Юрий Вяземский – Пряжа судьбы. Саги о верингах в 2 кн. Книга 1 (страница 20)

Эйнар ему не ответил.

На следующий день он поровну разделил бьярмскую добычу, не только среди тех, кто вместе с ним плавал, но и среди тех, кто оставался в Альте и следил за хозяйством.

А еще через день объявил, что намерен переселиться на юг в Землю Квенов и возьмет с собой всех, кто за ним последует, но никого не неволит и всем желает удачи.

Некоторые из людей решили остаться в Финнмарке, другие – вернуться на Лофотенские острова. Но многие захотели и дальше служить Эйнару Себезакону, и среди них Логи Финн, трое берсерков – Берси Сильный, Грим Копченый, Свейн Рыло, – а также Торир Длинный Кеннинг, Отар Служанка, Сигват Обидчивый, Эрлинг Добрый и Матти Сутулый.

Всё это случилось в том году, когда в далекой Ирландии викинги из разных земель объединились под властью Олава Хвитти. Но об этом пусть другие саги рассказывают.

67 Из Финнмарка Эйнар со своими людьми переселился на юг, но не в Страну Квенов, а в Балагардссиду, на берег Залива Финнов, или Залива Эстов – его по-разному называют, в зависимости от того, с какой стороны этого залива живут. Место, в котором он обосновался, финны называют Порво, а шведы – Борго. Там течет река Порвойоки. Весной на ее западном берегу одуванчики быстро становятся белыми и облетают, а на восточном берегу долго остаются желтыми и семян не дают.

Очень скоро Эйнар Себезакон стал первым человеком в округе и самым богатым в Стране Финнов. Основное его богатство составляли олени. У него было шестьсот прирученных оленей, которых в этих краях называют храна. Были еще несколько десятков стэлхрана – оленей для заманивания, которые очень ценятся у финнов, так как с их помощью они заманивают диких оленей. Оленей своих Эйнар содержал на севере, на границе Финнланда и Финнмарка; там были их пастбища и много людей охраны, состоявшей из финнов и квенов. А в Порво у Эйнара было сорок голов быков и коров, тридцать овец и двадцать свиней. Лошадей он держал главным образом для пахоты.

Корабельный мастер Сигват Обидчивый построил для Эйнара боевой корабль на двадцать гребцов. Нос и корма у него были обиты толстыми железными листами, доходящими до воды. Борта были ниже, чем обычно, выкрашены в яркие краски и украшены изображениями из золота и серебра. На верхушке мачты сидели позолоченные вороны, которые, поворачиваясь, указывали направление ветра. Парус был белый, как снег, и на нем были красные и синие полосы. Надстройка на корме была значительно выше, чем у других кораблей. Доски настила – добротные. Шатер – черного цвета, из толстого и дорогого сукна. Все канаты – из моржовой кожи. Корабль назвали «Волком», потому что его носовой штевень украшала золоченая волчья голова. «Волк» этот был очень быстрым и маневренным, каких немного в Восточном море, и еще меньше в Заливе Финнов.

На «Волке» Эйнар плавал по Восточному морю и его заливам, а на север ходил на лойвах, поднимаясь вверх по реке Порвойоки до озера Лахти, а оттуда – в другие озера и реки, с волоками и без волоков.

Одевался Эйнар под стать своему богатству и своему кораблю. Одежды на нем были из самой дорогой ткани, которую только можно было достать на рынках в Балагардссиде или на Эйсюсле, почти все черного цвета. Гривны, обручья, кольца, фибулы и пуговицы – золотые и полновесные. Лишь на левой руке он носил медное запястье, то самое, которое привез из Бьярмии и которое никогда не снимал.

68 В Балагардссиде Эйнару Себезакону стали служить новые люди.

К трем берсеркам, которые пришли с ним из Финнмарка, – Берси Сильному, Гриму Копченому и Свейну Рыло – прибавились еще пять берсерков.

Первого звали Бьёрн Краснощекий. Как и Берси Сильный, он был медвежьим берсерком. Это был человек высокого роста и крепкого сложения, с рыжей бородой, с темными густыми бровями и смотрел он очень неласково. Краснощеким его прозвали за то, что когда он за один раз убивал несколько людей, лицо у него краснело. Он был свеем, или шведом, как теперь говорят.

Второй тоже был медвежьим берсерком. Звали его Торлак Ревун. Он был невысокого роста, но во время боя так громко и страшно ревел, что у его соратников, которые сражались поблизости от него, иногда закладывало уши, а многие враги пугались и бежали от одного его рева. Про него говорили, что он перед боем жует какие-то то ли грибы, то ли травы, отчего впадает в неистовство и, если ему дать секиру наподобие Злой Великанши – такая секира была у Берси Сильного, и обычный человек с трудом мог оторвать ее от земли, – то он, с виду невзрачный Торлак, этой громадной и тяжелой секирой будет легко размахивать. Не говорится, из каких краев был Торлак Ревун. Сейчас бы его назвали норвежцем.

Третьего звали Кетиль. Он был очень сильным человеком и, по его рассказам, однажды перед тем, как принести в жертву быка, он затеял с ним борьбу, одолел и, зарезав, напился его крови. С тех пор, дескать, он стал берсерком и из оружия предпочитал оглушать врага ударом тяжелого щита, а потом добивал палицей. Он, как следует из рассказа, был бычьим берсерком и свеем по происхождению. Прозвище у него было Немытый, может быть, потому, что он редко ходил в баню, объясняя, что от пара у него кружится голова.

Рэв Косой был четвертым. Он родился в Норланде и называл себя собачьим берсерком, потому, дескать, что в юности его покусала бешеная собака. Он долго болел, ослеп на один глаз, но не умер, как бывает после таких укусов, а поправившись, стал звереть, когда ему приходилось сражаться. Лицом он был безобразен. Несмотря на то, что у него был только один глаз, оставшимся глазом он был очень зорок.

Пятого, Глама, Эйнар долго не хотел брать к себе на службу. Потому что прозвище у него было Волк, а Эйнар считал, что среди них только один человек может быть волком – он сам, Эйнар Себезакон. Гламу отказали, и Свейн Рыло объяснил, почему ему было отказано. Но Глам не ушел из Порво. Каждое утро он будил Эйнара и его людей разными криками: то он лаял собакой, то ржал конем, то блеял козлом, то каркал вороной. Эйнару это надоело, и он велел привести к себе озорника. Тот говорит:

– Я готов тебе служить любым из животных. Хочешь, я рыбой буду кричать?

– Попробуй, – ответил Эйнар, и Глам ушел.

На следующее утро Эйнара разбудил рев белухи, который Эйнар не раз слышал на севере.

Эйнар вышел во двор и говорит:

– Белуха – не рыба, а тюлень.

– Согласен, – отвечает Глам. – Согласен быть для тебя Тюленем, а не Волком.

Эйнару ответ понравился, и он разрешил Гламу остаться.

Его стали звать Глам Тюлень. Но прозвище не прижилось. На тюленя Глам совсем не был похож: глаза у него были серые и большие, волосы тоже серые. В скором времени все стали звать его Глам Серый. Когда небо серело, Глам старался держаться поближе к дому, а ночью избегал вообще выходить во двор. Когда кто-то поинтересовался, почему он себя так ведет, Глам ответил:

– Боюсь, что мой благодетель Эйнар опять примет меня за волка.

В бою, если дело было не ночью, Глам был отважным и умелым воином. Некоторые говорили, что он умеет сделать тупым любое оружие.

Глам Серый был шведом.

69 Про других новых дружинников Эйнара в саге так говорится:

Первого звали Бадвар Зашитый Рот. Он был не в меру разговорчив и служил у конунга Эйрика, сына Эмунда из Упсалы. Однажды конунгу не понравились какие-то слова Бадвара, и он велел зашить ему нитками рот, как когда-то карлик Брокк поступил с богом Локи. Понимая, что до конунга Эйрика ему не добраться, Бадвар убил того, кто протыкал ему губы иглой, и одного из тех, кто держал его во время этого унижения. Отомстив, Бадвар бежал на север и долго скитался, пока не пришел к Эйнару.

Другого звали Коткель Одним Ударом. Он был родом из Согна. У него убили брата и на тинге назначили виру в две сотни серебра, что считалось тогда очень хорошим возмещением. Но Коткель сказал, что не собирается торговать братом и либо отправится за ним следом, либо дорого отомстит. Он убил трех человек и был объявлен вне закона. А прозвище свое он получил за то, что умел одним ударом отрубать головы, все равно чем: мечом или секирой. Он с юности оттачивал свое мастерство на животных и говорил, что когда придется ему умереть, он надеется, что и его одним ударом отправят в Вальгаллу. Одним ударом он убивал только в бою или на поединке, а когда однажды Эйнар велел ему убить трех пленных, Коткель отказался, сказав, что он воин, а не палач. Пленных казнил Эрлинг Добрый, на их беду, с нескольких ударов.

Третьим был Халльдор Павлин, швед из местности, которую сейчас называют Медельпадом. Он был так красив, что люди дивились его красоте. Но ему этого было мало, и он всячески старался себя еще больше украсить. Носил он только красную одежду из дорогой ткани. На нем всегда было множество украшений: браслетов, перстней, серег, шейных и головных обручей, цепочек, булавок и пряжек. Все они были бронзовые, частично покрытые оловом, так как серебро и тем более золото были ему не по карману. На теле его было множество татуировок, которые тогда только входили в моду. Говорится, что он пользовался красками для лица и что у него был целый набор мыльных камней. При всем при том он был умелым воином. Он, например, любил сражаться двумя мечами и так быстро ими взмахивал, что казалось, в воздухе летают не два, а три меча. Как-то раз Халльдор ехал через возделанное поле, и ему присудили заплатить штраф за каждое колесо телеги. Он еще раз поехал через то же самое поле, и на тинге назвали этот проезд «грязной дорогой», присудив нарушителю штраф в три раза больше первого. У Павлина таких денег не оказалось, и он был объявлен вне закона.