Юта Пахомова – Леди в синем. Становление (страница 43)

Мгновение и он замахивается рукой, пытаясь дать пощечину дочери. Если он думал, что девушка прост это стерпит и ничего не предпримет, то он ошибся. Она перехватила его руку на подлете и тем самым остановила атаку, но не обратила внимание на то, что ее отец процессе ярой агрессии поднял вторую руку и не замечено для нее нанес второй более удачный для него удар.

Удар был такой силы, что девушка улетела в стену. Строение ее тела не позволило получить серьезные раны от этого удара, но что более важно она поняла, что на этом все. Она устала бороться за то, во что верит и то, что правильно. Она устала направлять своих родителей на путь истинный и быть голосом разума в этой семье. Она сдалась исправить, то, что не подлежит восстановлению.

Взглянув на отца, она видела раскаянье в его глазах. Девушка даже понимала, что этот его поступок был совершён на эмоциях, но то, что совершено уже не вернуть. То, что раз уже разбили, склеить при этом не оставив трещин невозможно.

— Лола… — протянул тетро смотря не верещи на то, что он смог поднять руку на своего ребенка. — Лолочка, прости… Я.…я… я… — Мужчина попытался сделать пару шагов в сторону дочери, но наткнувшись на взгляд, которым сейчас его наградила все еще находящееся на полу у стены дочь он остановился, а затем и вовсе развернулся и вышел из помещения.

По прошествию пары минут Лола, а именно так звали тетро, для которой сейчас рухнул весь ее привычный мир, медленно поднялась. То, что сильных повреждений у нее не наблюдалось, не значило, что она не испытывала боль от побоев отца.

Медленно дойдя до одной из стен, она подошла к зеркалу и взглянула в него. Она пыталась увидеть, что же такого увидел в них отец, что просто позорно убежал после содеянного.

Не известно, что точно послужило тем, что заставило Соню вспомнить, но в тот момент, когда Лола взглянула в свое отражение, она узнала ее. Это была девушка, которую она видела на площади почти сразу после обретения дара. Эта была та самая тетро, которая заставила первый раз ее испытать видение. Видение, которое до сих пор не давало ей покое.

Чем закончилось происшествие между отцом и Лолой, Соне не довелось узнать в тот день. Из-за сильных переживаний уже со стороны Сони она не смогла удержать видение.

После того, как неридианка вернулась в настоящие ее немного потряхивало. Такого от простого урока она точно не ожидала.

Спустя пару минут, которые ей потребовались на то, чтобы прейти в себя она уже привычным образом послала своей «жертве» волну успокоение и немного счастливых эмоций. Соня делала так каждый раз после того, как вынужденно вторгалась в чужую жизнь и чужие секреты. Так она успокаивала себя, тем, что хотя бы таким образом говорит извинения.

В тот день, когда, Адмирал спросил о проделанной ей работе она сказала полуправду. Рассказала о неполадках в семье и даже насилии, но не упомянула, про предательство. Побоявшись навлечь беду на невиновного, Соня умолчала эту информацию тогда, чтобы тем же вечером созвониться с отцом и выложить ему все как есть и что она узнала.

Наивно полагать, что самостоятельно способна справиться с этой ситуацией сама она не стала и передала всем чем обладала, а в ее случаи это были знания тому, кто в состоянии что-то предпринять. Для Сони без каких-либо сомнений — это был Адмирал Генрих Плутов. Отец. Военный. Стратег. Тот, кто знает, что он делает.

В такие моменты Соня была просто непозволительна рада, что отец у нее не простой человек, а военный, да еще и с большим стажем и высоким званием.

Соня ведь знала, что все, что происходит в ВАЗКе и на лекциях является совершенно секретной информацией, но так как Адмирал Генрих Плутов был уполномочен знать о том, что происходит на территории ВАЗКа, то раскрытия такой информации не являлось нарушением устава со стороны Сони.

Вот если бы она попыталась рассказать обо все тому же Сергею, то непременно была бы либо наказана в лучшем случаи или попала бы под трибунал в худшем из них.

Глава 22

На последующих занятиях по индивидуальным навыкам Соня уже более намеренно пыталась вычислить Лолу. Если она ее улавливала, то старалась как можно быстрее разделаться со своим первоначальным заданием и переключиться на нее.

Удавалось это не так часто, как бы девушке этого хотелось. Группы чередовались. Иногда были провалы у Сони. Далеко не всегда хватала времени, чтобы завершить свое основное занятия и выстроить цепочку чувств Лолы так, чтобы вывести ее на ей необходимые моменты и при этом не выдать себя.

Девушка понимала, что использовать одну тактику постоянно на интересующей ее девушке нельзя. Это не только могло вызвать закономерные вопросы и подозрения, но и раскрыть ее тайные намеренья.

Были и плюсы в таких занятиях. Интерес подстегивал Соню совершенствоваться и раскрывать весь потенциал своих возможностей. По причине того, что ею двигал личный интерес и личные мотивы, скачки в развитии ее дара шли не просто маленькими шагами, а гигантскими расстояниями.

Соня, конечно, замечала разницу, которую ей удалось достигнуть по прошествию такого времени, но она даже не задумывалась, что это может вызвать чье-то опасение.

Она не брала в расчет, то, что силу влияния и активность ее мозга во время его использования все так же отслеживали. Первоначально за этим следил Анис, как ее лечащий врач, но и он был обязан передавать свои наблюдения вышестоящему руководству в лице Адмирала Ричарда Сила.

Хотя каждый из числа пятидесяти универсалов был под личным контролем. Их выбрали не просто так. При тщательном отборе при наборе этой группы были приняты во внимания множественные факторы. Основными из них была возможность потянуть обучения, преданность родине, сила и потенциал их возможностей и стрессоустойчивость. Шутка ли осилить то, что было не под силу освоить большинству из уже состоящего преподавательского состава.

Такой прогресс не мог не радовать, но и понимания, того, что столь быстрые скачки скоро приведут ко взрыву, сомневаться не заставляли. Оставалось лишь узнать какого типа взрыв им необходимо ожидать. Эмоциональный бум, гормональный сбой, помешательство на какой-то определенной идеи, либо просто в хорошем варианте просто временным упадком сил. Время покажет.

За последующие месяцы ей так и не удалось выхватить что-либо, что могло бы приблизиться ее к разгадке того, что же за предательство состоится и кто в нем замешан, не считая родителей Лолы.

К Сониному несчастью, эту тетро не посвящали в глубокие тайны этой аферы. Хотя если брать во внимания всю серьезность при подходе к поступлению в ВАЗК и то, как их всех проверяли на лояльность и преданность, то незнания Лолы понятны. Будь она не только вовлечена, но и знала, что-то стоящее она бы не смогла пройти все проверки.

Соне все еще предстояло выяснить, где ей удалось увидеть тот раковой разговор между двумя мужчинами, который Соне довелось лицезреть в первый раз, когда Соне довелось лицезреть Лолу в толпе. Место было очень важно, как те мужчины, впрочем. Но вот незадача — Соня никак не могла настроить девушку на эти мысли. Сама Лола всячески противилась даже вспоминать тот вечер.

Одно то, что она студентка ВАЗКа говорит о том, что Лола не только невинна, но всеми фибрами своей души против предательства.

Странным можно было бы посчитать ее нежелание доложить о том, о чем она уже знала, но и тут ее можно понять. Как только Лола поведает о том, что владеет такой информацией на нее посыплется закономерные вопросы. С ней поступят гуманно если вопросы типа — от куда она получила эти сведенья и как их может доказать — будут заданы в устной форме, а не выявлены специалистом, который способен добыть эти сведенья напрямую из нее.

Среди неров множество тех, чьи способности служат на право не только государственных служб, но и специализируются на внешней и внутренних угрозах Зеридской Конфедерации и каждой из трех планет в отдельности.

То, как Лоле приходилось существовать после той некрасивой сцены с отцом Соне удалось увидеть еще пару раз, но вывести на те моменты, которые были связанны с предательством ни разу.

Время не стояло на месте. Первый год пролетел и за ним наступил второй. Экзамены выявили их пробелы в знаниях и недочеты, которые им предстояло подтянуть. Многие из тех, кто поступил в ВАЗК год назад, были отчислены, либо переведены на другой курс. Такое случалось, хоть и очень редко.

Второй год обучения начался без каких-либо на то специальных оповещений. Отпуска между этими двумя годами не было. Учеба только набирала обороты. Добавились некоторые предметы, такие как изучения языков, техника, владения оружием, программирование и странный предмет под названием домоводство.

Если первые два предмета не вызвали какого-та ажиотажа, то вторые два так точно.

Владение оружием им преподавал все так же ими любимый Дядя Степа, где он наконец соизволил им перейти к более серьезным навыкам, при этом не забыв поменять рукопашный бой, на обучение боевыми искусствами. Первыми в очереди стояли карате и тхеквондо. Из оружия они начали с метательных ножей. Странный выбор, но учитель сказал, что им предстоит научиться метать ножи и все, что можно использовать, чтобы их заменить прежде, чем они получат в руки что-то посущественней.