Юрий Винокуров – Кодекс Охотника # 43 (страница 24)
— Но это же хорошо? — улыбнулся Теодор. — Раз Первый Охотник со мной не связался и не попросил помощи, значит, они справятся своими силами.
— Скорее всего, — сказал я, — но беспокоит меня не это.
— А что тебя беспокоит, мой старый друг? — уточнил Теодор.
— Беспокоит меня то, что демонолог Константин находится сейчас с моей первой женой в приключениях. И кто-кто, а вот этот кадр точно не пропустит войну с Инферно. А это значит, — я на секундочку задумался, — что мой отпуск с Машей отменяется, и мне нужно спасать Аню. Давай, передавай привет моей супруге, скажи, что я очень хотел её увидеть, но… Я погнал спасать Вселенную!
Глава 10
— Стоять! Куда это ты собрался? — раздался за нашими спинами достаточно требовательный и властный голос.
— Твою мать… Ты можешь как-то повлиять на эту ситуацию? — шёпотом обращаюсь я к Теодору, увидев, кто меня зовет.
Но он, на минуточку, судя по его выражению лица, ничем помочь сейчас не мог. И это, мать его, был глава Ордена!
— Прости, Сандр, но есть вещи, которые даже Архитекторам неподконтрольны, — виновато пожимает он плечами.
— Ну да, — я позволяю себе улыбку. — Особенно если это касается второго Архитектора. Но ты же сильнейший… — с упрёком говорю ему.
Теодор тяжело вздыхает, и у нас образуется тишина.
Нет, ну а что? Тишина — это тоже достаточно хороший выход, может сейчас эта напасть просто пройдёт мимо. Подумает, что мы там умерли или затаились, и не заметит нас.
Я же, по факту, не знаю, сколько Безумной Грете лет. Возможно, у нее уже существуют проблемы со слухом, зрением и прочее. Подумает, что стоят две молодые берёзки, накрытые маскировочной сеткой, и пройдет мимо.
— Сандр, это так некрасиво — говорить с дамой, повернувшись к ней спиной, — прилетел конкретный упрек в мою сторону.
Я тяжело вздыхаю и разворачиваюсь.
— Слушай, Грета… Я не тебе отвечал, поэтому нельзя сказать, что ты общалась с моей спиной.
— Но ты всё равно бы ответил. Уж поверь мне.
При этих словах у неё на лице возникает совсем недобрая улыбка, а руки начинают быстро рисовать какие-то магические знаки. Пальцы бегают как по пианино, только очень странному, вертикальному. И я понимаю, что ни хрена хорошего мне ждать от неё не стоит.
И да, Теодор, сука, сильнейший. Но там, где проступает безумие, даже сильнейшие охреневают от того, что происходит.
На минуточку, с Гретой я был хорошо знаком. Многие из нашего Ордена общались с ней и имели общие дела. Как минимум половину всех наших тюрем, где мы содержали прям лютую хрень, построила именно она.
Теодор — мастер, это неоспоримый факт. Он делал такое, что Грете даже и не снилось. Вот только там, где в дело вступала она, этих снов Теодор, наверное, и не захотел бы лицезреть. Всё-таки мало кто захочет участвовать в кошмарах, из которых потом нельзя выбраться.
— Ладно, в чём дело? Я знаю этот твой голос. Вернее, тон, — серьёзно обращаюсь к ней и сразу говорю: — Твой прошлый уничтоженный город развалился сам. Охотники там были вообще ни при чём.
Грета громко заржала.
— Да брось ты, Сандр. Ты что, думаешь, что я настолько мелочная девушка, что буду из-за какого-то великолепного новенького уничтоженного города дуться до сих пор?
— На самом деле, я так и думаю, — честно ответил ей.
— Ну да, обидно было. Всё-таки я строила, придумывала всё. А вы в итоге всё там сломали. Уроды! Но я вам отомщу, не переживайте.
— Чего-чего? — переспрашиваю у неё, чтобы понять, не послышалось ли мне сейчас.
— Говорю, прощаю вас, дорогие мои Охотники! Не переживайте, всё хорошо! Я же понимаю, что в том городе поселилось зло и вам пришлось там всё разрушить. Такая жизнь. И это ваша работа. Вы просто…
Я не знаю, что она хотела сказать, и, наверное, уже никогда не узнаю, потому что вперёд вдруг вышел Теодор и поднял руку, показывая ей, чтобы она замолчала, а то таким образом еще на какую-то потасовку допи… договорится.
А насчёт того города — да, это была интересная ситуация, когда мы действительно его уничтожили. Да только там зло не поселилось, оно изначально было заложено и жило там.
Грета, видимо, однажды проснулась в хреновом расположении духа. Как Теодор потом поведал мне, один из её женихов каким-то образом сбежал от неё и тогда она решила выплеснуть свои эмоции в строительстве.
Точнее, очень веселый был город, когда каждая плиточка, ступенька или даже фонарный столб пытались тебя уничтожить, вселить безумие, повергнуть в ужас и печаль, и всё в этом стиле. Так что она нам ещё как минимум должна за его уничтожение.
Нет, ну а что? На Земле, скажем, когда вызывают демонтажную бригаду, то им платят, несмотря на то, что они ломают, а не строят.
Так что это норма.
— Грета, давай кратко, а то ты видишь, что мой друг спешит, — решил Теодор взять весь удар на себя.
— Прекрасно-прекрасно всё вижу и знаю. Хи-хи-хи… Но он не может так просто уйти. У меня есть для него подарок, — опасно блеснули ее глаза.
— Прости, Сандр, я здесь не в силах что-либо предпринять, — пожимает он плечами, а затем подходит и хлопает уже меня по плечу. — Крепись и мужайся. Вспомни, что ты Охотник, у вас же Кодекс в душе и в сердце. Да и вообще… кто вы там? Ах да, ты Великий Охотник Сандр. Потому давай, не боись!
После этих слов Теодор медленно отходит в сторону, а затем ещё немножко, ещё… и вскоре совсем пропадает в своем имении.
Зашибись, вообще! Так сказать, меня оставили на растерзание Грете, а ведь я и правда спешу.
— Ладно, выкладывай, что у тебя там есть. Но знай, я ни на какие авантюры сейчас не подписываюсь.
— Замечательно, — она вскидывает две руки вверх.
В следующий момент из-под земли начинает рождаться небольшое здание, километра четыре в высоту. Обычная с виду башенка, которая появилась меньше чем за пять секунд. А я смотрю на это всё и понимаю одну вещь. Хорошо, что Архитекторы не особо стремятся идти в артефакторику, и тем более в оружейное дело.
Учитывая планету, на которой сейчас живёт Теодор, то он мог бы этому научиться. Можно только прикинуть, какие ракеты он может создать, даже топливо не нужно. Просто полностью набивай всё энергией и взрывчаткой, а затем из-под земли доставай одну за другой и посылай куда тебе нужно.
Возможно, тупость и недальновидность мышления — это своеобразный ограничитель Многомерной, чтобы вдруг таких вот уникумов не случалось.
— Красивая башня, — я обращаюсь к Грете. — Ну, а теперь давай конкретику. На хрена она здесь? И знает ли про неё Теодор?
Грета отрицательно замотала головой. Значит, даже Теодор не в курсе. Впрочем, я ещё несколько раз её спросил: что, куда и зачем. Она просто как заведённая начала мне объяснять, для чего это всё сделано и зачем я ей сейчас нужен.
Если говорить кратко, то это башня-тюрьма, с нотками пространственной магии. Грета купила у Портальщиков все нужные артефакты и придумала такую тюрьму. А ещё там искаженное время. Ну очень сильно искаженное.
Но за это искажение ты платишь психикой. Мощно так платишь. По грабительскому курсу. Зато можно провести три или четыре дня реального времени, а там пройдет около полугода. Из минусов: вполне реальный процент того, что можно сойти с ума.
Ну вот Грета и хочет, чтобы я туда зашёл и пробыл там всего лишь два дня, на максимальном ускорении. Так сказать, проверить её разработку. Но и при этом всём — это её подарок.
Она объяснила, что часто общалась с Марией и знала, что Сандр придёт, а у неё здесь ничего не готово, поэтому пришлось по-быстрому создать это чудо.
Я вот прикидываю, что мне нужно будет с Марией всё-таки пообщаться немножко серьезно, дабы она в будущем стала дальновидней и научилась давать нужные советы таким личностям.
На Земле, к примеру, гостей встречают пирожками, тортом. На крайний случай — хорошей бутылкой виски и легкой закуской в виде фруктов. Почему именно меня встречают магической тюрьмой, где можно лишиться рассудка?
Тяжела жизнь Охотника, ничего не скажешь. Конечно же, я найду один день, чтобы посетить ее башню, ведь это идеальная возможность потренироваться в использовании Скверны.
— Госпожа, возможно, вам уже наскучил этот поход и пора отправиться в Многомерную, — почтительно обратился Один к Анне, не забыв при этом изобразить легкий поклон.
Анне всегда нравилось, как ей кланяется Один. Он не делает это как слуга или подчинённый. Это воинское выражение чести. И ей прекрасно было видно, сколько он почтения вкладывает в это.
— Да нет, знаешь, Один, — зевнула Анна, деликатно прикрыв рукой рот, — я просто плохо спала. Ночь была тяжёлой. А так мне здесь нравится.
— Прошу меня простить, моя госпожа. Я недостоин называться вашим телохранителем, — вдруг Один упал на два колена и достал клинок, который сразу же направил в область своего живота.
— Так, стоп, Один, ты это прекращай! Я не Саша, и не умею правильно и быстро тебя останавливать. Давай такие вещи ты будешь с ним проворачивать, а со мной можно просто словами.
Хоть и не сильно, но Анна всё же разволновалась.
— Как прикажете, — поднялся с земли Один и изобразил еще один почтительный поклон.
Да, местами Анне было с ним тяжело.
Вот, например, этой ночью, когда они разбили лагерь, на них напали. Как итог, Константин и Один сказали ей, что она может даже не выходить из своей палатки. Они сами со всеми разберутся.