Юрий Винокуров – Вечная Война. Пехотинец (страница 10)
Дикий хохот доносился из открытого шлема. Под ногами у него валялся, выплевывая выбитые зубы, один из противников – ему в лицо прилетело щитом. Второй, рассеченный вдоль, валялся рядом, а Клоун уже нацелился на Кадета-командира, который от ужаса решил шарахнуть по безумцу из ракетницы. В упор. Клоун припал на колено, уворачиваясь. Попутно добил оглушенного. Ракета прошла у него над головой и разорвалась среди спешащих стрелков прикрытия, которые внезапно вспомнили, что их основной задачей было прикрытие товарищей, а не стрельба по вялодвижущимся мишеням. Но прикрыло, в итоге их. Точнее, накрыло. Двоих сразу насмерть, третьего отшвырнуло к стене, где он сполз на землю и, с широко открытыми глазами, пытался сделать вздох.
Усиленный доспех Кадета, мерцал защитным полем и возмущенно гудел, блокируя удалы силового меча. Кадет пытался прикрыться ракетницей, но она была выбита, руками, но они были по очереди отрублены, а потом головой, которая была отрублена в последнюю очередь. Хотя, наверное, головой он не хотел прикрываться. Просто так получилось.
У Клоуна кончились противники. Его собственная система «свой-чужой» чуть было не дала осечку, когда я подпрыгнул к нему вплотную. Меч уже пошел на размах, но на середине пути остановился. Вокруг нас засвистели пули. Теперь замерцали наши щиты, отражая опасность. Стрелки противника пришли в себя и, похоже, озверели. Настолько, что весь огонь перенесли с приближающихся «ударников» на нас. Кроме этого, у наших тяжей тоже были ракетницы. И вокруг начали взрываться уже дружественные боеприпасы.
Командир противника сидел внутри барака, в котором находилось почти два полных отделения. Недружелюбно настроенных. Карта показывала, что голубых точек было двенадцать штук против тринадцати красных. Должно хватить. А мы – лишние на этой вечеринке. Я махнул рукой, Овца добила последнего выжившего от моих гранат, и мы скакнули за огромный валун неподалеку. Отличные места! Нет, мы не хотим пересесть поближе, спасибо, отсюда нам все прекрасно видно!
А вот и заслуженные «плюшки». Я выглянул за камень и тут же получил ботинком в лицо. Проморгал тактическую обстановку. За что мен только «тактику…» подняли? Три вражеских мстителя все-таки решили, что поруганную честь надо восстановить, бросили расположение основных сил и заявились к нам в гости. А может решили свалить по-тихому из образовавшегося филиала Ада. Тяжи подошли вплотную к строениям, щедро засыпали местность взрывчатыми веществами и сейчас нашпиговывали многострадальный бетон из пулеметов. Трудно сказать, что из этого правда, а спросить напрямую я постеснялся.
Шлем спас голову от летальных повреждений, но приложился я знатно. Меч отлетел в сторону, я кое-как прикрылся щитом и активировал его защитное поле. Тройка врагов, один из которых был Кадетом, вступила на нашу позицию, поливая огнем из винтовок. И если у Рекрутов были простые
Вот зачем мне сейчас эта информация?
Кадет – молодец. Хорошо работает. Движения отточенные и скупые. Отличник боевой и политической, наверняка. Пнул меня в лицо. Шагнул за камень. Оценил обстановку. Двинул прикладом дернувшегося Клоуна, выпустил очередь в ошеломленную Овцу. Еще раз оценил обстановку. Выбор из безоружного меня и улыбающегося Клоуна был очевиден. Направил винтовку на Клоуна. Прямо в открытое забрало.
Я метнул последнюю гранату, не активируя ее – он в трех метрах от меня, рядом Клоун и, вроде еще живая, Овца. Пироманьяк с ракетницей в сегодняшней битве уже отличился, одного примера хватит. Гранаты я умею кидать далеко, значит сильно. И точно. Попал я точно в голову. Да, это не ботинок бронированной туши, но тоже неприятно. Очередь из винтовки прошла мимо Клоуна. А свой меч, в отличии от меня, он держал крепко, хоть и был сбит с ног ударом приклада. Поэтому он отрубил на хрен Кадету ноги. Обе. Одним ударом.
Нам повезло. Граната, отскочив от шлема Кадета, отлетела в сторону его спутников, которые бросились на землю в ожидании взрыва. Но я-то знал, что граната не взорвется! А Клоун этого знать не мог, но ему было все равно. Поэтому мы быстро ликвидировали прорыв. А потом я быстро ликвидировал раненого Кадета. Потому, что он вроде как, зародыш офицера, и нужно уважать вот это вот все. А Клоун, мне показалось, очень хотел открыть прям здесь и сейчас филиал Инквизиции. За свою поруганную Честь.
Овца была жива и, даже, не ранена. Клоун был живой и не ранен. Я был живой и ранено было только мое самолюбие.
Кто-то из наших тяжей добрался, таки, до сержантской задницы. Или лейтенантской? Я поймал себя на мысли, что понятие не имею, кто выполняет роль болванчика при работе всего взвода.
– Хорошая работа, господа…, и дама… Закругляемся!
– Правда классная? Можно я возьму?
Овца подошла ко мне и протянула винтовку. Вау! Именно с такими глазами детки смотрят на Деда Мороза! Я ухмыльнулся.
– Твоя прелесть? – Овца недоуменно наморщила носик и часто заморгала. – А-а-а, ладно, проехали! Забирай!
Глава 11
– Нет, не отдадим! За деньги? Минутку … Эй, Овечка, твою прелесть предлагают выкупить! Кто предлагает? Ну хозяин ее … бывший. Тоже нет? И ты даже не спросишь сколько? Нет, не интересно! Он говорит, что это фамильная ценность! От кого? Шутишь? Серьезно? Офигеть! Говорит, от бабушки досталась! Все равно нет? Да вылезь ты оттуда! Ни хрена не слышно!
Я постучал по нашей «спальной» капсуле, где залегла Овца.
* * *
Полчаса назад в расположение части заявился молодой и борзый
А винтовку мы ему не отдадим. Имеем на это право. Нам Сержант это подтвердил. После того, как проорался, когда мы целые и почти невредимые прискакали на свою Базу. Видно было, как чесались у него руки свернуть нам шею. Но, видимо, про поговорку «Победителей не судят» он отдаленно слышал, хотя и не был с ней полностью согласен. Но мы победили. Во-многом, благодаря нам. И это факт. Хотя, если честно, он бы точно нас прибил, без всяких поговорок, если бы не наш лейтенант. Лейтенант Тор выразил нам благодарность и, даже, похлопал по плечу.
Про винтовку Сержант сказал, что вообще-то так обычно не делается, но боевые трофеи– дело святое! Даже на учебном Полигоне. Никто не заставлял Кадета тащить такую дорогую вещь в бой, а тем более, так бездарно ее терять! Бегло ее осмотрев, он сказал, что такую модель у нас на Базе заказать нельзя. В смысле, можно все, но не с нашими финансовыми возможностями. Так, что обращаться с ней нужно осторожно. Обычно личные вещи – броня и оружие, если они переживают своего владельца в исправном состоянии, можно выкупить у «мусорщиков». Точнее, Группы Техподдержки и Благоустройства Полигона. Которые, после каждого боя, наводят здесь порядок. Но случаются нюансы.
Наша группа еще не вернулась с реинкарнации, поэтому мы сидели втроем. Точнее, после доктора Нобеля, который «шлифанул» наши тушки от порезов и ссадин, мы с Клоуном лежали в ожидании обеда. А Овца чистила свою прелесть. Можно было просто положить оружие в свой ящик, и к следующей миссии оно бы вернулось чистым и красивым, но Овца решила все сделать сама. За этим занятием ее и застал бешеный Кадет. А она залезла с ружьем в капсулу и заблокировала крышку. А я выступил в роли переговорщика между молодым Принцем и Принцессой-в-Гробу-Хрустальном.
* * *
Крыша «гроба» открылась. Сначала оттуда выглянул ствол винтовки, затем осторожно выбралась Овца.
При виде дорогого сердцу оружия, Кадет взвыл и снова потянул свои ручонки. Но был вежливо оттянут в сторону Клоуном.
– Да, что ж вы за люди-то такие! – Кадет уже почти плакал. – Мне ж она реально от бабушки досталась!
– Врет! – безапелляционно заявил его держащий за шкирку Клоун. – «Двадцатьпятки» лет двадцать всего в Армии!
– У меня очень молодая бабушка! – не сдавался Кадет.
– Все мы молодые! – возразил Клоун. – Каждый день заново рождаемся!
– Да, нет же! – из глаз Кадета реально потекли слезы. – Она на поступление мне ее подарила! И сказала, чтобы берег ее, как эту… «Зеницу ока»! … Вот! Правда я не знаю, что это.
– Сочувствую, – Клоун был непреклонен.
– Она ж меня к себе не возьмет! Она… Она… – Кадет уселся на пол и начал яростно тереть глаза.
– А кто у нас бабушка? – тут уже заинтересовался я.
– Бабушка полковник… – шмыгнул носом Кадет. – 136-й полк 3-й Армии…