Юрий Угольников – Динозавры против млекопитающих. История соперничества, которая не закончилась до сих пор (страница 50)

кайнозое, или в самом конце мезозоя[107]. В общем, это не только мы

так хороши, но и океаны в мезозое были еще не столь богаты

растительной пищей. Но ведь не существовало тогда и

вторичноводных фильтраторов, подобных современным усатым китам.

Здесь число исключений больше: все-таки был один фильтратор среди

непосредственно завроптеригий: плезиозавр мортунерия ( Morturneria seymourensis). И конечно, фильтраторы встречались среди мезозойских

амниот, неокончательно переселившихся в океан. Но очень

специфические фильтраторы. Это были птерозавры, как минимум один

из них – птерозавр птеродаустро ( Pterodaustro guinazui). И его способ

питания не подтолкнул его к переселению в море – он занимал скорее

ту же нишу, что сегодня фламинго (с учетом разницы размеров и

конструкции мезозойского летуна, конечно).

Летучие существа пониженной плавучести

Кстати, об освоении морей. Среди многочисленных мезозойских

птерозавров не появилось, кажется, ни одного вида, который отказался

бы от полета в пользу полуводного образа жизни (эдакого

четвероногого мезозойского пингвина). У птерозавров могли быть те

же проблемы с освоением океанов, что и у многих других архозавров, но для них могли быть существенны и другие сложности. Учитывая

трофическую связь многих птерозавров с водоемами вообще и

океанами в частности, о них стоит сказать отдельно. Среди них

действительно были плавающие, возможно, даже ныряющие. Давным-давно, в мезозое, жила полуводная протоблоха Saurophthirus[108]. Жила

она, скорее всего, на ком-то с очень кожистыми крыльями. Конечно, не

обязательно это должен быть птерозавр, может быть, это был какой-то

динозавр. Да, авторы, исследовавшие недоблоху, указывают, что она

идеально приспособлена именно для того, чтобы удерживаться на

кожистых крыльях, но такие крылья в мезозое встречались все-таки не

только у птерозавров: попадались и перепончатокрылые динозавры.

Возможно, вообще приспособление этих насекомых к пребыванию в

воде не было связано с жизнью существ, на которых они

паразитировали, а возникло в результате обретения очень

специфического жизненного цикла (их личинки могли обитать в воде).

Но все эти оговорки только ради напоминания: в действительности все

может оказаться не так, как на самом деле. Скорее всего, это паразиты, жившие на птерозаврах, много времени проводивших в воде. Тем не

менее птерозавр, отказавшийся от полета в пользу мореходства, нам не

известен.

Кажется, летучие ящеры косвенно все-таки подтверждают, что моря

мезозоя были весьма теплыми и то разнообразие, которого достигли

мезозойские морские ящеры, никак не связано с температурой морей.

Как мне подсказала в одной из дискуссий Лидия Каташук, в

тропическом климате морскому пернатому гораздо выгоднее быть кем-то вроде фрегата – животным, способным к долгому парящему полету, а не к плаванию. Особенно показательно, что фрегаты, морские птицы, происходящие от вполне способных к плаванию предков (их родичами

являются бакланы и пеликаны), в результате приспособления именно к

жизни над морем – длительному парящему полету над океаном –

способность к плаванию полностью утратили.

Дополнительную сложность птерозаврам доставило, видимо, то, что

основной маршрут их эволюции шел в сторону увеличения размеров.

Разумеется, и среди птерозавров были крошки, такие как выше

упоминавшийся анурогнат ( Anurognathus ammoni) – практически

летучая мышь юрского периода (и по внешнему виду, и, видимо, по

образу жизни). Но в целом они шли к увеличению размеров, а большие

размеры для любого летающего позвоночного означают и облегчение

скелета. В меловом периоде, когда птерозавры были представлены уже

исключительно бодрыми здоровячками с размахом крыльев около 10

метров и более, переход к жизни в воде стал для них, видимо, в

принципе невозможен.

Оговорюсь, все-таки и в конце мелового периода миниатюрные

птерозавры встречаются, по крайней мере один такой науке

известен[109]. Однако у меня все же есть сомнения, кто именно перед

нами: взрослое существо или детеныш крупного аждархида (род

меловых птерозавров). Конечно, надо постараться, чтобы перепутать

взрослое животное и детеныша, но в палеонтологии всегда есть место

неожиданностям. Вариант, что какой-нибудь «многоэтажный»

птерозавр имел детеныша размером с кошку, не кажется мне

невероятным, а совсем наоборот. И так как они должны были быть при

такой разнице в размерах не слишком заботливы, то и выглядеть

детеныш мог как практически уже «готовое к употреблению» (к