Юрий Завьялов – Блуждающий по снам (страница 5)

Михаил достал из кармана телефон и показал Зельдину фотографию Игоря Волгина.

– «Вы знаете этого человека?»

Зельдин внимательно посмотрел на снимок. На его лице промелькнула тень.

– «Где-то я его уже видел», – пробормотал он. – «Дайте подумать…»

Он закрыл глаза, пытаясь вспомнить. Михаил затаил дыхание.

– «В одной из секретных лабораторий КГБ…» – начал Зельдин, – «работал молодой офицер. Интересовался гипнозом. У него еще характерная родинка на шее была… Кажется, его звали… Игорь».

Зельдин открыл глаза, посмотрел на Михаила.

– «Я не уверен, что это тот же самый Волгин», – сказал он. – «Но это вполне возможно. Он мог получить доступ к секретным технологиям и использовать их в своих целях».

Сердце Михаила бешено колотилось. Все сходилось. Волгин был причастен к секретным разработкам КГБ, он умеет пользоваться гипнозом и стирать память. Он – ключ к разгадке тайны смерти Николая и Василия.

Михаил вздохнул и посмотрел в глаза старика.

– «Владимир Вольфович, я понимаю, что, возможно, это покажется вам безумием, но… На кону стоят жизни невинных людей. Думаю, что убийства на моей работе связаны с недавними событиями. Мне нужно понимать, как противостоять этому».

Зельдин слушал очень внимательно. Морщины на его лице стали еще глубже. Взгляд из-под бровей говорил о многом.

– «Михаил, я согласен помочь тебе. Но ты должен понимать, что это не просто. Гипноз – это опасная штука и не стоит недооценивать Волгина. Я сам кое-чему научился в свое время». – В голове Зельдина промелькнули различные картинки из головы, ему стало не по себе.

Зельдин поднял указательный палец вверх.

– «Есть кое-что, что не могу тебе не сказать. Сам по себе гипноз – это всего лишь инструмент. Важно лишь кто им пользуется. Люди, которые могут им пользоваться, могут быть очень опасны».

Зельдин прищурился и посмотрел на Михаила. Сейчас профессора было не узнать, голос стал ниже и как будто из ниоткуда.

– «Я рассказывал тебе уже о разных случаях. Когда гипнозом доводили людей до самоубийства, стирали им личность и превращали в марионеток. Ты уверен, что ты готов к такому? Это может быть очень рискованно».

Михаил чувствовал, как по спине ползет холодок. Он осознавал, что столкнулся с чем-то очень опасным. Но отступать было поздно. Слишком многое было поставлено на карту. И Николай, и Василий, и все остальные жертвы Волгина – ему нужно было остановить этого человека любой ценой.

– «Владимир Вольфович», – решительно сказал Михаил. – «Я все понимаю. Но другого выхода у меня нет. Я готов к любому риску. Даже если это будет стоить мне жизни».

Зельдин посмотрел на него долгим, испытующим взглядом. Затем вздохнул и кивнул.

–«Хорошо», – сказал он. – «Я помогу тебе. Я научу тебя всему, что знаю. Но помни, Михаил. Гипноз – это не игрушка. Используй его с умом. И никогда не забывай об опасности, которая в нем таится».

Глава 9: Уроки Гипноза: Между Светом и Тенью

С тех пор, как Михаил узнал правду о гипнозе и причастности Волгина к секретным разработкам, его жизнь изменилась навсегда. Больше не было места сомнениям и колебаниям. Его целью стало остановить Волгина, чего бы это ни стоило.

Каждые выходные, словно по расписанию, Михаил садился в свою старую машину и отправлялся в глухую деревню к Зельдину. Дорога, петляющая между полями и лесами, казалась дорогой в другой мир, где разум был оружием, а сознание – полем битвы. Дом Зельдина, старый и покосившийся, стал его учебным полигоном. Днем и ночью, в тишине и уединении, они занимались гипнозом. Зельдин оказался строгим и требовательным учителем. Он не давал Михаилу поблажек, заставляя его повторять одни и те же упражнения снова и снова.

– «Концентрация, Михаил, концентрация!» – ворчал он. – «Гипноз требует максимальной сосредоточенности. Нельзя позволить разуму блуждать, иначе все пойдет прахом».

Сначала у Михаила мало что получалось. Его мысли путались, внимание рассеивалось, а попытки внушить что-то Зельдину заканчивались провалом. Михаил чувствовал разочарование и отчаяние. Неужели он никогда не сможет овладеть этим искусством?

Но Зельдин не давал ему сдаваться. Он говорил, что упорство и настойчивость – главные качества гипнотизера.

– «Не отчаивайся, Михаил», – говорил он. – «Гипноз – это как мышца. Чем больше ты ее тренируешь, тем сильнее она становится».

И Михаил продолжал заниматься. Он тренировал концентрацию, запоминал фразы внушения, учился контролировать свой голос и жесты. Постепенно, день за днем, у него начало что-то получаться. Он научился погружать Зельдина в легкий транс. Он мог внушить ему простые вещи: почувствовать тепло или холод, вспомнить приятные моменты из прошлого.

Зельдин хвалил Михаила за успехи, но одновременно предостерегал от самоуверенности.

– «Не забывай, Михаил», – говорил он. – «Гипноз – это как хождение по канату. Одно неверное движение – и ты можешь сорваться в бездну».

Однажды во время тренировки Михаил попытался погрузить Зельдина в более глубокий гипноз. Он внушил ему забыть свое имя. Сначала все шло хорошо. Зельдин казался расслабленным и послушным. Но вдруг его лицо исказилось. Он начал кричать, хвататься за голову.

– «Нет! Не трогай мои воспоминания!» – кричал он. – «Я должен помнить! Я должен все помнить!»

Михаил испугался и попытался вывести Зельдина из транса. Но тот не реагировал. Он продолжал кричать и метаться, словно в кошмарном сне.

Михаил, не зная, что делать, схватил Зельдина за плечи и начал трясти его.

– «Владимир Вольфович! Очнись! Это я, Михаил!»

Наконец, Зельдин открыл глаза. Его взгляд был растерянным и испуганным.

– «Что произошло?» – спросил он хриплым голосом. – «Где я?»

Михаил объяснил ему, что случилось. Зельдин выслушал его, нахмурившись.

– «Ты зашел слишком далеко, Михаил», – сказал он. – «Ты попытался проникнуть в мои самые сокровенные воспоминания. Это опасно».

– «Я не хотел», – оправдывался Михаил. – «Я просто хотел проверить, насколько глубоко я могу его погрузить».

– «Ты должен научиться контролировать себя, Михаил», – сказал Зельдин. – «Гипноз – это не просто внушение. Это еще и ответственность. Если ты не будешь осторожен, ты можешь причинить вред не только другим, но и себе».

После этого случая Михаил стал более осторожным в своих тренировках. Он понял, что гипноз – это не только сила, но и опасность. Он должен научиться контролировать себя, прежде чем использовать его против Волгина. Михаил стал проводить много времени в одиночестве, размышляя о природе гипноза. Он читал книги по психологии, изучал различные техники медитации, учился контролировать свои эмоции и мысли. Постепенно он начал чувствовать, что гипноз становится частью его самого. Он научился погружать себя в транс, отключаться от внешнего мира и сосредотачиваться на своих внутренних ощущениях. Но вместе с этим он стал замечать, что гипноз оказывает на него и негативное влияние. Он стал более раздражительным, ему трудно было уснуть, а по ночам его мучили кошмары. Однажды он проснулся в холодном поту, с ужасным ощущением, что он потерял контроль над собой. Ему показалось, что кто-то посторонний проник в его разум и пытается им манипулировать. Михаил испугался. Он понял, что гипноз – это не только оружие против Волгина, но и угроза для него самого. Он должен был быть осторожным, иначе он мог потерять себя в его власти.

Глава 10 : За Гранью Сознания

Когда Михаил в очередной раз добрался до покосившейся избушки Зельдина, атмосфера была напряженной. В воздухе чувствовалась тревога, словно над ними сгущались невидимые тучи. Зельдин встретил его на пороге, взгляд был беспокойным.

– «Михаил, я должен тебе кое-что рассказать», – проговорил он, приглашая его внутрь. – «Это касается разработки, о которой знали лишь единицы. Она настолько секретна, что даже сейчас говорить об этом страшно».

Зельдин замолчал, словно собираясь с духом, а затем продолжил:

– «Этот метод… Мы называли его «Блуждающий по снам».

Михаил нахмурился, не понимая, о чем идет речь.

–«Суть метода в том», – пояснил Зельдин, – «что человек, погружаясь в глубокий гипноз, получает возможность проникать в чужие сны. Он может внушать мысли, путать их, изменять ход событий, а в крайнем случае – даже убить человека во сне».

Михаил ошеломленно молчал. Он не мог поверить в то, что слышит. Убийство во сне… Звучит как бред сумасшедшего, но Зельдин говорил это с такой серьезностью, что сомневаться не приходилось.

–«Эта программа была настолько засекречена», – продолжал Зельдин, – «что после распада СССР ее попытались уничтожить. Но я… Я не позволил. Я забрал все разработки себе. Много людей охотилось за этими бумагами, но я успел их спрятать».

– «Зачем вам это?» – спросил Михаил. – «Почему вы не уничтожили их?»

Зельдин посмотрел на него долгим и тяжелым взглядом.

– «Я думал, что они могут когда-нибудь пригодиться», – ответил он. –«Я не знал, что в итоге они понадобятся именно тебе».

– «И Волгин знает об этом методе?» – спросил Михаил.

– «Не знаю», – ответил Зельдин. – «Теоретически, он мог получить к нему доступ. Но даже если это и так, его применение требует огромного мастерства и контроля. Это игра с огнем, Михаил. Нельзя недооценивать опасность».

Зельдин глубоко вздохнул.

– «Михаил, я больше не могу подвергать тебя опасности. То, что ты приезжаешь сюда каждые выходные, привлекает внимание. Слишком много внимания. Поэтому… Тебе придётся тренироваться самому».