Юрий Винокуров – Повелитель дронов (страница 15)
– Повелитель, этим вы хотите меня улучшить? – в голосе дрона прозвучали нотки паники. – Мои системы показывают, что вероятность короткого замыкания и полного отказа составляет… девяносто три процента!
– Четыре, – поправил я его, присаживаясь на пол и раскидывая детали. – Всего четыре процента. И то, если всё сделать неправильно.
Я сосредоточился и начал творить. В воздухе снова заплясали символы Техносов. Я разбирал схемы на части и собирал их заново, мысленно перепаивая дорожки и меняя свойства материалов.
Через полчаса перед Сириусом лежал набор усовершенствованных модулей. Главным из них был новый, куда более ёмкий блок питания, собранный из старых аккумуляторов и кинескопа.
– Устанавливай, – скомандовал я.
Сириус втянул в себя детали. Его корпус загудел и замигал огоньками.
– Автономность увеличена на семьсот процентов! – доложил он. – Маскировочное поле теперь может работать до двух часов в пассивном режиме! Повелитель, вы гений!
– Я знаю. Что у нас с разведкой? Что с планами имения Воропаевых?
– Тут проблема. Я не смог найти их в сети. Оказалось, имение было построено почти сто лет назад, и вся документация хранится только в бумажном виде в городском архиве.
– Хреново…
– Но есть и хорошие новости! Я обнаружил теневой сегмент интернета, который они называют «Даркнет». Там можно купить и продать любую информацию. Пароли, коды доступы, компромат… Когда мои вычислительные мощности восстановятся, мы сможем сделать на этом состояние!
– Это хорошо, но потом. Сейчас у нас другая задача. Сегодня ночью ты летишь на разведку. Твоей автономности теперь хватит, чтобы добраться туда и обратно. Мне нужна полная картина. Количество охраны, системы наблюдения, распорядок дня. И главное – найди моих сестёр. Узнай, где их держат и в каком они состоянии. Действуй.
Дрон мигнул сенсором.
– Слушаюсь, Повелитель!
Я лёг на диван. Деньги – какие-никакие, но есть. Ресурсы для Сириуса есть. Команда сборщиков металлолома работает.
Пора было заняться собой. Я закрыл глаза и погрузился в глубокую медитацию, направляя потоки энергии на восстановление и усиление этого жалкого тельца.
Игорь Бездушный затянулся дорогой сигаретой, но не почувствовал ни вкуса табака, ни удовольствия. В горле стоял ком, а пальцы, державшие сигарету, мелко дрожали.
Он стоял на балконе роскошного особняка, принадлежавшего роду Воропаевых, и вглядывался в ухоженный парк, тонущий в ночной тьме.
План был до гениальности прост. Даже изящен, если можно так выразиться.
Небольшой пожар в имении Бездушных. Несчастный случай, который должен был произойти из-за нового экспериментального удобрения на основе какой-то магической селитры – последней разработки его покойного братца. Взрыв, который не оставит камня на камне и спишет всё. Какой ужас, какое горе…
Идеальное преступление!
Он даже репетировал скорбное выражение лица перед зеркалом. Получалось убедительно.
За это ему обещали всё: прощение огромного карточного долга, из-за которого на нём уже висел смертный приговор от криминального клана, и тёплое место управляющего оставшимися землями Бездушных. Небольшая, но стабильная зарплата, которой с лихвой хватило бы на его скромные потребности: выпивку, женщин и редкие поездки в подпольные казино.
Он бы даже стал главой рода. Марионеточным, безвольным, но главой! А взамен нужно было всего лишь… предать. Открыть ворота. Убить боевую невестку, которая могла в одиночку сдержать небольшой отряд. И отвести племянниц в условленное место.
Всё шло как по маслу. До определённого момента. А потом всё покатилось к чертям.
Первые доклады с места «зачистки» были похожи на бред сумасшедшего. Половина гвардейцев Воропаевых, треть бойцов Антиповых, почти все люди Назаровых и Сверчковых – просто испарились. Буквально. На месте мощных, умелых и обученных воинов находили лишь оплавленные ошмётки металла и выжженную до состояния стекла землю.
И самое главное – тело племянника, Феликса, так и не нашли.
Девяносто процентов, что мальчишка тоже сдох в том месиве. Что его просто испарило той неведомой силой, что обрушилась на боевые отряды. Но оставались те самые десять процентов неопределённости, которые сейчас выводили из себя главного кукловода всей этой заварухи – князя Трофимова.
Сам князь с ним, Игорем, разумеется, не разговаривал. Зачем такому могущественному человеку марать руки о всякую мелочь? Своё недовольство он транслировал через Воропаевых. А те, потеряв столько людей и оказавшись в дурацком положении, срывали злость на нём. Говорили сквозь зубы, смотрели с презрением. Игорь чувствовал себя козлом отпущения. Пешкой, которую вот-вот сметут с доски.
Игорь снова затянулся, обжигая пальцы. Он вспомнил последний разговор с братом. Эдуард, вечно правильный, вечно успешный, смотрел на него усталым взглядом, не выражавшим ничего, кроме разочарования. Огромные карточные долги Игоря снова всплыли, и брат в очередной раз их покрыл. Но в этот раз он поставил ультиматум.
– Это был последний раз, Игорь. Ты позоришь нашу фамилию. Ещё один долг, ещё одна жалоба на тебя – и я выгоню тебя из рода. Ты меня понял? Ты умрёшь в сточной канаве, и никто о тебе не вспомнит.
Игорь тогда лишь криво усмехнулся, но внутри всё похолодело. Он знал, что брат не шутит.
А спустя всего неделю он снова залез в долги и проигрался. В пух и прах. Сумма была такой, что ему не расплатиться и за три жизни. Он был в отчаянии. И тут, словно из ниоткуда, появились люди Воропаевых со своим предложением.
В общем, он согласился. Его собственная шкура была ему дороже.
Взгляд Игоря метнулся в сторону небольшого гостевого домика, одиноко стоявшего чуть поодаль. Там, в одной из комнат, горел свет. Он знал, что там сидят его племянницы, две сестры Феликса – Эльвира и Маргарита. Живые. Пока что.
Он не имел права их видеть. Легенду для них ещё не придумали, всё зависло в этом подвешенном состоянии. Они не знали, что их любящий дядюшка лично вонзил клинок в спину их матери, могучей воительницы Анники, которая ни за что не подпустила бы к себе врага так близко. Но она доверяла ему…
Игорь слышал от охраны, что младшая, Маргарита, постоянно плачет. А старшая, Эльвира, её успокаивает, хотя сама держится из последних сил.
Когда-нибудь ему придётся войти в эту комнату. Посмотреть им в глаза. И соврать. Сказать, что он их единственный защитник. А потом их выдадут замуж за каких-нибудь третьесортных дворян, чтобы узаконить отъём земель, и на этом история рода Бездушных закончится.
Ночь была тихой. Слишком тихой.
Игорь докурил сигарету до самого фильтра и бросил окурок вниз. Уголёк прочертил огненную дугу и погас в мокрой траве.
И в этот момент по спине Игоря пробежал ледяной холодок. Его знаменитая «чуйка», которая столько раз спасала его шкуру в пьяных драках и тёмных переулках, буквально завопила об опасности. Она подводила его только за карточным столом, но, когда дело касалось его жизни – никогда.
Что-то пошло не так. Что-то страшное, непонятное и смертельно опасное уже было здесь.
Он не знал, что это. Может, люди князя решат убрать его как ненужного свидетеля. А может, выживший каким-то чудом Феликс уже готовит свою месть.
Он вглядывался в темноту парка, и ему казалось, что сами тени сгущаются, обретая зловещие очертания. И в этих тенях он чувствовал чей-то взгляд. Тяжёлый, холодный и абсолютно бездушный.
Глава 8
– Сириус. Я зол! – сообщил я своему помощнику, в каком состоянии сейчас пребывал.
– Понимаю вас, Повелитель. Сириуса тоже одолевает печаль, – он постарался меня поддержать.
Вот только мне не нужна была поддержка. Я Феликс Бездушный, а не третьесортный архимаг.
– Ты не понял меня, Сириус, – покачал я головой. – Я по-настоящему злюсь!
Сириус выпучил свои глазные модули и отлетел от меня.
– Повелитель… Дышите… Не нужно… Мы только попали в этот мир, не нужно его наказывать, у нас… – впрочем, что он там хотел сказать, я не дослушал.
– Может не хватить сил, ты хотел сказать? – хмыкнул я, доедая очередную шаурму.
Какая же вкусная эта сволочь, просто словами не передать. Или со мной что-то не так после переноса, а такое бывает. Нелегко жить без души. Хотя это я утрирую, привык как-то уже. Сколько еще бывший носитель этого тела будет дарить мне новые привычки?
– Нет, Повелитель, – воссоздал вздох Сириус. – Я хотел сказать другое. У нас здесь нет интересного опыта для вашей души, а ведь придётся менять саму планету.
Теперь я понял, о чём он. Всё-таки Сириус во мне не сомневается. Он мой самый старый и верный помощник и видел меня в разных ситуациях. А потому знает, на что я способен. Там, где кажется, что надежды уже нет, я побеждаю… и добиваюсь своего. Там, где Портальщики и Охотники говорят о высоких ценах, которые заплатит враг, я просто беру и действую.
Кстати, говорят они о разных ценах. Охотники – о крови, а Портальщики – реально о деньгах. Алчней людей, чем Портальщики, я ещё не встречал. Сам Мидас отдыхает. И даже мои дроны-казначеи нервно курят в сторонке. Кстати, это не прямая речь. Мои дроны не курят. И никому не советуют.
В общем, я был зол, и не на шутку. Сириус вернулся ночью с разведки и доложил мне о том, что там видел. Защита, кстати, там нехреновая, если даже ему пришлось врубать полную мощность маскировки, а потом подпитываться от соседней деревни, чтобы восстановить свой заряд. У деревни теперь неделю точно не будет электричества, пока сгоревшие трансформаторы не восстановят, но она под Воропаевыми, а потому плевать.