля воды не просочится, – старик вздохнул, явно вспоминая очереди у городских ворот. – Там проверки, тут проверки, ничего не нашел и никак не успокаивается. Сразу ясно, что это нечистая сила, вон как его стукнуло, а все поверить не может. Поди, пока своими глазами не увидит, не поверит. Тьфу!

– А вы верите, дедушка? – с любопытством спросила его Гу Вэньвэнь.

– Деточка, ты же сама заклинательница, неужто думаешь, что простые люди такие узколобые? – хитро переспросил ее старик, и, когда лицо девушки вытянулось, он расхохотался. – Верю-верю. Когда-то я и сам хотел стать заклинателем, да не было у меня таланта. Провалил вступительные испытания в орден Чэньси[19], даже не войдя в ворота.

Мужчина позади него немного приподнял голову, глядя в спину лао Фаня. Он проверил его духовным сознанием и подтвердил, что в нем нет ни капли ци. После этого он спокойно вернулся к чтению. Однако слова старика проясняли ситуацию с Чанъяном: если верить еще и словам шуйгуя, то в поместье Чан поселился старый водный дух.

Медленно, но верно бык все-таки привез их к городским воротам. Чанъян был городком небольшим и свободным, поэтому его ворота обычно были гостеприимно распахнуты для любых путников. Однако сейчас створки оказались сведены, а рядом собрались телеги и люди, которым не терпелось попасть внутрь. Многие прождали здесь уже целый шичэнь, и, когда телега лао Фаня приблизилась, уже вовсю ворчали и ругались:

– Где же это видано, чтобы в таком захолустье и такие проверки?!

– Да у меня вся рыба стухнет, пока я тут стою, даром что осень.

– А у меня матушка больная, я за лекарем побежал и тут уже торчу незнамо сколько! Когда же это кончится? Что за проверки?! Неужто новый магистрат думает, что я вор и убийца? Да я курицы в жизни не обидел!

– Вот-вот, правильно говоришь, весь товар переворачивают, непонятно что ищут, сами не знают, что им нужно! А мы страдаем! Вот Небеса мне свидетели, это мой последний приезд в Чанъян!

– Ладно приезд, а я домой попасть не могу! Каждый день одно и то же! Верно говорят: в такой глуши и змея возомнит себя драконом.

Лао Фань многозначительно посмотрел на Гу Вэньвэнь, как бы говоря: «А я о чем». После этого он отпустил поводья и спрыгнул с телеги, разминая старые кости.

– Ежели у вас есть пропускной жетон, то можете войти быстрее. Теперь такая система, – сказал он им, махнув на стражников у ворот. Те проверяли документы у какого-то крестьянина, который нервничал и переминался с ноги на ногу. – Ну, подождем… До закрытия ворот еще около двух шичэней.

Гу Вэньвэнь повернулась к Учителю с сияющими глазами:

– Учитель, а мы же приехали им помочь, не пропустят ли нас без очереди?

Мужчина поднял на нее взгляд и качнул головой.

– Приходя в город, следуй его правилам. Они для всех одинаковы, – проговорил он.

В этот момент впереди послышался возмущенный ропот, и Гу Вэньвэнь вытянула шею на телеге. Она увидела какого-то высокого человека в красном, который бесцеремонно протискивался через толпу прямо к воротам. Со спины она не могла разглядеть его лицо, но отметила, что он был почти на голову выше всех крестьян и вел себя настолько нагло, что тем не оставалось ничего иного, кроме как расступиться перед ним.

– Это что за нахал, а! На ногу мне наступил!

– Куда лезешь? Ой-ой, извините-простите…

– Ай-я, молодой господин, тут же очередь, так нельзя…

Однако человек в красном не обращал на них ровно никакого внимания, словно они были пылью под его сапогами. Даже издалека Гу Вэньвэнь видела, что его верхний халат поистине роскошен, – с золотой вышивкой на рукавах, которая блестела в свете заходящего солнца. Настоящий разряженный павлин. Наверняка какой-то богатый молодой господин, которому правила не писаны. Этот павлин приблизился к стражникам и всунул одному из них что-то в руки. Стражник сначала заругался, но потом вдруг смиренно опустил голову и посторонился. Человек в красном махнул волосами, собранными в хвост, и беспрепятственно вошел в ворота.

– А серебро может изменить правила, хе-хе, – сказал лао Фань, совсем не выказывая гнева из-за того, что какой-то проходимец протиснулся вне очереди.

Мужчина в телеге опешил, а Гу Вэньвэнь снова обернулась к нему.

– У нас нет денег, – отрезал Учитель и опять уткнулся в книгу. Девушке оставалось только разочарованно вздохнуть и вернуться к болтовне со стариком.

Спустя полтора шичэня, когда уже почти совсем стемнело, очередь наконец добралась и до них, и тогда Учитель и его ученица оказались перед стражниками.

– Цель вашего пребывания в Чанъяне? – спросил их усталый мужчина в броне. Из-за целого дня на солнце у него покраснело лицо, а глаза налились кровью.

– Избавить поместье Чан от злого духа! – бодро отозвалась Гу Вэньвэнь.

– А, заклинатели… – стражник оглядел их, посмотрел на кнут на поясе девушки и хмыкнул: – Очередные… Назовите ваши имена.

– Гу Вэньвэнь, – отозвалась девушка и назвала иероглифы.

– Мо Хэ, – разомкнул свои золотые уста ее Учитель.

– «Мо», как «тушь»? – назвал стражник самый распространенный вариант.