Юрий Цой – Шарадж (страница 4)

— А что? Правильно сделала, — произнесла вторая девушка, останавливаясь на границе прибоя и оглядывая зеленый берег с нешироким песчаным пляжем. — Лучше в воду грохнуться, чем на землю. Смотри, сколько следов! Похоже на птичьи… А это что⁈ — Она замерла перед цепочкой следов побольше, заканчивающиеся четким отпечатком босой ноги на влажном песке. — Хомо⁈ — Она наложила на лук стрелу и присела на одно колено, вглядываясь в просвет зелени, в котором виднелась крыша древнего святилища.

— Уже двести пятьдесят лет никто не видел ни одного Хомо. Расслабься… Это может быть кто-то из наших, — она приложила свою изящную ножку в легком сапожке к отпечатку моей ноги.

— У наших такого размера ни у кого нет! Даже у мужчин.

— Кто же мужчину с острова отпустит? Может все-таки Хомо? Пошли, посмотрим!

Две изящные фигуры с хищной грацией неслышно заскользили вверх, настороженно вслушиваясь острыми ушками, поворачивая их в сторону раздающихся звуков, издаваемых птицами. Когда перед ними открылся храм с лежащими дракончиками, они широко раскрыли свои глазища и благоговейно опустились на колени.

— Святилище Шараджей! — прошептали они. — Смотри, Гхолы! Неужели еще сохранились выжившие Драконы⁈

— Если бы сохранились — мы бы об этом знали. А Гхолы скорей всего родились еще тогда, когда война уничтожила жизнь на обоих наших континентах вместе с их родителями.

— Так им больше двухсот лет⁈ Почему же они не выросли?

— Мало тебя пороли в детстве за невнимательность на занятиях! Они без Шараджей не растут и разума у них нет.

— Бедненькие! Смотри какие хорошенькие! Давай одного с собой заберем!

— Заберем… Только с Хомо разберемся сначала!

Глава 3

Небо над нами мигнуло и поменяло расположение и яркость звезд. Скалы вокруг сдвинулись, образуя совсем узкое ущелье. Слава Богу, никакой засады не оказалось, видимо место совсем уж дикое. Температура нормальная, камни — потрогал рукой, теплые. Значит не очень высоко и возможно где то на юге.

— Как ты, Коша? Живой?

— Мы на Земле? Чувствую отсутствие магических потоков.

— Да… Магии здесь нет. Зато есть кое-что другое. Не такое загадочное, но во многих вещах гораздо круче. Скоро сам увидишь. Сейчас поставлю палатку и поспим немного. А то неизвестно что нас днем будет ожидать. — Оглядываю кусочек неба с россыпью звезд, на котором не узнал ни одного созвездия, хотя если честно я и дома кроме большой и малой медведицы ничего не знаю. В очередной раз пожалел о забытом телефоне и активировал артефакт, развернувшийся в походное жилище.

Утро показалось прохладным среди остывших камней. Быстро позавтракали и я потратил некоторое время, стягивая крупными стежками кусок материи вокруг кругленького тела Дракоши, чтобы скрыть его крылышки.

— Не вертись!

— Щекотно! Ай!

— Не ври! Я тебя не уколол.

— А здесь есть Драконы?

— Есть, но такие же неразумные, как те что остались за порталом. Кстати, не знаешь как ваша планета называется?

Малыш замер, будто прислушиваясь к чему-то.

— Планета — Даурия, материки — Рав и Матон.

— Молодец! Можешь же — когда хочешь!

Коша довольно засопел и потерся мордочкой об мои колени.

Мы собрались, спрятали все ненужное в кольцо, оставив походный рюкзак с обычными вещами путешественника и пошли по затененному ущелью, временами перебираясь через завалы осыпавшихся камней. Примерно через час, каменные стены раздвинулись, а солнце осветило одну сторону ущелья почти до середины крутых стен.

— Кажется скоро выйдем… — вглядываюсь вперед, в открывшийся кусочек голубого неба, там где должны были быть скалы. — Вперед!

Мы почти вышли из ущелья, когда слух уловил топот коней и странное улюлюкание. Я присел за камнем, вглядываясь в подобие дороги, к которой мы должны были выйти. Мимо моего изумленного взгляда промчался фургон с четверкой коней, которой управлял ковбой, дико крича и размахивая кнутом. Ему вторили голоса женщин и вопли детей, не видимых за матерчатым тентом. Не успел я обдумать увиденное, как следом промчались натуральные индейцы американских прерий, размалеванные краской и с голыми торсами. Они характерно кричали и размахивали тамагавками и луками.

Пипец! Сердце екнуло, а в голове появился давящий вакуум, окруживший пришедшую мысль: ' Я провалился в прошлое⁈'. Когда поднятая копытами пыль немного рассеялась, я подкрался к выходу и выглянул из-за камней. Фургон застрял посреди мелкой речки, а индейцы насиловали негритянку в разодранном платье.

— Стоп! Снято! — Я вздрогнул и повернул голову в противоположную сторону, где остановилась целая кавалькада автомобилей во главе автобуса, утыканного тарелками спутниковых антенн. Сначала я облегченно выдохнул, а затем до меня дошло, что команда прозвучала на английском языке, вернее на американском, который похож на английский примерно, как мова на русский. Вроде слова знакомые — но ничего не понятно!

Кавалькада машин поехала мимо нас, останавливаясь на берегу речки и разворачиваясь в лагерь. Легковые, автобусы и фургоны жилых домиков. Из них посыпались люди и принялись готовить сцену для крупных планов. Я успел подойти ближе и с удовольствием разглядывал развернувшуюся сцену. Живописный каньон, речка и американский разговор, похоже где-то в Техасе.

— Джон! Почему это по сценарию насилуют только Майру? Я хочу, чтобы меня тоже изнасиловали!

Яркая блондинка с большими буферами насела на режиссера, устроившегося под зонтиком и с удовольствием потягивающего пиво из жестяной банки. Вокруг него крутились помощники и помощницы, создавая рабочую атмосферу киношной суматохи.

— Мери! Тебя ждет твой «любимый». Как он тебя изнасилованную будет спасать? Зритель не поймет!

Все слова звучали на ужасном американском, с большим количеством скрипящих и мычащих звуков уроженца Техаса, что делало понимание прозвучавшего весьма затруднительным. Надо что-то делать! Я решился и минуя толпу актеров, гримеров и прочую мелочь подошел к боссу.

— Доброе утро Сэр!

Сэр перевел свои темные очки в мою сторону и поставил на столик пиво.

— Меня зовут Алекс, и я слегка заблудился. Не могли бы вы взять меня с собой в город?

— Русский?

— Как вы догадались, сэр?

— Только русские так разговаривают, а еще наверное английская королева. Ха-ха-ха! Наш язык, как и вся Америка скатывается в большую яму с дерьмом! Ха-ха! — Он снял очки и встав протянул руку. — Джон Стиклер!

— Алекс! — Пожимаю крепкую ладонь, а Джон стал пристально рассматривать мое лицо и выглядывающего из-за шеи Дракошу.

— Очень интересная фактура! Похож на молодого Кларка Гейбла, только глаза ярче! Хочешь сниматься? Я могу сделать тебя звездой!

— Вообще-то не планировал… Но если вы поможете в моей затруднительной ситуации… можно попробовать.

— Документов нет?

Я кивнул и вздохнул.

— Ха-ха-ха! Да здесь у половины нет документов! Слушай, ты случайно не гей? — Я активно замотал головой, отрицая с явным отвращением на лице.

— Жаль! Мне для картины нужен еще один гей, иначе ее не примут. Где я им возьму здесь пидораса⁈ Хорошо еще героиню отстоял. Представляешь! Хотели сделать героиню афро! Я отказался снимать, а вот с геями пришлось смириться… А давай, скажем что ты гей, и я тебе заплачу за пару эпизодов пять тысяч! Что скажешь?

— Нет!

— Десять!

— Нет!

— Пятнадцать и я помогу тебе с документами!

— Только без всяких пидорских сцен!

— Да я и сам их не люблю! Так что можешь быть спокоен за свою задницу! Ха-ха-ха!

Внимательно слушающие разговор ассистенты оживились, а Мери предложила поселить меня в своем домике, стреляя в меня блудливыми глазками. Я вежливо поблагодарил и отказался, обоснованно опасаясь быть изнасилованным возбужденно дышащей «Самантой».

— Бен! Отведи мистера Алекса в домик к Хуану. Вечером подумаем куда его вставим. Ха-ха! А прикольная у тебя ящерица! Сделаем персонаж в банде Хромого Пита вместе с твоей зеленой подружкой. Ха-ха-ха!

Так неожиданно я из пустынного острова попал в Америку и вдобавок стал членом огромного коллектива киношников, увлеченно снимавших вестерн в жарком Техасе. Меня поселили в домик на колесах, внутри которого были две узкие кровати, столик, душ, кондиционер и холодильник.

— Вот! Занимай эту койку! В холодильнике еда, пиво — все в твоем распоряжении. Не стесняйся!

Я остался один и сгрузил своего питомца на кровать.

— Они не Шараджи! — Донеслась до меня беззвучная мысль. — Почему?

— Не знаю! — Ответил и улыбнулся. — Кровь наверное у нас разная.

— Да. Я это чувствую… Давай поедим!

Я открыл холодильник и выставил из него контейнер с фруктами, с подозрением разглядывая готовые бургеры и всевозможные лотки с готовой едой.

— Пока ешь это, потом рыбу тебе пожарю.