Юрий Винокуров – Орден Архитекторов 10 (страница 5)

Мы оказались в огромном зале, своды которого терялись во мраке. Воздух здесь был тяжёлый, пропитанный запахом тлена. Видимость – почти нулевая. Только моё магическое зрение позволяло мне ориентироваться в этом мраке.

Тени, обитавшие здесь, явно не ожидали гостей. Они находились в состоянии стазиса – полупрозрачные сгустки энергии, висели в воздухе как огромные капли воды, накапливая силы перед тем, как вырваться в наш мир.

Это была одна из отдельных теневых ячеек, специально изолированная от основного Теневого Плана. Такая "автономная" ячейка – более эффективный способ проникновения в наш мир. Ведь, чтобы открыть портал из основного Теневого Плана, нужно не только много энергии, но и мощный артефакт. А здесь, в этой ячейке, Тени могли накапливать силу годами, незаметно просачиваясь в наш мир через небольшие трещины в реальности.

Я решил разломать эту ячейку. Её закрытие вызовет возмущение в верхнем слое Теневого Плана – и мелких, слабых тварей просто разорвёт на части. Конечно, на их место придут другие. Но это даст нам время. Да и сами Тени не любят умирать. Даже для сильных Теней это будет неприятным сюрпризом.

Мои големы тут же вступили в бой. Их нефритовые клинки рассекали Теней, оставляя за собой светящиеся зелёные следы. Твари визжали, шипели, пытались сопротивляться.

Я понимал, что времени у нас мало. Големы, хоть и были прочными, но всё же не были созданы для длительного пребывания в Теневом Плане. Я чувствовал, как их металл мгновенно начинает ржаветь, а камень – крошиться. Это место медленно, но верно, пожирало их.

Поэтому я сосредоточился на поиске главной цели – Командоре этой ячейки. Той самой Тени, которая управляла всеми остальными.

И я нашёл его.

В дальнем углу зала, скрытый за мерцающей завесой тьмы, висел огромный паук. Его тело, сотканное из теней, пульсировало. Длинные, когтистые лапы шевелились, как будто ощупывая пространство. Он наблюдал. Ждал.

Я сделал вид, что не замечаю его. Продолжал сражаться с Тенями, которые набрасывались на меня со всех сторон, уничтожая одну за другой. Но всё это время мой взгляд был прикован к нему, к Командору.

Наконец, когда все остальные Тени были уничтожены, я резко развернулся и, сконцентрировав всю свою силу, метнул в паука несколько нефритовых лезвий.

Лезвия, со свистом рассекая воздух, врезались в его лапы, отсекая их одним махом. Паук, потеряв опору, свалился на пол.

Не давая ему опомниться, я схватил огромное нефритовое копьё, которое один из големов предусмотрительно принёс с собой. Копьё было полым внутри, но очень прочным и острым.

– Прощай, тварь, – прошипел я, и с размаху вонзил копьё в тело паука.

Но тот не умер. Наоборот, он словно взбесился. Его тело запульсировало с новой силой, и из него начали вырываться щупальца тьмы, которые, извиваясь, пытались схватить меня.

– Огонь! – крикнул я големам, отступая назад.

Големы тут же открыли огонь из всех орудий. Нефритовые пули врезались в тело паука. Куски теневой плоти отлетали во все стороны, разрывая его на части. Но он, не обращая внимания на боль, продолжал двигаться в мою сторону.

Видя, что обстрел не останавливает чудовище, я скомандовал:

– В рукопашную! Защитный периметр!

Големы мгновенно перестроились. Четверо из них окружили меня плотным кольцом, выставив вперёд нефритовые щиты, а остальные с лязгом выхватили клинки и ринулись на Командора.

Паук возвышался над ними, как живая гора тьмы. Его оставшиеся лапы молотили воздух с такой скоростью, что казались размытыми. Первый голем, достигший твари, нанёс мощный рубящий удар, отсекая ещё одну конечность монстра. Второй и третий атаковали с флангов, их клинки вспарывали теневую плоть, оставляя светящиеся нефритовые следы.

Но Командор был слишком силён. Одним ударом он опрокинул крайнего голема, а затем, извиваясь, выбросил вперёд щупальце тьмы, пронзившее грудь металлической машины. Я видел, как нефритовые пластины доспеха треснули, а внутренний источник энергии голема замерцал и погас.

– Держать строй! – крикнул я, видя, как тварь набирает силу.

Два голема, защищавшие меня спереди, вдруг синхронно бросились вперёд, прикрывая от особенно мощной атаки. Щупальца Командора обвились вокруг их тел, сжимая с такой силой, что металл начал скрипеть и гнуться.

– Назад! – приказал я, но было поздно.

Паук подтянул големов к своей пасти – огромной рваной дыре, пульсирующей в центре его тела. Я с удивлением наблюдал, как он буквально всасывает моих защитников. Металл и камень растворялись в этом жутком водовороте тьмы, как сахар в кипятке.

Силы големов таяли на глазах. Ещё один рухнул, когда Командор ударил его сразу тремя щупальцами. Голем, защищавший мой левый фланг, молча повернулся и толкнул меня назад, принимая на себя удар, предназначенный мне. Его нефритовая грудная пластина разлетелась вдребезги, а тело охватило чёрное пламя.

– Нет! – вырвалось у меня, когда я увидел, как Командор подтягивает к себе очередного голема и буквально пожирает его вместе с энергией, которая питала машину.

С каждым поглощённым големом Командор становился всё больше и сильнее. Его тело разрасталось, заполняя пространство зала, а щупальца становились толще и длиннее.

Два оставшихся голема встали между мной и монстром, прикрывая меня своими телами. Их доспехи были помяты, нефритовые пластины потрескались, но они всё ещё функционировали.

– Отступаем, – скомандовал я, понимая, что если не уйдём сейчас, то уже не уйдём никогда.

Мы начали медленно отходить к выходу, держа строй. Командор, однако, не собирался нас отпускать. Одним резким движением он метнул щупальце, которое пронзило голову голема справа от меня. Машина содрогнулась, а затем рухнула, как подкошенная.

Последний голем, видя, что шансов отступить нет, внезапно развернулся и с неожиданной для такой тяжёлой машины скоростью бросился прямо на Командора. Он врезался в паука всем телом, вонзая свой нефритовый клинок глубоко в центр теневой массы.

Командор взревел – звук, от которого, казалось, сама реальность начала трескаться. Щупальца обвились вокруг голема, сдавливая его, ломая металлический каркас. Но машина, даже разрушаясь, продолжала вгрызаться в тело твари.

Последний голем ещё несколько мгновений сопротивлялся, его металлический каркас издавал жуткий скрежет, сминаясь под давлением теневых щупалец. Тварь приподняла его над полом и с жутким чавкающим звуком втянула в свою пульсирующую пасть.

Я остался один.

Вокруг – лишь мрак подземелья и гигантская туша Командора, разросшаяся после поглощения моих големов. Его тело, сотканное из тьмы, теперь пульсировало с новой силой.

Отступать было некуда. Позади – стена, впереди – монстр, который с каждой секундой становился всё больше и сильнее.

Командор явно наслаждался моментом. Его щупальца лениво колыхались в воздухе, словно он решал, как именно прикончить последнего противника.

– Отступать некуда, человечишка, – прошелестел он голосом, похожим на скрежет ржавого металла по стеклу. – Ты пришёл в мой дом. Ты нарушил наш покой. Но твои игрушки только сделали меня сильнее. Теперь и ты сам станешь частью меня.

Паук медленно надвигался на меня, заполняя собой все пространство. Щупальца тьмы потянулись к моему лицу, словно желая ощутить мой страх перед смертью.

Я прижался спиной к холодной стене и нервно усмехнулся. Время уходило. Сейчас или никогда.

– Знаешь, в чём твоя проблема, уродец? – спросил я. – Ты слишком много жрёшь. Будь у тебя мама, она бы научила тебя в детстве – нельзя глотать, не пережёвывая тщательно пищу.

Командор на мгновение замер, будто озадаченный моей дерзостью перед лицом неминуемой смерти. Этого мгновения оказалось достаточно.

Я закрыл глаза и активировал свой Дар. Магия хлынула через меня бурным потоком, наполняя каждую клетку тела жгучей энергией. Я направил своё сознание внутрь Командора, нащупывая то, что совсем недавно было моими големами.

Да, там, внутри теневой плоти, я ощущал их. Поглощённые, но не переваренные до конца. Нефритовые пластины, металлические детали, обломки оружия…

– Что ты делаешь? – прохрипел Командор, явно ощущая, как что-то меняется внутри него.

Я не ответил. Всё моё внимание было сосредоточено на остатках големов. Медленно, но верно я восстанавливал связь с каждым фрагментом, каждым осколком нефрита, каждой металлической деталью. А затем…

– Трансформация, – прошептал я, вкладывая в это слово всю свою силу.

Внутри Командора начался настоящий шторм. Металлические детали, обломки нефритовых клинков, пластины доспехов – всё это пришло в движение. Но не хаотичное. Нет, каждый фрагмент подчинялся моей воле, выстраиваясь в новую, смертоносную конфигурацию.

Командор взвыл от боли, когда осколки нефрита, заточенные моей магией до бритвенной остроты, начали вращаться внутри него, прорезая теневую плоть.

– Что ты… ааааа! – его голос превратился в сплошной вой боли.

Щупальца беспорядочно заметались по залу, ударяясь о стены и потолок, разбрасывая камни. Одно из них просвистело в миллиметре от моей головы, но я не сдвинулся с места. Вся моя концентрация была направлена на трансформацию.

– А теперь, – процедил я сквозь зубы, чувствуя, как пот градом катится по лицу от напряжения, – …теперь танцуй.

С этими словами я мысленно отдал последний приказ. Все металлические и нефритовые осколки внутри Командора синхронно ускорились, превратившись в вихрь режущих лезвий, пронзающих теневую плоть во всех направлениях.