Юрий Вяземский – Пряжа судьбы. Саги о верингах в 2 кн. Книга 1 (страница 23)

Хельги выразил благодарность за предоставленные ему сведения.

После этого Эйнар стал расхваливать богатства, которые там можно добыть, обращая особое внимание на шкуры черных лисиц, соболей и, если дальше продвинуться, даже горностаев, которые, как известно, не чета белкам, бобрам и куницам, которыми торгуют на Балагардссиде и в Стране Эстов.

На это Хельги вежливо заметил, что он и его люди ничуть не брезгуют белками и бобрами.

Тогда Эйнар принялся превозносить красоту девушек и женщин, живущих по берегам той реки, которая с юга впадает в Великое озеро.

Хельги улыбнулся и сказал, что с красивыми девушками у него и у его друзей никогда не возникало трудностей.

В ответ на это Эйнар возразил, что в прошлом году он за этих восточных девушек на рынке в Эйсюсле получил по две свейские марки серебра за каждую.

Хельги понимающе кивнул и радостно поздравил Эйнара с удачной сделкой.

Видя, что разговор не клеится, Эйнар привел последние из имевшихся у него доводов: росы захватили торговлю в Стране Эстов и снижают цены на Эйсюсле, в Сьёрборге и в Каупе; местные жители стали объединяться и научились защищать свои поселения, вследствие чего среди них все труднее промышлять деловым людям; наконец, как стало известно Эйнару, слава Хельги настолько распространилась, что викинги его опасаются и перестали на него нападать, и стало быть, ему и его людям мало чем теперь можно поживиться. В то же время на востоке, на берегах Великого озера…

Тут Хельги встал со стула, ласково улыбнулся Эйнару, дружески пожал ему руку и сказал, что он и его люди не для того ушли с Западного пути, чтобы стать грабителями на Восточном. Но он, Хельги Верный, очень рад знакомству с Эйнаром Эйнарссоном и, если тому случится проплывать мимо Аландских островов, его там ждет самый дружеский прием.

На этом встреча двух предводителей закончилась.

77 Эйнар вернулся в шатер, где его поджидали Логи, Торир Длинный Кеннинг и Берси Сильный.

Эйнар не стал им рассказывать о своей беседе с Хельги, но сообщил:

– Еще ни разу не получал такого дружелюбного отказа.

Помолчали. Потом Торир сказал:

– А не попробовать ли тебе переговорить с другим корабельщиком?

– С кем еще? – спросил Эйнар. Лицо у него было мрачным.

Торир стал рассказывать, и вот что он рассказал. Звали корабельщика Ингвар Сокол, потому что он плавал на большом торговом корабле, на штевне которого была золоченая голова сокола. У Ингвара была большая и воинственная команда, однако он, насколько известно, никого не грабил, торгуя главным образом с гаутами, но также с прусами, рядом с которыми у него было главное имение. В дружине его были люди из разных земель: гауты, йоты, свеи, остфольдцы и вестфольдцы, а также прусы, венды, даны, франки и даже фризы. Ему и его людям всегда сопутствовала удача, потому и прозвали его Фрамвитанд, Знающий Наперед. По слухам, отцом его был шведский конунг, который лишился своих владений и женился на вендской княжне. Но родители Ингвара давно умерли, и сам он человек пожилой. Два дня назад его кнарр причалил к Эйсюсле, и Эйнар легко его отыщет, потому что у этого корабля высокие борта и на корме такая высокая надстройка, что ничем, кроме стрел и копий, нельзя достать того, кто на ней находится. Изображение сокола он всегда снимает со штевня, когда входит в гавань, чтобы сокол своим хищным клювом не напугал местных духов земли.

Судя по лицу Эйнара, он слушал Торира с интересом.

Когда тот закончил, Логи сказал:

– Сомневаюсь я в его удаче, если он вместо того, чтобы стать конунгом и править в Упланде или в Стране Вендов, плавает в нашем захолустье и торгует с дикарями.

А Торир Кеннинг стал рассказывать о том, что, в отличие от других торговцев, он, Ингвар Сокол, ни разу не был никем ограблен, ни викингами, ни росами. И уже это одно можно считать удачей. К тому же, как говорят, он весьма преуспел в торговых делах. У него три корабля и два больших имения: одно – возле Каупа, другое – в районе Трусо.

Тут Логи сказал, обращаясь к Эйнару:

– Сын ярла тебе отказал. Хочешь, чтоб отказал сын конунга?

Думали, Эйнар рассердится на такие слова. Но Эйнар усмехнулся и ничего не сказал.

Вместо него ответил Берси Сильный.

– Дерево не от первого удара падает, – изрек старший берсерк.

Эйнар усмехнулся во второй раз. А потом велел оставить его одного, потому что ему надо подумать.

На следующее утро Эйнар отправился к Ингвару. Тот жил не в шатре, а в просторной землянке. У входа в землянку Эйнара встретил человек, ростом и телосложением похожий на великана. В руке он держал дубину, похожую на целое дерево. Узнав у Эйнара, кто он такой и зачем пожаловал, великан ушел в землянку, а потом вернулся и пригласил Эйнара войти.

В глубине за столом сидел невысокий человек лет пятидесяти. Известно, однако, что Ингвару в тот год было пятьдесят пять лет, и он был на двенадцать лет старше Эйнара. У него была большая и круглая голова. Он был коротко стрижен, что делало почти незаметной его лысину. Бороды у него не было, а усы топорщились в разные стороны и были седыми. Глаза его были такими светлыми, какие редко встретишь, но смотрели устало. Одет он был недорого и небрежно. Но на груди у него висела подвеска из чистого золота, на которой был изображен сокол.

Рядом с ним стоял другой великан. За поясом у того был меч.

Ингвар встал навстречу вошедшему, протянул Эйнару руку, усадил рядом с собой и велел принести браги.

Они спросили друг друга, что слышно нового, поговорили о всякой всячине, и наконец Эйнар стал предлагать Ингвару то, что накануне предложил Хельги Верному.

Ингвар, как показалось Эйнару, не слушал его, думая о чем-то своем и глядя куда-то мимо. А когда Эйнар кончил говорить, грустно улыбнулся и сказал:

– Я согласен. Но при трех условиях.

– При каких? – спросил Эйнар.

– Мы должны стать побратимами.

Эйнар, почти не думая, ответил:

– Это условие я принимаю.

– Мы будем соблюдать семь общих для всех нас законов. Это мое второе условие, – сказал Ингвар.

Эйнар поинтересовался, какие законы, и Ингвар их перечислил.

Тут Эйнар думал, и довольно долго. А потом сказал:

– Это условие я тоже согласен принять. А третье условие какое?

– Мы возьмем с собой Хельги Верного и его людей.

Эйнар усмехнулся и ответил:

– Это условие я хотел бы принять. Но не смогу.

Эйнар ожидал, что Ингвар спросит, почему он не сможет. Но Ингвар тоже усмехнулся и ничего не спросил.

Пришлось заговорить Эйнару.

– Я вчера беседовал с Хельги, – сообщил он. – Я предложил ему то, что предложил тебе, и он мне отказал.

Тем временем принесли брагу и подали чаши. Ингвар предложил выпить за встречу, пригубил из чаши, а потом сказал:

– Мы с Хельги друзья. Когда-то он защитил меня от разбойников, а теперь иногда берет моего «Сокола», чтобы заманить и наказать грабителей. Хельги нам не откажет, если мы вместе его позовем.

Хельги, когда за ним послали, не заставил себя ждать. Он вошел в землянку и сел за стол. Ингвар пересказал ему тот разговор, который произошел между ним и Эйнаром.

Хельги слушал с почтительной улыбкой на лице. И когда Ингвар закончил, возразил:

– Ты знаешь, я не желаю больше быть викингом.

– Ты им больше не будешь, – сказал Ингвар.

– Этот уважаемый человек, Эйнар, сын Эйнара, предлагает делать из людей рабов, – сказал Хельги.

– Люди, к которым мы отправимся, сами называют себя славами, то есть рабами, – сказал Ингвар.

Хельги ненадолго задумался, потом улыбнулся сначала Ингвару, затем Эйнару и заявил:

– Я сказал то, что хотел сказать. А теперь ты, который всё наперед знаешь, ответь мне: я соглашусь быть с вами или не соглашусь?

– Согласишься, – ответил Ингвар.

– Тогда я согласен, – сказал Хельги.

Так закончился их разговор.

78 На следующий день они совершили обряд побратимства, пройдя под длинной полосой дерна, отделенной от земли и подвешенной на копьях, на которых были вырезаны нужные руны. Первыми между копий прошли Ингвар, Эйнар и Хельги, за ними – их люди.

После обряда они поклялись соблюдать семь законов, которые провозгласил Ингвар. Не говорится, что это были за законы, но сказано, что все они по очереди вставали на чурбан и призывали в свидетели богов: Эйнар и его люди – Одина, Хельги и его дружинники – Фрейра и Тора, а Ингвар и его спутники – Всеотца.

Они договорились, что отныне будут называться верингами, дабы и по названию отличаться от викингов и росов.

После этого устроили пир.