Юрий Ячейкин – Односуточный детектив (страница 7)
- И вас это не беспокоит?
- Нет.
- Почему?
- Мы вообще никогда не переписывались.
- Тре бьен! Если я правильно понял, вас не интересует судьба сына?
- Почему же? Интересует. Но лучше один раз увидеться, чем прочитать сто писем. И даже тысячу!
- Но ведь это ваш сын. И он исчез!
- Да, сын... Но Боб - уже взрослый человек и имеет право самостоятельно решать собственную судьбу. Я за него нисколько не волнуюсь.
- Возможно. Впрочем, его исчезновением заинтересовалась общественность.
- И зря. Есть другие вещи, которыми общественности следовало бы заинтересоваться.
- Например?
- Например: какое имеет право частный детектив Эркюль Пуаро ни с того ни с сего морочить людям голову?
- О-ля-ля! В таком случае, позвольте мне откланяться.
- О'ревуар, месье.
- О'ревуар, мадам.
- Чао! - сказала мадемуазель Лемон, вкладывая в сумочку записную книжку.
- Мадемуазель, какое мнение у вас сложилось о мадам Полу Шевчик? - спросил Пуаро секретаршу, когда они покинули Институт сверхтвердых пластмасс.
- Сберкасса, - коротко ответила она.
- То есть? - не понял Пуаро.
- «Сберкасса гарантирует тайну вкладов.»
- Вы думаете, она скрывает какие-то тайны?
- У каждой женщины они есть.
- У вас тоже?
- Возможно.
- Не кажется ли вам, что она хорошо знает, где её сын?
- Не хватает фактов, чтобы утверждать или отрицать это.
- Больше вы ничего не скажете?
- Она производит впечатление женщины, которая выбита из равновесия, и поэтому едва владеет собой. А в конце не выдержала и, боясь, что нервы её окончательно предадут, показала нам на дверь.
- Верно, - согласился маленький бельгиец, прославившийся как великий детектив.
Заварными пирожными Эркюль Пуаро лакомился, запивая их холодным молоком без мёда: нежный вкус молочного крема теряется в густых медвяных ароматах. А Эркюль Пуаро никогда не относился к еде с варварской непритязательностью. Он, как художник, наслаждался каждым вкусовым оттенком. Но как ни роскошествовал за ужином, а беспокойство не оставляло его, и он то и дело возвращался к сегодняшним событиям, которые - Пуаро чувствовал это - то приближали, то отдаляли его от тайны.
Вспомнил невозмутимое лицо Полы Шевчик, холодный настороженный блеск её глаз, точные контролируемые движения, безусловно, заранее взвешенные ответы. Вероятно, принадлежит к людям, которые в трудных обстоятельствах способны действовать решительно и хорошо заметать следы. Что известно о ней конкретно? Двадцать один год назад развелась. Второй раз замуж не пошла, хотя наверняка могла найти мужа. От алиментов отказалась. Гордая, но обиженная, неизлечимо раненная любовь? Да! Разве что...
Любовь... Любовь. Пуаро приходил к мысли, что загадочное исчезновение Боба Крамье каким-то странным образом связано с любовью. Да! Во всей той истории угадываются сильные чувства и страсти. Любовь не всегда видна со стороны, но когда она есть, то всегда играет ведущую роль. Что же дальше? Пока ничто не указывает на то, что к исчезновению Боба как-то причастна его мать. Нет доказательств. Нехватка какой-либо очевидной побудительной причины. А между тем странное бегство Боба и холодное равнодушие к этому Полы Шевчик отнюдь не вяжутся друг с другом в общей цепи событий. Несомненно, преданная любовь женщины превратилась в слепую, эгоистическую любовь к сыну. Она его выпестовала, выхолила, вырастила. Он заслонил ей весь мир, её глаза видели только его, её мысли снуют только вокруг него, и работала она только ради него. А такая мать также не могла не стать для сына целым миром. А потому он привык к этому? Наверное, да... И вдруг он уезжает. Она остается в одиночестве. Жизнь для неё остановилась. Дом стал холодным и пустым. А мать даже не переписывается с сыном. И мать с полным равнодушием воспринимает весть о его исчезновении... Возможно ли такое? Логика отрицала это...
- Слишком много фантазирую, - недовольно мямлил Пуаро, - Что-то знаю, чего-то не знаю, а нафантазировал уже на целый роман. Придумываю психологические причуды, а вот выстроить схему собственных действий не в состоянии. Да и из чего исходить? Если взвесить - половина известных мне из зелёной папки фактов не имеет малейшего смысла. Нужна просто схема моих последующих действий. Схема. Полкоролевства за схему!..»
Федька поужинал и убрал со стола, снова освободив стратегическое пространство для бумаг из зелёной папки. Вынул справку из милиции, которая удостоверяла, что Полина Никоновна Шевчик ни капли не знает о нынешнем местонахождении сына.
Что ж, добросовестный Эркюль Пуаро с успехом расшифровал эту справку. И если бы он действительно разговаривал с Полиной Никоновной, так же кратко записал бы резюме беседы.
Федька подошёл к окну.
Сумерки. Улица выглядела весьма беззаботно. Лишённые дневных служебных хлопот, вечером люди не такие, как днём. Потому что вечер - это отдых, лица становятся ясными, смягчаются и теряют напряжённое дневное выражение. Поэтому и улица вдруг приобретает другой вид, размагничивается и светлеет, ведь душа её - не здания, какими бы красивыми они ни были, а люди и всё человеческое.
«Квартира коммунальная», - вспомнилось Федьке, - «есть соседи.»
Соседи, наверное, что-то знают...
Не могут не знать...
Раздел пятый
Частный детектив
Соседи, наверное, что-то знают...
Не могут не знать...
Из сенсационных книг, а их Федька за свою жизнь начитался достаточно, он знал, что частный детектив, в которые он невольно нарядился, должен уметь непринуждённо разговаривать, а точнее «уговаривать» нужного ему человека и таким образом получать от него определённую информацию, побуждать к определённому действию.
Однако этим высоким искусством владеют не только детективы. Незаурядными специалистами в этой хитроумной области человеческого общения являются парикмахеры, таксисты, официанты ресторанов, спекулянты и так далее и тому подобные.
Для практики представим, кто, кого и как уговаривает.
Продавец советует слепому купить набор красок. Слепой возмущается, считая продавца за наглеца, который жестоко издевается над ним. Однако продавец научно доказывает ему, что вполне возможно научиться, отличать цвета прикосновениями пальцев и с успехом творить шедевры.
Таким образом он сбывает краски и ещё и мольберт в придачу...
На крупные соревнования собираются известные, следовательно, ещё и денежные спортсмены-прыгуны с лыжного трамплина. И тут появляется агент, предлагающий застраховать жизнь. Здоровые, мужественные, сильные ребята только хохочут над ним. Тогда страхагент терпеливо ждёт, пока начнутся соревнования и один из хохотунов сломает руку или ногу. После того страхует всех спортсменов, а вместе с ними всех тренеров, судей и яростных болельщиков. Итак, досрочно выполняет свой годовой план и попадает на доску почёта...
Скупой пассажир демонстративно, чтобы это заметил таксист, считает медяки. Таксист так же демонстративно не обращает на это никакого внимания и заводит разговор о дороговизне на базаре: «Дерут деньги, аж гай гудит!» - говорит он. - Куда только смотрит милиция? Подумать только, покупают в магазине овощи, да ещё и ругаются, чтобы на выбор им дали, а потом моют, прихорашивают, придают, как говорится, товарный вид и гребут с нас, несчастных, деньги лопатой. Тьфу! Хоть бери и бросай эту проклятую цыганскую работу на колёсах! У них, можно сказать, - частная лавка, а у меня, - сами понимаете, ставка...» Скупой пассажир умиляется и тычет таксисту трёшку. Стыдно не дать такому искреннему, но экономически раздавленному базарными ценами человеку...
Искусство!
Но это искусство стихийное, следовательно, и несовершенное, из-за чего и парикмахеры, и таксисты, и официанты, и спекулянты действуют по своему собственному скудному методу, приобретённому личной и однообразной практикой.
- Субъективные находки с объективными потерями! - вздохнул Федька. - Сочувствую, но ничем не могу помочь.
- «О господи!» - подумал он, - «Я уже докатился до того, что начинаю шутить.»
Из тех же детективных книг («было бы неплохо вспомнить, из какой именно?») Федька узнал о так называемой формуле уговоров и - вот чудо - запомнил её. Уговоры (У) являются следствием навязывания железной личной воли (В) объекту разговорной акции (О. Р. А.) на базе выбранной тактики разговора, то есть метода разговора (М), а также применения психологических трюков (Т), как в приведённых выше примерах. Итак, формула уговоров выглядит так:
Между тем, нередко возникают ситуации, когда крайне необходимо ускорить уговоры. Времени нет! Скорее к развязке! Скорее к результату! В таких случаях применяют разнообразные форсированные трюки или иначе - экстраординарные меры, имеющие целью не только достижения безусловного успеха, но и достижения этого успеха в максимально сжатые сроки. Скорость уговоров (СУ) - это воля (В) плюс метод (М), умноженные на форсированный трюк (ФТ). Тогда и сама формула приобретает динамический вид:
Как ни странно, к самым простым форсированным трюкам принадлежит всем известный - выпивка, особенно на дурняк, потому что это сразу ставит О. Р. А. в психологическую зависимость от щедрот «банкомёта».
Алкоголь гасит осторожность, замедляет реакцию, разрушает логические связи в разговоре. Человек не замечает, когда ему отказывают тормоза. Болтай с ним о жизни, о девушках, не спеши - рассказывай курьёзные случаи и анекдоты, разглагольствуй о чём-то легко и непринуждённо. А когда увидишь и убедишься, что О. Р. А. «созрел», наведи разговор на нужную тебе тему.