Юсси Адлер-Ольсен – Без предела (страница 82)
Всякий раз, когда воспоминания о роковом дне выплывали наружу, у Карла внутри поднимался вихрь электрических импульсов, которые он не мог контролировать. Несколько раз это даже служило причиной нервных срывов. Мона называла подобную реакцию нервным шоком и неконтролируемым посттравматическим стрессом. Но Карлу было совершенно наплевать, как назвать то, что с ним происходило. Только б избавиться от этого поскорее.
И вот теперь они с Харди должны вновь обсуждать те страшные события, на этот раз в несколько ином свете. Разговор был неизбежен, но Карлу по-прежнему не хотелось его заводить.
Вдруг зазвонил мобильный телефон. Мёрк уже намеревался отклонить вызов, но на дисплее высветилось имя Вигги.
Набрав в легкие побольше воздуха, он медленно выпустил его, прежде чем принять звонок.
Бывшую супругу понесло с первых же слов. И, к сожалению, Карл знал о цели ее звонка.
– Вчера я навещала маму. Сотрудники рассказали мне, что ты давным-давно не приезжал. И как тебе только не стыдно!
Он знал только одну фразу хуже произнесенной: «Это меня ужасно расстраивает». Подобными фразами она словно загоняла его в угол. А он совсем не хотел оказаться в углу.
– Видимо, мне придется напомнить тебе о нашем договоре, Карл, – тараторила она дальше.
– Нет-нет, Вигга, благодарю, не стоит.
– Ах вот как, значит, напоминать не надо? Тогда поставлю тебя в известность, что…
– Я уже паркуюсь на стоянке у дома престарелых.
Он посмотрел на ближайший указатель. Съезд на Баусвэрд был следующим. Фантастическое везение.
– Нет, Карл, так не пойдет. Я обязательно туда позвоню и проверю.
– Ради бога. Моя совесть чиста. Я даже прихватил с собой шоколадные конфеты. Естественно, я соблюдаю наш договор, просто в последнее время был на Борнхольме. Извини, что не предупредил.
– Шоколадные конфеты?
– Да, «Антон Берг» с начинкой. Лучший в мире шоколад.
Прикупит по дороге в «СуперБест».
– Карл, ты меня удивляешь.
Пора было сменить тему.
– Куркумаль тебя не обижает? – спросил он. – Я уже давно не виделся с Йеспером, так что некому мне рассказать, как у тебя дела с твоим мини-бизнесменом.
– Никакой он не мини, и зовут его Гуркамаль. Вообще-то дела у меня с ним неважнецкие, но я не собираюсь обсуждать это с тобой – по крайней мере, сейчас. И если ты настолько глуп, что ждешь каких-то проявлений со стороны Йеспера, могу сообщить тебе, что я с ним тоже давно не общалась.
– У него же есть девушка. Вот мы и отошли на второй план.
– Да!
У нее охрип голос. Пора было закругляться. Нечего копаться в ее личной жизни.
– Ну, вот я и стою на пороге Баккегордена, Вигга. Всего хорошего тебе, а с Курку… с Гуркамалем все еще наладится. – Он свернул с автомагистрали. – Передам маме от тебя привет. Пока!
В течение нескольких секунд Мёрк чувствовал себя комфортно. Ему удалось выйти сухим из воды, Вигга была нейтрализована. Однако, купив конфеты и направившись к входу в дом престарелых, он пришел к мысли, что все могло сложиться иначе. Прошлое обрушилось на него и буквально выдавливало из него живительный воздух. Не слишком-то приятное ощущение.
Бывшая теща Карла почти не изменилась с последнего его визита – правда, добрая половина ее иссиня-черных волос утратила былую яркость. Возможно, сотрудники отказались их красить, а может, она наконец-то сама поняла, что ей уже не тридцать и она давно перестала являться лакомым кусочком для противоположного пола.
– Ты кто такой? – поинтересовалась она, когда Карл сел напротив.
Вот, значит, до чего дошло. Слабоумие прогрессировало на глазах.
– Я – Карл. Твой бывший зять Карл.
– Я и так вижу, тупица. Но с чего ты так замаскировался? Все-таки обычно ты не настолько обрюзгший.
Уже второй раз за день Мёрк слышал подобный комментарий. Но если даже пошлая, дряхлая и полуслепая маразматичка заметила перемены в его внешности, значит, это и впрямь было недалеко от истины. Еще чего не хватало!
– А что ты мне принес? – задала она вопрос в лоб, вытянув вперед руку. Можно было подумать, что это билетерша в каком-то крупном заведении.
– Шоколадные конфеты, – с этими словами Карл вытащил из пакета коробку конфет.
Она смерила упаковку скептическим взглядом.
– Фу, экономичный формат… Я сама ни за что такую не купила бы!
«Что вообще я здесь делаю?» – задал Мёрк вопрос сам себе, прекрасно зная ответ.
Не приехав, он тем самым выразил бы свое согласие выплатить Вигге денежную компенсацию. И немаленькую.
– Зато это настоящий «Антон Берг», – добавил Карл немного обиженно, после чего ее хищные руки взмыли в воздух, а спустя десять секунд она уже приступила к поеданию содержимого коробки.
После третьей конфеты старуха поставила коробку на стол между собой и Карлом, который воспринял это как предложение угоститься – и не преминул им воспользоваться. Коробка продолжала стоять на прежнем месте, и Карл уже выбрал себе марципан в темном шоколаде, но немедленно отдернул руку, когда теща бойко треснула его по пальцам.
– За доедание конфет никакой премии не предусмотрено, – прокомментировала она. – Что еще ты мне принес?
Как хорошо, что он не так уж часто сюда наведывается!
Карл принялся рыться у себя в кармане куртки, где всегда можно было найти какую-нибудь блестящую побрякушку – десятикроновую монетку или ключ для открывания бутылок… Чем только не пожертвуешь ради того, чтобы полоумная теща сказала о тебе доброе слово!
Деревянная фигурка, вырезанная Бьярке, лежала на самом дне кармана; надо будет положить ее на полку к другим предметам, вывезенным из дома Хаберсота. А над ней он нащупал какой-то странный предмет.
Карл извлек вещицу на свет, опознав в ней маятник из холистического питомника Симона Рыбака. Лучше б, конечно, он светился чуть поярче, но и так сойдет.
– Вот, Карла, держи маятник. Магический инструмент, который…
– Знаю-знаю. Всякие там духи и прочая дребедень, только мне-то что с ним делать? Я прекрасно общаюсь с мертвецами и без этой ерунды. Причем чуть ли не ежедневно. Прошлой ночью, к примеру, беседовала с Уинстоном Черчиллем. И, знаешь, он оказался весьма и весьма недурен собой. Гораздо приятнее, чем можно было подумать.
– Ого! Прекрасно. Но этот маятник способен кое на что иное. Например, он может предсказать тебе грядущие события. Можешь спросить его о чем угодно, и маятник предоставит тебе ответ. Держи его вот так, а теперь задавай свой вопрос. Надо только немного потренироваться.
Женщина была настроена скептически. Тогда Карл взял маятник в свои руки и спросил у него, будет ли завтра хорошая погода. Как и стоило ожидать, дрянная железяка не пожелала подчиниться ему, так что пришлось немного смухлевать.
– Смотри сама, как он оживился. Значит, жди завтра прекрасной погоды… Попробуй сама, Карла. О чем ты хотела бы спросить?
Старуха нехотя взяла маятник и подвесила его над своей ладонью.
– Будут ли на следующей неделе голубцы на обед? – выдала она вопрос после минутного размышления.
Ничего не происходило. Вполне предсказуемо, но от этого не менее досадно.
– Да он не фурычит! Карл, что за фигню ты мне притащил! Надо будет не забыть пожаловаться Вигге.
– Погоди, Карла, попробуй задать другой вопрос. Наверное, про еду лучше не спрашивать. Поинтересуйся, например, навестит ли тебя завтра Вигга.
Она взглянула на него так, словно ее зять совсем спятил. С какого перепугу ей вдруг задаваться подобным вопросом?
Некоторое время Карла смотрела перед собой затуманенным катарактой взглядом, а затем улыбнулась.
– Спрошу-ка я, желает ли новый санитар затрахать меня до потери пульса!
Кажется, маятник стронулся с места. Что она там нахимичила?
Когда Карл вернулся домой, Харди сидел в полутьме.
На кухонном столе лежала записка от Мортена. «Он в паршивом настроении, – гласила она. – Пытался напоить, но он замкнулся в себе. Вы поругались?»
Карл вздохнул.
– Харди, а вот и я, – поприветствовал он товарища и сунул ему под нос записку. – То есть ты отказываешься пропустить стаканчик?
Харди замотал головой и отвернулся.
– Идем. – Лучше сразу разобраться во всем.