Юрий Винокуров – Кодекс Охотника #38 (страница 3)
И хрен ей… Я тут, между прочим, Шнырьке ищу жену, а не погулять вышел.
Вот, конечно, прямо-таки взял и открыл ей портал, и сказал: ну, красавица, давай на все четыре стороны, удачи! Хочешь — вот этот мир выбирай, а может, тебе ближе вот этот. Или сразу держи ключи доступа к крепости Кодекса. Нет, я уверен, братья точно не обидятся от такого подгона. Могут даже ей налить, послушать её истории, потом вместе поржать, когда она начнёт рассказывать про великих, могучих, древних врагов, которые прибегут и всех накажут, лишь бы добраться до её маленького и неуравновешенного тельца.
Почему неуравновешенного? Ну, как минимум, я увидел слегка истеричную её сторону, достаточно нервную. Ещё бы… Сколько она ни убегала, но в итоге все-таки догнали её. Но, кажется, не те, от кого она бежала.
— Ладно, подруга, ты мне вот что скажи, — обратился я к ней. — Ты ведь умеешь хорошо с тенями обращаться. Теневые заклинания, все дела. Сможешь переправить из тех порталов потоки в нужное мне место?
Почему-то она в этот момент посмотрела на меня, как на полного безумца, который не понимает, о чём говорит.
А я ведь не такой. Кажется, если не учитывать того факта, что украл целую планету.
— Охотник, остановись. Присядь, выдохни. Ещё раз выдохни, — продолжала она нервно, глядя на меня. — Ты не понимаешь, с чем связался. Какие порталы, какие потоки… Оно пожрёт весь мир. Оно было создано, чтобы отомстить мне.
О чем она говорила, я так и не понимал. Уж слишком быстро она лепечет, когда тема касается теневого спектра. Что-то там создали теневые короли, чтобы отомстить ей и ее народу. А она это проклятие на себя перебрала, и теперь то, что создали, гонится за ней.
Я тяжело вздохнул. Даже с такими мелкими бабами сложно разговаривать. Казалось бы — целая королева, а где мудрость потеряла? А с другой стороны, сколько ей сейчас лет? Дохрена, наверное. Может, у шнарков свои болезни — слабоумие, к примеру?
По правде говоря, я уже начал сомневаться, удачная ли она пара моему Шнырьке. Ведь Шнырка у меня — большой молодец! Но, замечая, как он поглядывает на неё, я понимаю, что вопрос уже решён. По крайней мере, для него. И лишать своего друга счастья я не собираюсь. А то, что она считает его молодым, неопытным, зелёным и всякое такое. Ну, как минимум, он сможет её удивить. А я в этом ему помогу.
Она, конечно, может и одна из первых шнарков. Нужно будет уточнить у неё, кто их создал. Или сами появились. Однако она не понимает одной простой вещи. Шнырька практически Охотник. Он был с нами в походах. Ел с одного котла. Спал на голой выжженной земле. И не один десяток тысяч раз умирал. Королева же боится смерти. И от этой смерти очень долго бежала. А он смотрел ей прямо в глаза.
Правда, как итог, — она всё равно где-то откинула свои маленькие лапки, попав в руки Коллекционеру. Вот его она тоже, кстати, боится.
— Ладно, хватит играть в гляделки. Сможешь или нет? — ещё раз настойчиво спрашиваю я у неё. Чёткий и конкретный ответ: да или нет.
Она начала что-то говорить, однако одним движением руки я остановил её:
— Так да или нет?
— Смогу, — наконец сдаётся она и согласно кивает.
А я опять тяжело вздыхаю. Ведь вопрос был максимально простой: да или нет. Она и здесь ответила по-своему.
Как только я получил нужный мне ответ, работа моментально закипела. Помимо того, что я стал прикидывать разные варианты, как мне действовать, так еще влил немного энергии в Королеву, чтобы она взбодрилась, а затем прямо на её глазах снова нырнул в тень.
Выражение ее мордашки бесценно от вида человека, который сам туда идет.
И что я там увидел? Настоящий беспредел. Мне это, само собой, не понравилось, и я решил провести небольшой эксперимент.
Вытянул руки вперёд и начал формировать сгустки своей энергии, посылая их вперёд на приличной скорости. Да-да, именно душевной энергии. Если бы рядом оказался Шнырька, он бы точно обозвал меня жестоким. Но мелкого здесь не было. А потому все хорошо, и его нежная душа не пострадает.
Почему жестоким? Всё просто: я специально настроил свою ауру на тот диапазон запаха, который привлекал теневых тварей. Вот только они ещё не знали, что моя энергия для них смертельна. В итоге — летят на неё, как мухи на мёд, пытаются укусить, проглотить, впустить в себя. А она прожигает их насквозь, разрывает, растворяет.
Вышла неплохая теневая приманка. В прошлом я любил такие зачистки проводить. А сейчас не был уверен, получится ли. Все-таки раньше сил у меня было побольше.
Это сделать было, кстати, нелегко. Ведь нужно иметь нехреновую плотность энергии. У меня, например, нет ее сейчас. Только душевная имеет подходящую плотность и это показывает, насколько мало разумных смогут её применить.
Конечно, одного сгустка надолго не хватило, и плевать, что их было штук двадцать, но и потери у теней были серьёзными.
Я, разумеется, не задержался там дольше, чем нужно, и продолжил перемещаться по пространству, ведь у меня была еще работа. Когда дошёл до нужной точки, понял — глупо я поступил. Проще было бы использовать «Буревестники» или «Конунги», да хоть истребители. Теней становилось всё больше. Теперь ясно, почему Королева шнарков так паниковала. Даже здесь мне было неудобно передвигаться.
Но ничего. Прорвёмся. Даже если я прямо сейчас выкину Королеву из мира, ничего уже не изменится. Теневые пробоины вписаны в его структуру.
Это не разовая аномалия, а постоянное явление. Кстати, интересно — у Коллекционера они тоже возникали? Если да, то он наверняка порадовался и пополнил коллекцию. Надо будет заняться этим вопросом, уж больно не люблю типажей, которых я не понимаю. Упустил момент — мог спросить у Бездны. Она-то точно знает всё о Коллекционере.
И вот именно в этот момент раздался смех. Не в моей голове, а словно где-то на периферии теневого пространства. Безумный, давящий смех. А затем открылся один глаз. Небольшой такой, метров двадцать в диаметре и стал смотреть по сторонам.
Надо ли говорить, что тени сразу притихли и замерли. Даже самые безумные, что рвали грань между Планами, внезапно сделали вид, будто их тут нет и у них появились срочные дела.
Вот оно — влияние Бездны. Одного её присутствия достаточно, чтобы мир вокруг изменился. Или даже все, кто находился в нём.
Так, ладно, чего это я? Пора выходить. Вышел я, кстати, в Иркутском Эпицентре. Это место для меня было в некотором роде даже родным. Сколько я тут приятных мгновений провел. А сколько приключений на пятую седалищную точку нашел. Хотя Эпицентром это уже трудно назвать. Скорее то, что от него осталось. Сам Эпицентр был закрыт, но Разломов здесь должно хватить еще примерно на полгода, а может и больше.
Я же молодец: когда его закрывал, подумал об этом и слегка поигрался с распределением энергии так, что разом открылось всё, что только можно.
И теперь мои разломщики со слезами на глазах уничтожают их. Почему со слезами? Да потому что понимают: это последние. И больше, скорее всего, не будет.
Наверное, придётся их «обрадовать»: Разломам быть! Но и тут тоже не всё так просто. Но об этом позже. Сейчас мне предстоит охренеть какая тонкая работа со всем этим. Или я верну Разломы, или произойдет большой взрыв.
Погружение в себя и в энергетику этого места заняло у меня некоторое время. Это было сделать не так просто, как в прошлый раз. Ведь место, можно сказать, законсервировало само себя. Оно не исчезало, не уничтожалось и не умирало — оно именно консервировалось. А это означает, что когда-то оно, даже без моей помощи, всё равно могло бы открыться само по себе. Правда, сроки при этом неопределенные.
Вот, казалось бы, у Ольги был самый обычный день в этом безумном мире, где постоянно всем от тебя что-то нужно, а ты не всегда понимаешь, за что нужно хвататься.
Раньше было просто и она не устает себе об этом повторять. Она была оружием, которое только знало, как сражаться.
А вот сейчас от количества обязанностей, которые свалились на ее голову, мысли у Ольги крутились самые разные.
Последняя встреча глав государств, на которой присутствовал Галактионов, и где её жизнь стала еще труднее, и она уже по-тихому ненавидела Александра. Но в то же время понимала, что без него сейчас никуда.
Наоборот — теперь каждый правитель считал нужным связаться с ней, как с Императрицей Российской Империи, в которой Галактионов был всего лишь подданным. И уточнить десятка два самых разных моментов.
Иногда вопросы пересекали границы адекватности и откровенно скатывались в абсурд. Это ещё не считая случаев, когда её просили «припугнуть» Галактионова или на него надавить. Тут Ольга обычно отвечала громким смехом и пожеланием удачи в этом самоубийственном деле. Что-что, а угрожать ему — занятие бесполезное и опасное.
Впрочем, договариваться с ним иногда бывало ещё тяжелее, но свою выгоду она никогда не упускала, конечно же, на благо Империи.
Иногда ей казалось, что она не справится, и это все не для неё. Здесь нужно иметь талант. Но её мать как-то справлялась, пусть и не сразу. И Ольга надеялась, что со временем приобретёт такой же навык. Быть хуже, чем мать, она не хотела. А потому, сцепив зубы, молча работала в надежде, что однажды сможет сделать то, что не получалось еще ни у кого из её Рода. Настроить работу страны так, чтобы она могла процветать с минимальным её участием.