Юсси Адлер-Ольсен – Без предела (страница 37)
Несомненно, Роза заботливо выбрала именно эту фотографию неспроста.
– Роза, Ассад! Идите сюда и взгляните! – крикнул Мёрк чуть ли не с гордостью.
– Ну и хорошо, – бросила Роза, уперев руки в боки и обозревая совершенный им подвиг. – Я наконец вижу пыль, которая скрывалась от взора на протяжении нескольких месяцев. Прекрасно, Карл. – Она демонстративно провела пальцем по поверхности полки и уставилась на него.
– Замечательно! – более доброжелательно высказался Ассад, кивая на стенку.
– Карл, не выйдешь ли со мной на минутку? – Не дожидаясь ответа, Роза схватила его за рукав и потащила к каморке, которую Ассад усердно красил всего несколько дней назад. – Посмотри-ка сюда, – она вытянула указательный палец вдоль стеллажей, выставленных в коридор. – Нам удалось-таки освободить место в коридоре для исходных материалов, причем мы постарались сохранить ту же самую систему каталогизации, что была у Хаберсота, только добавили парочку логичных профессиональных штрихов, – продолжала вещать она, увлекая его все дальше по коридору. – А вот тут мы организовали «штаб», как выразился Ассад. Вообще-то эта комната предназначалась для Гордона, но ведь Ассад сам предложил, чтобы Гордон на время перебрался к нему. Так что – добро пожаловать, Карл! – Роза простерла руки в направлении ярко-желтых стен, которые они обклеили не только оригиналами материалов, копии которых размещались в кабинете Карла, но и множеством дополнительных данных.
Мёрк покачал головой. В комнату вошел Ассад. Какого лешего они его не предупредили?! Он бы тогда не стал горбатиться у себя в офисе.
– Мы, то есть Ассад и твоя покорная слуга – но и без Гордона не обошлось, – работали над этим все выходные. Здесь представлены наиболее значительные наработки Хаберсота. Ты доволен, Карл? С этим будет удобно работать?
Он медленно кивнул, больше всего на свете желая отправиться домой.
– Мы подумали, не поставить ли тут пару офисных кресел на колесиках, тогда можно было бы сидеть и крутиться вокруг своей оси в попытке составить целостную картину, – добавил Ассад.
– Да, и еще имеется дополнительная возможность обратиться к материалам на полках по каждой категории сведений – и не только увидеть информацию, полученную Хаберсотом, но и составить обзор стратегий и целей его исследований и заключений, – разъяснила Роза.
– Спасибо, – отозвался Карл. – И впрямь потрясающе. А где же Гордон? Кто-то вроде говорил, что он подавлен?
На этот раз за Карлом последовал Ассад. Из его каморки доносилось какое-то шуршание. По-видимому, пожарная каланча обустраивалась на новом месте.
– Доброе утро, Карл, – кротко приветствовал его Гордон с противоположной стороны рабочего стола Ассада.
Он и в самом деле выглядел подавленным. Дылде было настолько тесно, что его колени возвышались над столешницей, а остальная часть долговязых конечностей, видимо, была плотно упакована под столом. Вообще-то расстояние между Гордоном и полками за его спиной с фотографиями всех тетушек и дядюшек Ассада было настолько мизерным, что бедняге приходилось вылезать из-за стола почти что вертикально, упершись ладонями в край стола. Возможно, кто-то назвал бы такие условия испытанием для страдающих клаустрофобией, но Карл предпочел бы сразу говорить о самой настоящей пытке. Правда, судя по всему, сам Гордон уже привык к своему сложенному состоянию.
– Гордон, какое прекрасное рабочее место предоставил тебе Ассад, – заметил Карл с малоутешительной улыбкой. – Повезло тебе с соседом по комнате, что скажешь?
То ли от вдавленности в край стола, то ли просто от усталости, но, кажется, тон голоса Гордона сбился на одну октаву выше и превратился в фальцет, когда он поспешил согласиться с Карлом.
– Мы решили назвать Гордона администратором по данному делу, – заметила Роза. – Смысл в том, чтобы он составил обзор всех записей Хаберсота, и мы могли бы воспринимать этот обзор как своего рода словарь. А мы втроем пока сосредоточимся на отслеживании возникающих связей, после чего Гордон попытается обнаружить систему, которая их все объединяет.
– Замечательно. А какое же место выделено для меня? Может, я лучше пойду? – спросил Мёрк.
– Ну, ты, конечно, босс. Как всегда, Карл, – засмеялся Ассад.
Босс! Неужели это слово только что приобрело новый смысл?
В «штабе» тут же выяснилось, что придется избавиться от части многочисленных и порой бесполезных отсылок Хаберсота, чтобы всерьез приняться за дело.
– Можно было бы задаться вопросом, почему брошюры об оккультных явлениях занимают столько места? И вообще, имеет ли это к нам какое-то отношение? – засомневался Карл.
– Может быть, Хаберсот прибегал к их помощи, чтобы немного облегчить свое состояние? – предположил Ассад. – Когда людям плохо, они западают на всякую дребедень.
Роза нахмурилась.
– С чего ты взял, что это дребедень? Может, у тебя был личный опыт общения с пророками? Да нет, вряд ли. Правда? И тем не менее, ты непоколебимо веришь в них, и я считаю это совершенно нормальным. Потому что тут-то, конечно, всё в порядке, да?
– Нет, просто…
– Прекрасно. Так, значит, индийский мистицизм, провидчество, целительство, ясновидение и тому подобное тоже невозможно отрицать, а?
– Нет, просто…
– Просто что?
– Просто все эти нелепые слова… Мне кажется, это как-то глупо. Сложно принимать их всерьез.
Карл пробежался взглядом по объявлениям и плакатам, прикрепленным к стене. Тут было всего понемногу.
«Активация ДНК посредством связи с архангелами», «ведическая звуковая терапия», «осуществление энергетических трансформаций», «составление ментальной карты» и все в таком роде. Большинство словосочеатний звучало, мягко говоря, странновато, тут стоило согласиться с Ассадом.
– По-моему, я уже говорил об этом, – вклинился в диалог Карл, – но если хотите знать мое мнение, вряд ли столь твердо стоящий на ногах человек, как Хаберсот, прибегал к подобным вещам. Я считаю, что это скорее составная часть его расследования.
Он повернул кресло и вгляделся в фотографию человека с «буханкой».
– Все-таки нам известно, что этот мужчина жил в каком-то лагере хиппи, где проводились особые ритуалы, ночные сеансы с танцами, они разрисовывали себе тела и так далее. А еще над входом у них висела вывеска, о которой упомянул пожилой бегун. Что на ней было написано?.. Ассад, напомни-ка.
Сириец принялся листать блокнот и отсчитал назад не меньше двадцати страниц, плотно исписанных его каракулями.
– «Небесный свод», – наконец сухо сообщил он.
– Послушай, Роза, я думаю, эти сведения представляют для нас кое-какой интерес, а потому я бы хотел, чтобы ты занялась этой зацепкой. Обзвони по возможности все борнхольмские организации – или черт знает, как их еще назвать, – занимающиеся подобными вещами, и попытайся выяснить, общался ли кто-то хотя бы с одним жителем этого лагеря в девяносто седьмом году. А Ассад тем временем пускай изучает сведения, содержащиеся на стенах этой комнаты, а также может назначить встречу с художником, присвоившим велосипед Альберты.
Ассад поднял указательный палец.
– Может, принесем сюда еще и стол, куда можно будет поставить чашку с чаем?
Карл содрогнулся. Неужели он никогда не избавится от тошнотворной духоты?
– Я сбегаю к Томасу Лаурсену, попробую договориться с ним, чтобы криминалисты из Рёдовре помогли нам и взглянули на пару вещей.
– Прихвати заодно вот это. – С этими словами Роза содрала со стены один из листов.
– Давай. Но что это? – Карл взял бумажку с нацарапанным от руки текстом и с прикрепленной куском скотча щепкой не более пары сантиметров длиной. «Эта щепка обнаружена на прямом отрезке между велосипедом, валявшимся в кустах, и предполагаемым местом столкновения», – было написано на листе бумаги.
Роза открепила еще какие-то записи, висевшие под этим листом.
– Вот здесь все подробности касательно щепки, – пояснила она.
Запись была датирована четырьмя днями позже исчезновения Альберты и тремя днями позже обнаружения ее Хаберсотом. Карл прочитал вслух:
ОТЧЕТ ДЛЯ ЧАСТНОГО ПОЛЬЗОВАНИЯ