Юрий Винокуров – Краб. Апофеоз (страница 50)

Огонь с вражеской стороны притих — Досы перегревались, выбивались, да и новый враг заставил вражин призадуматься, на тему «что делать». А в таком бою каждая секунда бесценна, так что я искренне радовался.

— Отсек герметичен, Краб! — последовал доклад донного.

— Щель во внешнем люке, срочно! И третья волна!

— Слушаюсь, Краб!

И внешний люк ме-е-едленно полез вверх. Ну тяжёлый он, как сволочь, механизмы накрылись, а рак, выполняющий роль швейцара и так делал всё, что в его жидкометаллических силах.

Малые Досы «в полёте» немного сместило потоком уходящего воздуха, но народ к этому был готов. Так что стабилизировались. А в помещении был вакуум.

— ЖГИ!!! — заорал я в боевой чат, врубая резаки на полную.

И мы зажгли. Через три секунды не осталось ни одного работоспособного вражеского Доса. Просто перегрело всех нахер, потоками голубоватой плазмы.

— Отлично, молодцы! Боеготовые Досы — внутрь станции, доклад о техсостоянии в боевой чат. Раки, запускайте гравгенератор. Внимание, тяжесть появится в течении минуты! Лори, разбор трофеев, Донный — захват ложементов, чисто твоя задача. Работаем, народ!

Народ засуетился, а я переключился на партнёра.

— Дживс, меня на Кистень, к моему трону…

— Сделано, сэр, — выдал эфиряка, уже подцепив и перетащив меня клеткой к пункту управления в трюме Кистеня.

— Зашибись, — откомментировал я, выковыриваясь из ложемента.

И принялся вникать в общую картину на тактической карте. И пока особых изменений не наблюдалось, за исключением нескольких челноков, снесённых Кальмарами.

Что и неудивительно — мы, блин, разнесли сто семьдесят Досов за считанные минуты, блин! Легенда будет, крабская, ухмыльнулся я.

И стал я присматриваться к потерям, которые были, что их! Пять человек, хоть не «ближний круг», и то хорошо. И это только на станции, а на планете тоже потери. Впрочем, ладно, махнул клешнёй я и стал думать «за вражин», в плане какие ещё гадости они нам могут подкинуть.

За этим занятием меня и застала Нади. Уже на Кистене, вылезшая из Скампи, подошла к сосредоточенному мне, положив руку на плечо. Сжала одобряюще, и выдала.

— Ан, потери — это нормально…

— Да я, как-то, в курсе, — удивлённо уставился я на подругу, а потом для меня дошло. — Думаешь, я тут страдаю и предаюсь печали?

— А нет? — уточнила подруга.

— Нади, я всё-таки наёмник, — хмыкнул я. — Потери неизбежны, это очевидно и рыдать в уголке я не намерен. НО! — воздел я клешню. — На этапе подготовки я сделаю ВСЁ возможное чтобы их избежать. Возможно, это кажется со стороны несколько… перебором, — на что подруга задумчиво кивнула. — Но я трачу свои силы и время, чтобы свои выжили. Ну а в боестолкновении… судьба. Обидно и жалко ребят, но как школьница рыдать в уголке и биться башкой о переборку я не буду.

— Ясно, Ан, просто я подумала… — не договорила Нади, махнув рукой.

— Да понятно. Что я не видел ваши переглядывания? — хмыкнул я. — В общем, со мной всё крабски нормально. А вообще, Нади, мы провернули охерительную операцию, — довольно потянулся я.

— Да, сильную, — наконец искренне заулыбалась подруга. — Но в ситуации с Эрноном и Ситроном было круче, Ан!

— Там был не найм, Нади, — напомнил я. — Конфликт Дома Форфис, круто, но… не вполне то, — пощёлкал я клешнёй. — А сейчас — конкретный наёмный контракт Клешни. И, кстати, ещё нихера не законченный, — отметил я, возвращаясь к тактической карте, таблицам и графикам. — Эти деятели тупят, но, думаю, скоро перестанут.

Подруга понимающе кивнула, улыбнулась и ушла, как я понял, на мостик, судя по появившейся через минуту на тактической карте отметке. А я продолжил просматривать данные, стараясь предсказать следующий ход вражин.

Не сказать, что у них было много вариантов. Но были, и прощёлкивать эти варианты клешнями категорически не стоило!

Глава 28

Прикинув, что и как, ну и возможные методы противодействия, я сверился со списком выживших и захваченных вражеских пилотов. Донный, захватывающий ложементы эту информацию протоколировал. Скопировал его, ну и выдал в эфир:

— Нападающие Досы обезврежены. Пилоты в рамках данного списка — захвачены, — выдал я список в эфир. — Компания Клешня ожидает выкуп за захваченных, Досы же признаёт своими трофеями.

На это эфир ответил не очень явно, но матерно. Голосом весёлого ребзика, что и неудивительно. Грантцы молчали, а я, выдержав паузу, продолжил.

— Предлагаю корпорации Грант, во избежание дальнейших жертв, бессмысленных притом, признать поражение в военно-торговом конфликте. На этом я, лорд Форфис заканчиваю обращение.

И замолчал, наблюдая за на удивление слабым радиообменом между вражинами. Точнее, за расшифровкой этого радиобмена.

Состоял этот радиобмен, в основном, из мата. И изливался этот мат из весёлого ребятка в адрес Гранта, Изота, системы Шесс, Сектора Саргасс. И даже дома Форфис, и даже меня, хех. В ответ на что грантец ответил «условия контракта будут выполнены корпорацией Грант в полном объёме. Конец связи.» И всё. Ребятёнок поматерился в чат, и тоже замолчал.

Суда оставались на месте, а вот вражеская авиация начала оттягиваться к матке. Впрочем, быстрый радиообмен между дредноутом и маткой возобновил орбитальную кораблерубку в прежнем объёме.

И матка осталась на орбите, как и транспортник с весёлым матершинником и прочими, не захваченными весёлыми ребятами. Один на планетарной, второй на звёздной. Только неподбитые челноки втянулись.

А вот дредноут Гранта начал повышать планетарную орбиту, судя по траектории — примеряясь к станции.

В принципе — вариант, хотя тухлый, прямо скажем, прикидывал я.

— Дживс, Кистень приводи в полную боевую готовность, поднимай башни, выводи марид-трубы.

— Слушаюсь, сэр.

— Лори, что по срокам?

— Ещё час, Ан, — ответила оставшаяся на станции Лори, возящаяся с монтажом турелей.

— Рак, начинай зачищать люки турелей от расплава, — распорядился я.

— Краб, технический директор Лори…

— Блин, так, там много не надо. Три четыре тела на расчистку. Если Лори будет возмущаться — ко мне.

— Слушаюсь, Краб.

Лори промолчала — то ли приняла к сведению, то ли просто не слышала, и то и то могло быть.

А тем временем, отваливший от Шесса дредноут и впрямь ложился на траекторию к станции. Открывал турели, выпускал свои ракетоносцы, выстраивающиеся за ним клином. В общем, если разобраться, пушил хвост и бряцал оружием. Хотя — всяко может быть. Так что на всякий случай, выдал я прямым, не кодированным каналом заказчику:

— Рекомендую повысить звёздную орбиту. Опасность минимальна, и ваша безопасность в контрактные обязательства Дома Форфис не включены, так что просто высказываю рекомендацию.

— Принято, лорд Форфис, я учту вашу рекомендацию, — выдал ментат открытым текстом, и вправду повышая орбиту. — Полагаете обострение конфликта?

— Судя по траектории дредноута — предполагаю. Впрочем, на прицеле все суда противника, конфликт долго не продлится, господин Йанс.

— Понятно, лорд Форфис. Благодарю за рекомендацию.

— Не за что, господин Йанс.

Вражины, естественно, наш разговор слышали, для чего он и затевался. Девяносто девять процентов, что Грант пробовал нас напугать, пытаясь перевести «безоговорочную капитуляцию» в торговом конфликте в «проигрыш с условиями». Но вариантов у него было… да не было, прямо скажем.

Даже если они настолько долбанулись, что на самом деле повысят степень конфликта, то дредноут и транспортник проживут не более минуты, они под прицелом тяжёлых разгонников и марид-труб. Единственное что, транспортник получит залп в двигатели из обычных разгонников, для начала. А там посмотрим.

С авианосцем всё повторится чуть позже, ну а дредноут мы разнесём нахрен тотчас же, после объявления конфликта. Или при нападении без объявления, но в последнем случае разносим в системе вообще всё, кроме заказчика. Уже не до реферансов будет, так что врагов надо будет, в таком раскладе, разносить нахрен и сразу.

Но грантцы не были идиотами, хотя свою «пугательную партию» отыграли до конца. Начали приближаться к станции, грозно шевеля орудиями, неспешно так. И всё в тишине в радиэфире — орать «сдавайтесь» было глупо. Или разносить нахрен, или ждать.

Но неспешность движения и сыграла на пользу финальному аккорду этого конфликта. Пока грантец бряцал оружием, пучил глаза и всем видом демонстрировал: «держите меня шестеро, а то ух что щаз будет, самому страшно!», техники Изота, Лори и раки клювами не щёлкали. И даже несколько раньше озвученного Лори часа из расчищенных в обшивке станции люков стали появляться и разворачиваться башенки ПРО и ПКО. И ехидно наводится на дредноут, вдобавок к оружию Кистеня.

Понятно, что фигня по сравнению с теми же марид-трубами (или, по общепризнанному мнению — термоядерным ракетам), но идиотизм пугательной позиции стал очевидным. Так что дредноут стал глушить движки, ложась на звёздную орбиту и грантец кислым тоном провозгласил в сеть:

— Корпорация Грант признаёт своё поражение в торгово-военным конфликте. И объявляет о капитуляции.

— Безоговорочной капитуляции, — тут же подал голос ментат.

— Да, безоговорочной, — ещё более кисло выдал грантец.

С планеты в этот момент приходили сообщения о прекращении боевых действий, пришлось отзывать раков на Кальмарах — авиация вражин оттягивалась, а рачьё выполняло приказ, как понятно.