Юрий Ячейкин – Односуточный детектив (страница 12)

- Он только что зашёл к вам в кабинет.

- Кто?!

- Крамар Борис Владимирович. Или, может, он работает у вас нелегально?

- Что?! - директор повысил голос. - Ну, знаете!..

- Знаем, потому что это мы его к вам вызвали.

- Ах, так! - Директор уже дошёл до крика. - Это возмутительно! Это провокация! В конце концов, непорядочно! Какое ваше дело, кто у меня работает? Мне надоел этот разговор! Я буду жаловаться.

- Пожалуйста - ваше право. Но в то же время прикажите Борису Владимировичу, чтобы он пришёл к нам в редакцию. Есть к нему срочное дело.

- Я сейчас сам к вам приду! И тогда мы поговорим! - В голосе директора звучала угроза.

- Добро пожаловать, возражений нет. Но возьмите с собой и Крамара.

- Ну, подождите!..

- Ждём.

Разговор прервался.

- Сейчас нас будут нахрапом атаковать, - сказал Олег Игоревич, - ведь лучшая защита - это нападение, - он нажал кнопку. В дверях появилась секретарша - Лида, с минуты на минуту должен прийти весьма возмущённый гражданин и с ним молодой человек. Проведите их ко мне немедленно.

Федька поднялся с кресла.

- Вы оставайтесь здесь, - сказал редактор.

- Да я не ухожу, - сказал Федька, - просто освобождаю кресло для гостей.

- Тогда сядьте здесь, поближе ко мне. Может быть, у вас возникнут некоторые вопросы.

Прошло немного времени - едва успели скурить по сигарете, как в приёмной загремел уже знакомый голос: «Я к редактору! Он у себя?»

«Быстро», - подумал Федька, - «наверное, примчались на директорской машине.»

И тут произошло такое, чего он до сих пор никогда не наблюдал: Олег Игоревич выдвинул средний ящик стола и обеими руками сгрёб туда все зажигалки. На столе не осталось ничего лишнего.

Дверь открылась, и Лидочка сказала:

- Пожалуйста, заходите. Вас ждут.

В дверях появился коренастый, уже несколько грузный мужчина. «Одет в очень приличный костюм делового человека, который не очень гонится за модой», - отметил Федька. Брови посетителя были грозно нахмурены. Перед собой обеими руками он нёс разбухший кожаный портфель, затянутый ременными ремнями на прямоугольных блестящих замках. За ним скромно шествовал молодой парень в белой нейлоновой рубашке, без пиджака, но при галстуке. Был среднего роста, стройный, из-под наполовину отвёрнутых рукавов рубашки выглядывали жилистые, мускулистые руки спортсмена. Скользнул взглядом по кабинету спокойными серыми глазами.

- Вы редактор? - первый заговорил, не здороваясь и решительно садясь в кресло, - не знаю, как вас звать-величать...

- Олег Игоревич.

- А я - Прохоренко Валерий Степанович.

- Я догадываюсь. Хорошо, что приехали не одни.

Прохоренко бросил взгляд в сторону Федьки.

- Мандрика Фёдор Александрович, - представил шеф, - наш работник. Это он разыскивал Бориса Крамаря.

Глаза Валерия Степановича гневно сверкнули, лицо взялось красными пятнами.

- Уже знаю, как он разыскивал! - прикрикнул он. - А вы - знаете? Ваш работник - гангстер, а не журналист! Беспардонный лжец и провокатор!

Горячая волна гнева вдруг затопила Федьку, всё аж поплыло в глазах в каких-то красноватых сумерках, а сам он на стуле качнулся.

- Вы что, на базаре? - спросил звонким голосом - В забегаловке?

- Прошу вас, Фёдор, помолчать, - строго сказал редактор, - иначе я вас попрошу выйти. А вам, - уже к директору, - советую успокоиться и угомонить нервы.

Директор положил портфель на стол, поднялся и направился в угол, где на журнальном столике стоял на керамическом подносе стакан и сифон с газированной водой. Там он демонстративно вынул из прозрачного патронника таблетку, набрал в стакан воды и выпил большими глотками. Борис Крамар ещё не сказал и слова. Сидел спокойно и даже имел несколько скучающее выражение лица.

- Сейчас я вам расскажу, как он, - кивок в сторону Федьки, - работает, - уже спокойнее сказал директор, садясь на место. -- Вчера он, как шпик, рыскал по нашему институту, ещё и имел наглость проситься на работу... - директор на мгновение замолчал и даже закрыл глаза, чтобы снова не сорваться на крик. - А сегодня утром пришёл на квартиру, где живет его мать, - кивок в сторону Крамаря, - лживо обольстил соседей и мошенническим способом выманил у них номер рабочего телефона... Вот как он работает! Разве это честно? Разве порядочно? - он снова повысил голос: - Молодой, да с ранних лет! Совести у него - ни на грош! Беспринципный тип! Представляю, как в дальнейшем расцветут его бандитские наклонности и таланты!

- Слушайте, вы! - процедил сквозь зубы редактор. Его глаза сузились и смотрели остро и недобро. На челюстях играли желваки - Одного предупреждения, я вижу, вам мало. Вам бы помолчать, а вы шумите!

- Как вы смеете? Я на вас жаловаться буду! И на вас есть управа!

- Да, жаловаться... Если тревога, то к богу... С чем же вы пойдёте жаловаться? С тем, как, нарушая трудовое законодательство и используя своё служебное положение, втихаря взяли беглеца с новостройки, где он до сих пор формально не уволен? С тем, что вы оказали медвежью услугу своей секретарше и её сыну? Безусловно, вас там с интересом выслушают... И вы ещё позволяете себе оскорблять нашего работника? Угрожать? Кричать о морали, порядочности и чести журналиста? А кто же, как не вы, виноват в том, что беглеца приходится разыскивать? А вы знаете, что вашего подчинённого ищет милиция? Вы знаете об этом? Знаете! Кто же, как не вы, ещё сегодня категорически уверяли, что Крамар у вас не работал и не работает? Кто же первый встал на путь изощрённой лжи? А вы, как человек с высшим техническим образованием, должны помнить третий закон Ньютона: каждое действие вызывает равной силы противодействие... Вы - сообщник Крамаря во всех его действиях!

- А вы меня не учите, - буркнул директор, но вся его самоуверенность и решительность без следа исчезли. Это уже был другой человек - какой-то увядший, с пожелтевшим, уставшим лицом. - Разве я помню всех своих работников? У меня только научных работников около полутысячи...

- Но вы же звонили в отдел кадров.

- Не дозвонился.

Крамар до сих пор не проронил ни одного слова. Сидел молча и равнодушно, будто дело его не касалось, будто речь шла о ком-то постороннем. Наверное, понял, что игра проиграна, внутренне смирился с поражением и только стоически ждал завершения этого бурного и неприятного разговора.

- Не знаю, какие к нам могут быть претензии, - сказал директор, - пришёл молодой специалист, попросился на работу, вакантное место было - почему бы не взять?

- Но ведь любой молодой специалист должен иметь или назначение на работу, или трудовую книжку.

- Конечно. Значит, что-то такое имел. Иначе не прошёл бы через отдел кадров.

- А что именно у него было, вам неизвестно?

Директор забарабанил пальцами край стола.

- К сожалению... В конце концов, формальная сторона дела - дело кадровиков, мне не обязательно изучать анкеты.

Шеф впервые обратился к Крамарю:

- Что у вас было?

Тот как будто проснулся.

- Трудовая книжка, - ответил - Что же ещё? - Голос у него был звонкий, чистый, такой голос бывает у ребят, которые никогда не травились табачным зельем.

Директор оживился.

- Ну вот, слышите? Зря мы с вами ломали копья. Жаль, что погорячился... Словом, у нас всё в порядке, а какие у него отношения с милицией, меня не волнует...

Было очевидно, что он круто изменил тактику и хочет вернуть разговор к решению проблемы с чисто формальной стороны.

Но не это сейчас больше всего интересовало Федьку.

Разыскиваемый гражданин Крамар Борис Владимирович имел трудовую книжку! Но откуда?

Раздел девятый

Третий ФТ

Разыскиваемый гражданин Крамар Борис Владимирович имел трудовую книжку! Но откуда?

- Олег Игоревич, - подал голос Федька, - с вашего разрешения, пожалуй, пойду: у меня ещё есть дела.

Главред вопросительно посмотрел на него, знал, что никаких дел, кроме этого, у Федьки нет. Значит, хочет пойти именно по этому делу. Но куда и зачем? Но Федька не объяснял.

- Хорошо, идите, - разрешил шеф после секундного колебания.

Федька вышел из кабинета, плотно прикрыл за собой дверь и направился к заставленному телефонами столу Лидочки.

- С шефом надо поговорить, - сообщил невозмутимо, беря трубку.