Юрий Валин – Квест а,б,в,г… (страница 2)

Бро швырнул опустевшую банку в огромный мусорный мешок, вернулся к пыточному монитору, попутно прихватив со стеллажа пару учебников. В оглавлении «Истории древнего мира» никаких османотеков не обнаружилось — видимо, малозначащее племя. А какого… тогда вопрос так формулируют? Невозможно же всю историю знать — она бесконечная.

…— Я всю историю определенно не выучу, да и всех классиков не перечту, — мрачно сказал Бро тогда на вокзале. — Ты чего меня сдернул? Бригада еще задачу не закончила, там полноценные десять километров осталось пройти. На меня мужики надеялись.

— Объект не последний, — успокоил отец. — С бригадиром я поговорил, он рабочим объяснит. Не тупее нас с тобой, войдут в положение. Давай-ка сдавай этот дурацкий Единый Госэкзамен, формальности мы с мамой уладили, тебя на пересдачу примут. Времени в обрез, готовься. Сдашь — свободен. Назад в бригаду или еще куда, определишься. Взрослый человек, самому решать.

— Может сразу в бригаду? — обнадежился Бро. — Я в ритм вошел, да и платят не так плохо.

— Всю жизнь в лесу не просидишь. Тебе решать, но я бы со школьными долгами рассчитался, — намекнул отец. — Как-то неудобняк с голимой справкой по жизни шагать.

— Народ так же говорил, — признал Бро. — Только я не потяну. Теперь уж окончательно от этой программной ерунды отдалился. Пап, ну честно, где я и где та история с литерой? Не вижу смысла.

— Иной раз смысл во взятии высоты. Просто атакуешь и врываешься на вершину. По приказу командования. Пусть и не самому понятному приказу и не однозначно умному. Просто так надо и мы берем, — сказал отец, доставая сигарету. — Осознание целесообразности может потом прийти. Хотя и не наверняка.

— Попробую. Но вряд ли потяну. Длины пилящей шины не хватит мне на такое бревно.

Отец хмыкнул:

— С виду твоя шина за лето усилилась. По маме и оладушкам крепко скучал?

— Было. Пап, дай сигаретку.

— Одну. И завязываем. Тут, Бро, для поддержки атаки мы один маневр придумали. В смысле, мама попереживала, но согласилась. Домой сейчас не поедешь, выделим тебе сразу полноценный учебно-рабочий объект. Отвлекаться там не на что. Да и не будет возможности. Запру. Если конечно, тебе не слабо. Значит, так…

Бро выслушал вводную и изумился:

— Па, да ты троллишь⁈ Так не бывает.

— А бывает, что вменяемый, почти взрослый человек говорит своей училке по литературе, что Муму — это корова из повести-притчи британского писателя Оруэлла?

— Ну да, не угадал тогда. Я колебался — из Оруэлла это или Солженицына? Тот тоже что-то этакое про крестьянские дворы писал. Пап, ты сам-то эту их ересь читал?

— Я не читал, я пролистал, уловил смысл и настрой, мне не понравилось. В смысле, как раз «Муму» я действительно прочел и сильно расстроился — мне тогда лет двенадцать было.

— Ну вот, а зачем мне тот сельский негатив? И без него люди живут. Вон к нам на бригаду стадо кабанов как-то вышло. Это ведь не Муму, а настоящее дикое зверье. Секачи, поросята…

— Сам ты поросенок, причем великовозрастный, — отец снял очки и устало потер переносицу. — Решай. Рискнешь, самоутвердишься, жизнь быстрее наладится. Не пройдет — езжай дорабатывай. Бензопила и Ильич тоже жизни научат, хотя и помедленнее классиков. А «Муму» ты все же прочитай, хотя бы лично для меня. Там однотомник нетолстый, ты осилишь.

— Прочту, обещаю. А насчет пересдачи… А надо мне так чилить? Да нет, я не боюсь взаперти посидеть, но смысл? Какие лайфхаки мне та пересдача даст? Нет, ну серьезно — за что упарываться?

— Во-первых, маму успокоишь. Ты ее жутко огорчил, она же на свой счет принимает — недосмотрела, упустила, не додала. По-моему, это уже достаточная причина напрячься на полную.

— Это конечно. Но я же не потяну. Вот честно. Работа в бригаде меня в ноль школьной программы вышибла. Школьное, оно же всё и на пиксель не жизненное, мгновенно улетучивается.

— Ошибаешься. Наверняка вечерами у вас народ сидел и за жизнь разговаривал, может и про бессмертную Муму вспоминали…

— Беседовали, может, и эту самую поминали. Только я почти сразу падал в кунг спать, — признался Бро. — Я же нетренированный был, особенно поначалу.

— Я собственно, на то и намекаю, — проворчал отец. — Ты человек практически взрослый, а норовишь опять в ту же мелкую уютную норку юркнуть. В принципе понятно — место насиженное, теплое, мама рядышком, блинчики каждый день. Предел мечтаний?

Метко и точно было сказано.

Когда доехали до места, дом оказался ничего себе: башня, с широким видом на рощу и пруд, дальше — за леском — угадывался МКАД. Закончили стройку недавно, часть квартир еще пустовала, у лифтов громоздились поддоны с цементом и смесями, пахло свежестью краски, шныряли центральноазиатские дизайнеры…

— Мне по переуступке прав отдали, недорого, — пояснил отец и протянул руку — на пальце покачивалось кольцо с ключами. — Надоело мне в командировке в гостиницах жить. Город-то не чужой. Насовсем перебираться сюда не думал, но пусть берлога будет, раз случай подвернулся. Но раз такие обстоятельства, могу хату отдать. Если ты взрослый — тебе нужнее. Надеюсь, когда буду проездом, пустишь старика «кости бросить»?

— О чем речь? Всегда буду рад видеть, — в некотором ошеломлении пробормотал Бро. — Только я ведь все равно не потяну. Даже с таким призом. Непосильная задача. Тут же две недели осталось.

— Штурмуй. Иногда так приходится — до упаду и помрачения сознания. Да ты и сам насчет темпа настоящей работы уже догадываешься, — отец указал в сторону лишенного двери прохода на кухню. — Холодильник и СВЧ имеются. Вода есть, электричество на месте. Интернета нет и не будет. Комп и учебные пособия через час завезут, я знакомых попросил подобрать по списку. Майки и трусы у тебя в рюкзаке утоптаны, простирнешь наскоро и готово. Семнадцать суток монашества и мозгового штурма? Как, Бронислав? Рискнешь?

Отец не «на слабо» брал — предложение было честное, да и очень хотелось ту глупую провальную весну (вроде уже жутко давно она случилась) заиграть и замазать. В конце концов, тесты ЕГЭ долбить — это не пни корчевать, тут можно и по двадцать часов в сутки поработать. Но, черт бы их взял, кто такие «уложения» и почему они Соборные? Напридумали эти цари-самодержцы терминологию, правильно их в 1917-м… Или царей раньше скинули? Там же две революции было? Или три? Нет, одна была чисто французская. Или две французских?

Бронислав Сергеевич Волков застонал в полном бессилии и потянулся за учебником. Было там где-то про уложения. Термин-то какой двусмысленный…

Про уложения нашлось, оказалось ничего интересного — чисто юридическая штука, кодекс законов, принятый в 1649 году. К сексу и царицам никакого отношения не имеет. Сочиняли Князья Одоевский, Прозоровский и Волконский, дьяки записывали. Тоска какая зашкварная…

Ну не хотела голова о дьяках и хронологии думать. Категорически отказывалась.

Человек, отключенный от геймерства, соцсетей и Сети как таковой в целом, начинает думать о ненужном, странном и экзотичном. В случае с Бро это оказались девушки. Нет, не то что о них раньше не думал: в соцсетях троллил и агрил девиц по полной, но там развлечешься и пойдешь делом заниматься — в WOT-замес или зачищать терроров в полном обвесе, девушки забываются. Как выяснилось, топор и цепная «хусгва» эти интеллектуально-игровые вытеснения только временно заменяют, пока в рабочий ритм не войдешь. Потом, только стоит поужинать и вытянуться на спальнике… Там даже не то что головой начинаешь вдумываться, а всем организмом, и мозг вообще не на первом месте.

Вообще-то с девушками у Бро не очень складывалось. Не, если честно — полный облом. Не в буквальном смысле — были опыты, ну, почти и отчасти удачные. Но настолько «не то», что здесь и вспоминать не хочется. А как не вспоминать, если организм от тестов и ЕГЭ пытается ускакать прыгучим эроги… эротоманским кенгуру.

— Заболею, — печально сказал Бро абзацу об Уложении. — Уже болен. Что ж ты, баг старинный, такой длинный и непонятный?

Не получалось. Соседний параграф вещал о каких-то Соляных бунтах. Вчитаться не выходило — буквы понятны, смысл — нет. И наверняка это фейк исторический. С какой радости людям бунтовать против засоления почв? Понятно, солончаки — гадостное место. Ильич рассказывал, он на Карабукбасе работал. Но это же природа, что против нее с топорами и ружьями переть?

Воображение окончательно замылило строки параграфа, представился ровный и твердый простор солнечного солончака и девушка с огромными глазами и бюстом, стоящая на коленях посреди сияющего безлюдья. Загорелая. В мини-бикини. Стоит она, значит, коленями на епанче… э-э, почему на епанче, что такое вообще «епанча»? Где-то в справочных материалах эта епанча мелькнула, вроде бы она мягкая. Нет, не надо сомнительной епанчи, и мини-бикини не надо. К чему излишества? Собственно, именно солончак тоже не обязательно, там жарко.

Девушка, глазастая и очень фигуристая, представилась прямо в квартирной прохладной ванной. И без разницы, что там лишь предчистовая отделка, такие девушки даже на фоне голых пеноблоков перегородки отлично смотрятся. Даже символично: обнаженная на голом!

Бро замычал — шатенка представлялась как наяву. Распущенные волосы, глаза, это… руки раскинутые по бледно-серым блокам. На ту певицу похожа, и на Ингу Курпатову из параллельного… и на водительницу в БМВ… рядом на Мичуринском стояли, все локоны многозначительно поправляла…