Юсси Адлер-Ольсен – Селфи (страница 75)
В ту же секунду Аннели поняла, что проиграла, – ей возвестил об этом удар рукояткой в челюсть. Она подавила желание закричать от боли и попыталась сделать непонимающий вид, но было ясно, что Денису не проведешь.
– Я понятия не имею, чего ты от меня ждешь, – сказала Аннели с глубоким смирением.
– Ты должна отдать мне деньги, поняла? Мы знаем, что ты выиграла в лотерею кучу денег. Где ты их прячешь? Если они лежат в банке, тебе придется перевести их на мой счет. Ты поняла все, что я сказала?
Аннели сглотнула. Неужели давнишняя ложь аукнется ей огромными проблемами спустя столько лет? Это было бы смешно, если б не вопиющая жесткость ситуации.
– Боюсь, что тебя ввели в заблуждение, Дениса. Мой выигрыш – не более чем выдумка. Я с удовольствием продемонстрирую тебе свой банковский счет, и ты будешь разочарована. Но скажи мне скорее, что у тебя стряслось, если ты решила пойти на столь отчаянный шаг? Это так на тебя не похоже… Убери, пожалуйста, оружие, и я сделаю вид, что ничего не было. Ты можешь спокойно мне доверять…
Второй удар оказался чрезвычайно болезненным. Однажды парень, с которым она встречалась, двинул ей в лицо кулаком, после чего отношения тут же закончились; но удар, нанесенный Денисой, был гораздо хуже.
Аннели схватилась за щеку. Эта дрянь требовала, чтобы она достала деньги из тайника, раз на банковской книжке ничего нет.
Аннели вздохнула и кивнула.
– Они в соседней комнате, – с этими словами она толкнула дверь в гостиную инженера. – Пара тысяч лежит здесь, за дверью. С них и начнем, – сказала она и схватила пистолет с новым, еще не испытанным глушителем. Затем резко повернулась, нацелила дуло пистолета с прикрепленным масляным фильтром в лоб Денисы и тут же нажала на спусковой крючок. И с большим облегчением констатировала, что конструкция сработала замечательным образом.
Шум от выстрела ограничился мощным хлопком, вот и всё.
Дениса упала замертво, как бревно.
Глава 42
– Кажется, квартира Розы в Сандальспаркен находится ближе всего к лестнице, правильно я понимаю?
Мёрк посмотрел на Ассада и кивнул. Но почему помощник заговорил о квартире Розы именно сейчас?
– Карл, ты ведь прекрасно знаешь, что я всегда покупаю сахар нам в подвал, да?
Вице-комиссар никак не мог взять в толк, что было на уме у сирийца.
– Да, Ассад. И еще я прекрасно знаю, что у нас был тяжелый день. У тебя в мозгах, случаем, не произошло короткое замыкание?
– Добавлю, что и кофе, и прочую снедь покупаю тоже я. А как ты думаешь, почему я это делаю, а?
– Ну, возможно, потому, что это часть твоих обязанностей, я не прав? Только к чему ты завел об этом речь? Пытаешься выбить из меня повышение зарплаты? В таком случае в следующий раз я могу и сам сбегать в «Нетто» за кофе.
– Ты ничего не понял. Ослепительный луч заднего ума, которым, как водится, все мы крепки, зачастую пробуждает к жизни кое-какие свежие идеи, способствующие активизации мозговых извилин.
Неужели он произнес такую сложную фразу – «ослепительный луч заднего ума, которым, как водится, все мы крепки» и так далее? Прежде Ассад сказал бы что-то типа: «Когда переосмысливаешь прошедшие события, часто обнаруживаешь новые существенные детали». В последнее время он всерьез взялся за изучение языковых тонкостей…
– Ты прав, как никогда. Я ни шиша не понял!
– Да ладно, вообще-то все вполне логично. Я покупаю кофе и прочее, так как этого не делает Роза, несмотря на то, что мы договорились. Она просто забывает, Карл, вот и всё.
– Ассад, давай поближе к сути, у нас полно дел. Мне придется каким-то образом связаться с Розой и расспросить ее о Ригмор Циммерманн. Возможно, она в курсе былых привычек и дел своей теперь уже бывшей соседки, это могло бы нам помочь.
Сириец адресовал Карлу усталый взгляд.
– Я как раз об этом и говорю, неужели ты еще не понял? Роза постоянно забывает покупать бакалею для отдела «Q», и я однажды решил подразнить ее и спросил, не забывает ли она, случайно, и себе домой покупать продукты. Вот тогда она и рассказала мне о своей прекрасной соседке, у которой всегда можно позаимствовать сахар, молоко, овсянку и так далее.
Карл сдвинул брови. Ага, теперь понятно, к чему клонит помощник…
– И теперь мы знаем, что, раз Циммерманн была ее соседкой и раз других соседей у нее не было, поскольку Роза занимает квартиру рядом с лестницей, значит, именно к Ригмор Циммерманн она и ходила всякий раз, когда дома неожиданно заканчивалось что-то из продуктов. Циммерманн и была той самой замечательной соседкой, о которой Роза так часто упоминала и убийство которой мы в данный момент расследуем. – Ассад кивнул перед тем, как сделать окончательное заключение. – То есть теперь нам известно, что Роза общалась с ней, Карл. Причем очень тесно.
Мёрк потер лоб обеими ладонями. Как странно… Затем он взял трубку и набрал номер отделения, где лежала его сотрудница.
– Вы хотите поговорить с Розой Кнудсен? – переспросила дежурная медсестра. – Но, к сожалению, она уже покинула наше отделение. Выписалась по собственному желанию еще… сейчас посмотрю…
Карл слышал, как собеседница барабанит пальцами по клавиатуре.
– Да, вот. В ее досье зафиксировано, что она выписалась из больницы двадцать шестого мая.
Карл решил, что он ослышался. 26 мая – это же четыре дня назад! Почему она не позвонила им с тех пор?
– То есть она вылечилась, раз покинула больницу?
– Это было бы смелое утверждение. Напротив, на тот момент она была слишком замкнута и агрессивно настроена. Но Роза Кнудсен обратилась к нам добровольно, а потому решение выписаться было также принято ею лично, притом что оно противоречило мнению медицинского персонала. Вполне вероятно, очень скоро она снова к нам попадет. Чаще всего так и бывает.
Карл молча положил трубку.
– Ассад, она покинула отделение в четверг. Прошло четыре дня, и за это время она не дала нам о себе знать… Что-то тут не так.
Сириец в ужасе уставился на него.
– Это произошло в тот день, когда она кричала во время моей телефонной беседы с секретарем отделения… А где она находится сейчас, ты узнал?
Мёрк покачал головой.
– Мне кажется, они вряд ли знают.
Он снова схватил трубку и набрал телефон Розы.
После пары гудков включился автоответчик: «В настоящее время абонент недоступен».
Вице-комиссар взглянул на Ассада.
– Связи нет, – буркнул он, повернулся к двери и закричал: – ГОРДО-О-О-ОН!
Долговязое привидение отдела «Q», как и сёстры Розы, которым тут же сообщили по телефону о ее выходке, были обескуражены таким поведением. Им не было ничего известно о данных обстоятельствах.
После долгих обсуждений сестры позвонили матери в Испанию, которая тут же рассказала о том, что получила от Розы эсэмэску – дочь написала ей о выписке из больницы. Она решила позвонить Розе, но в ответ сразу получила это сообщение.
Следуя подробным инструкциям, женщине все же удалось переслать Розино сообщение дочерям и Карлу, который прочитал его Гордону и Ассаду.
– Вы когда-нибудь слышали от Розы о близком друге из Блекинге? – поинтересовался Карл. Никто ничего о таковом не слышал. – И что же вы думаете по поводу этого сообщения?
Ассад отреагировал молниеносно:
– Если у нее есть знакомый в Блекинге, странно, что она ничего об этом не сказала, когда ты ездил в Халлабро в связи с делом о записке в бутылке.
– Но ее друг мог переехать туда уже после этого дела. – Гордон встал на защиту Розы.
Карл думал в совсем другом направлении.
– Вы серьезно считаете, что это Розин стиль? Она называет мать «дорогой», хотя мы прекрасно знаем, как сильно она ее ненавидит. Помните, как она назвала мать, когда та съехала от дочерей? «Тварь»! Затем Роза пишет, что вынуждена общаться эсэмэсками, так как в поезде, направляющемся в Мальмё, плохая мобильная связь. Вот уж бред сивой кобылы! Потом она упоминает «замечательный» дом своего приятеля. И это та самая Роза, которой абсолютно плевать на порядок и эстетику в собственном жилище!
– То есть вы считаете, что сообщение не имеет никакого отношения к реальности? – с недоумением спросил Гордон.
Мёрк выглянул из проема, выполнявшего в подвале функцию окна, чтобы оценить погоду. Палящее солнце и чистое голубое небо. Куртку можно не брать.
– Выходим, – скомандовал он. – Едем к ней!
– Карл, давайте отложим это дело на полчаса, – возразил Гордон. Он выглядел совершенно измученным. – К нам придут с минуты на минуту, неужели вы забыли?
– А?.. Кто же?
– Я же уже говорил, что собираюсь завлечь Патрика Петтерссона, как только Ларс Бьёрн закончит свой допрос. А еще у меня есть для вас вот что…
Карл тяжело опустился на кресло, и Гордон выложил перед ним на стол рисунок, изображавший мужчину в роскошном пальто.
– Это изображение сделал специалист по составлению фотороботов на основе свидетельств девушки, оказавшейся на Боргергэде в тот день, когда была убита Ригмор Циммерманн.
Мёрк взглянул на рисунок. В техническом смысле отличная работа – четкие линии, утонченный стиль, – но, к сожалению, для целей расследования изображение было плохо персонифицировано и потому бесполезно.