Юрий Винокуров – Кодекс Охотника #40 (страница 26)

Что ж… Это их проблемы. Я считаю, мои люди — это мои люди, и единственный, кто может делать им замечания — это тоже я.

Немного особняком в уголке сидел Илларион, осторожно жуя лаймы так, чтобы громко не чавкать.

Ну и Ликвидатор с тринадцатью Галактионовыми, у которых на всех были двенадцать душ, напоминал нахохлившуюся курицу, которую окуружают неразумные цыплята. Хотя, надо признать, воспитание воинов у бывшего графа Дорничева получалось отлично. Лучше, чем у меня. Да и «неразумными цыплятами» ребят явно уже нельзя было назвать.

Я всё ещё не понял задумки с этой «дюжиной Галактионовых», которую загадала мне Многомерная Вселенная, Кодекс, или один из предков Галактионовых. Но что было очевидно — вместе они точно сильнее, чем по отдельности. Их «родство душ» — именно так назвал это явление Ликвидатор, позволяло им действовать в бою автономно, при этом буквально опираясь на плечи братьев и сестер. Которые могли, как добавить защиты, так и выручить в сложный момент. Взаимопонимание для такого короткого срока, что прошло после их знакомства, было поистине потрясающем. Так что да, что-то в этой «дюжине» было.

И да, я как эксперт по душам, немного добавил бы к этому простому эпитету насчет «родства». У нас, на языке Душеловов, это называется «резонансом душ», когда две души настолько подходят друг другу, что способны действовать, как единое целое.

Проблема была в том, что часто попадались пары «резонаторов», иногда встречались «тройки», редко — «четверки»… Ну и так далее. Однако, больше полдюжины «резонаторов» я не встречал за все тысячи лет жизни, их можно было пересчитать по пальцам одной руки. А тут двенадцать! (Технически — тринадцать).

Интере-е-е-есно…

— Итак, дамы и господа! — я широко улыбнулся. — Нас всех ждет увлекательное приключение! Последний бой показал, что вы все готовы. Вот только в качестве противников в предстоящем бое будут не наспех собранные со всех уголков Равномерной Вселенной отряды разнообразной швали. Нет, на этот раз нам будут противостоять боги.

Я сделал эффектную паузу и внимательно посмотрел на лица присутствующих на предмет проявленных эмоций. Я видел на них интерес, радость, нетерпение и азарт. И я не видел страха, сомнения или неуверенности. Это было хорошо, значит, я всё делаю правильно.

— Да, вы уже сражались и с богами, и с титанами. И прекрасно знаете, что их можно победить. Но в этот раз будет небольшое отличие. Во-первых, богов будет больше. Сильно больше. И они притащат с собой свои армии. А во-вторых, мы будем защищаться, а не атаковать.

— Да-да! — я поднял руку, прерывая звуки негодования. — Я знаю, что это противоречит всему нашему предыдущему опыту, но нам в этот раз нужно сражаться в Небесной крепости! Что это такое, я уже рассказывал. По факту, мы получим средство перемещения между Вселенными. Такое охренительно здоровенное и, главное — защищенное место, настоящий бастион, который может проломить любые оборонительные рубежи противника. Вот только её «капитану», ну или — Хранителю Афанасию, нужен экипаж. А экипаж пока что представляет из себя блуждающие души, которым нужна энергия для воплощения в плоть.

Я снова сделал паузу. Тяжело быть оратором, в этой жизни я больше слов сказал, чем за последнюю тысячу лет в предыдущей, но ни о чем не жалею.

— Души эти нам доставит госпожа Беллатриса. На блюдечке, с голубой каемочкой.

Правда, на следующий день, когда мы все были уже на борту Небесной крепости и перед стенами крепости появилась Беллатриса, а за ней открылись многочисленные порталы, я не удержался:

— Сука, почему вас так много? Где мы всех вас хоронить-то будем⁈

Глава 13

— Слышь, подруга, кажется, ты перестаралась, — сказал я Беллатрисе, задумчиво наблюдая, как вражеские порталы за её спиной даже не собираются закрываться, а только новые открываются.

Беллатриса выглядела шикарно. Раскрасневшаяся, в глазах — огонь. Видно было, что она делает своё дело с любовью.

— Подожди, ты же сам сказал приводить с запасом, — она недоумённо посмотрела на меня и даже изобразила обиженное лицо, надув губки.

Я невольно покачал головой. Даже эльфийку плохому научили земные женщины. Куда катится этот мир? Боги всё больше очеловечиваются, и даже суровая эльфийка-Странник, которая никого не любила на этом свете, кроме своего брата, стала проявлять кое-какие эмоции.

— Ну, значит, понятие «запаса» у нас с тобой сильно отличается.

— Думаешь? — эльфийка задумчиво посмотрела на меня. — Твоя первая жена, думаю, сказала бы: «Недостаточно».

— Блин, — только и смог я ответить, подтверждая её правоту.

Затем я вернулся к осмотру предстоящего поля боя. Справа как раз открылся особо огромный портал, и оттуда вылезло здоровенное двуглавое чудовище, которое начало ошалело оглядываться по сторонам. Судя по выражению морды на обеих головах сразу, похоже, оно прибыло не туда, куда планировало.

— А титана ты нахрена притащила? — обвиняюще ткнул я пальцем в эту громадину.

— Да ты знаешь, Сандр, — глаза у неё опасно сузились, и даже голос стал более шипящим. — Когда за собой тянешь паровоз тварей через всю Вселенную, как-то не выбираешь, кого брать, а кого не брать, а самое главное, не совсем выбираешь дорогу. Я понятия не имею, откуда он взялся… Кажется, когда я срезала немножко дорогу, он сидел в своём одиноком мире и по-очереди ковырялся в носах в разных головах.

— Ясно, — кивнул я и снова посмотрел на титана.

На него уже начали набрасываться твари Равномерной Вселенной, и завязалась нехилая такая потасовка.

— Враг моего врага — мой друг? — задумчиво уточнил я.

— С ума сошёл, Сандр! Это же титан! Они отморозки. Тебе ли этого не знать.

— Ага, знаю, — кивнул я. — Это была шутка юмора. Зато душа его «весит» достаточно, и это сильно поможет нашему делу. Да, Афанасий?

Смотритель Небесной Крепости был сильно взволнован. Ведь сегодня его Небесный Замок должен стать полностью работоспособным. Тысячелетия забвения закончатся, и он снова начнёт выполнять работу, к которой так лежало его сердце.

— Кстати, — уточнил Афанасий осторожно, — по поводу нашей родной Вселенной. Вы говорили, что у одного вашего знакомого Лекаря будут ко мне вопросы?

— Они обязательно будут, и Лекарь в курсе, — сказал я, — вот только он пока не торопится присоединиться к нам.

Хотя приглашение я отправил ему.

— А ты уверен, что он доберётся? — тут же влезла в разговор Беллатриса.

— Это ты мне скажи, ты же «обоснуй» его перемещения сюда придумывала.

Беллатриса на секунду задумалась.

— Ну, так-то да. Он выходец из Запретного Мира, который не имеет тех ограничений, что остальные существа Многомерной Вселенной. И, в принципе, используя ваши мечи и мою помощь, он может пройти сюда, в Равномерную. Но это только в теории. А на практике мы посмотрим, как только этот товарищ отдуплится.

Я напряжённо смотрел на тварей Равномерной, которые прямо сейчас строились в атакующие порядки.

— Честно говоря, я сам хотел бы его лицезреть. Судя по словам Кодекса, он сильно помог мне с Аней, и хотя благодарить Лекаря — опасное занятие, но я всё-таки это сделал бы.

— Отец, а почему благодарить Лекаря — опасное занятие? — до этого молчавший Ларик, который стоял слева от меня, решил вступить в разговор.

— Ты знаешь, — задумчиво сказал я, с улыбкой глядя на названного сына, — в Многомерной ходят байки, что тот или иной Орден несёт определённые качества. Но лично моё мнение, основываясь на моём скромном жизненном опыте: репутация Ордена — это репутация его членов, которая составляет нечто среднеарифметическое, исходя из поступков всех его братьев.

Сзади что-то бухнуло, я на секунду отвлекся чтобы посмотреть, что это. А это мои богини развлекались. Ну и я продолжил.

— Так вот, далеко не всегда репутация каждого из членов равна условной «единице». Репутация некоторых может весить и условную «десятку» или «сотню». Да что тут говорить: нередко по одному единственному представителю Ордена вешается клеймо на весь Орден. А что касается твоего вопроса, то есть некоторые индивиды, которые ничего так просто не делают. Вроде как помогают тебе от души, но потом требуют нечто такое…

Я попытался подобрать нужные слова, помахав раскрытой ладонью в воздухе.

— Что ты не можешь позволить себе заплатить? — попытался угадать Ларик.

— Не, совсем не то. Что-то такое, что потом над тобой будет ржать вся Вселенная, — улыбнулся я своим мыслям, вспомнив кое-что из прошлого. — А что касается индивидуумов, таким был, кстати, глава Ордена Архитекторов, который с получением имени стал гораздо более сговорчивым и человечным. Михаэля я ещё не распознал, возможно, перерождение на него тоже благоприятно повлияло. А, ну и ещё есть один, которого точно стоит вспомнить. Это портальщик Грегори Торговец. Вот это конкретный пример того, что по одному человеку судят обо всём Ордене. Его репутация вроде, как одного индивида, равна репутации всего Ордена. Вот за это Портальщиков и ненавидит половина Вселенной.

— Ты неправ, — улыбнулась Белла. — Их ненавидят вообще вся Вселенная. Таких жадных сволочей ещё поискать надо.

— Вот, видишь! — указал я на сестру Ларику. — Она как раз судит об всём Ордене Портальщиков по одному Грегори. Хотя, такую репутацию создали те, которые не в состоянии заплатить. Да, он берёт дорого, но делает такое, что не в состоянии сделать никто другой. Ну, а хейтеры, как говорится, всегда найдутся.