Юрий Цой – Сафари поневоле (страница 12)

— Что-то скучно! — Высказал вслух общую мысль наш командир, после получасового марша по камням.

— Э-э… Олег. Там какая-то осыпь неправильная. — Подал я голос, давно заметив темное пятно на одном из склонов.

— Да? — Командир глянул испытующе и кивнул, согласовав движение в нужную сторону. Мы подошли к круче обнажившую в своем теле выход темного минерала с серебристым блеском. Множество кусков скатилось вниз и надобности куда-то лезть и долбить молотком не было.

— Антрацит? Вроде нет… — Олег поднес кусок к ИМПу, на который немедленно пришел ответ: «Набрать максимально возможное количество и разгрузить в модуль». Пришлось следовать рекомендации и снимать мешки.

— Тяжелый! Падла! — Антон кряхтя распрямился под увесистым рюкзаком и так же как все, неуверенно ставя ноги на неровную поверхность, пошел в конце каравана. Я по дороге не забывал контролировать обстановку и особенно небо, но птички куда-то улетели, и мы благополучно облегчили свои рюкзаки добравшись до модуля.

— Что? Домой? — Спросил Олег, когда все отдышались.

— А что там делать? — Возразил наш Дуремар. — Мне до баб всего двести тугриков не хватает! Давайте еще пройдем только в другую сторону!

Мне хоть и хватало модов, но тоже не хотелось возвращаться с почти пустыми руками. Может эта руда ничего не стоит. Так что, все оказались «за», и мы, дисциплинированно закрывшись защитной сеткой, почапали по надоевшим камням.

— Эх! Давайте хоть травы наберем! — Предложил Антон, чтобы оправдаться за свой оптимизм.

— Вижу пещеру, — сказал я, вглядываясь в очертание темного проема под навесом очередной скалы.

— Двинули, — подтвердил Олег, проследив направление моего взгляда.

Темный тоннель уходил неровными краями вглубь скалы и не предполагал наличие дракона или другого хищника за отсутствием каких-либо следов или разбросанных останков животных.

— Я впереди, как обычно, вы сзади страхуете, — сказал командир и бесстрашно шагнул в темноту, которую я давно просветил и не обнаружил внутри ничего живого.

Живого мы и впрямь не обнаружили, а вот мертвого да! В очень тусклом свете от недалекого входа с трудом угадывались очертания Хомо Сапиенс. Абсолютно голый мумифицированный скелет лежал под стеной небольшого закутка в глубине пещеры, которая расширилась до размеров приличного зала. Частично оголившийся череп прикрывал «парик» рыжих волос, ничем не помогший нам с определением: землянин это или местный дикарь.

— Тут зола! — Воскликнул Сергей, поковыряв ногой мелкие камешки под ногами.

Виктор копьем перевернул мумифицированные останки, под которыми обнаружилась полусгнившая шкура и тыковка для хранения воды, ничего не добавив к разгадке принадлежности погибшего когда-то давно разумного. ИМП пропиликал, «попросив» прихватить пару косточек, и Олегу пришлось поработать патологоанатомом, перекатывая камешком косточки в контейнер для органов.

— Интересно… — Потер подбородок Олег. — Если это Землянин, то сколько времени он тут находится и соответственно мы тут что, не первые? Непонятно! Судя по многим признакам, наши хозяева похожи на слепых кутят. Тыкаются хаотично и никаких планомерных забросов. Что-то тут не вяжется…

— Может его сюда более ранняя экспедиция закинула?

— Кто знает… Вряд ли нам сообщат результаты генетической экспертизы. Давайте присыплем останки. Вдруг это все же наш земляк.

Мы заложили костяк камнями и, пожелав тому спокойного вечного сна, отправились к модулю, справедливо решив, что второй пещеры тут скорей всего нет, а голые камни уже надоели всем.

Руда, которую мы добыли, неожиданно оказалась очень ценной, и наши «работодатели» щедро отсыпали каждому по тысяче модов, чему все, и даже я, несказанно обрадовались и пропали из эфира, видимо отправившись реализовывать свои сексуальные фантазии. Кажется, сегодня Лерке обломится. Ха-ха!

Я же, не торопясь пообедал, покемарил и, набравшись силенок, не спеша отправился отоваривать оплаченный абонемент. Ха-ха! Вспомнил анекдот про умудренного годами быка, имевшего все стадо.

— Ау! У тебя не занято?

— Фу! Плохой! И где тебя воспитывали?

Целую надутые губки и прижимаю за булочки стройные бедра к своему малышу. Тот сразу стал рваться наружу, готовый порвать всех и вся. Вот же боец какой!

— Шучу, конечно! — А сам думаю, что чуть не зарулил на лево, когда в окошке мелькнула азиатка с большими миндалевидными глазами. — Что сначала? Кекс или секс?

Ленусик смутилась и предпочла секс.

— На полный желудок тяжело будет… Ты весишь много!

Весело подхватываю на руки взвизгнувшую подругу и несу в постельку, где медленно и волнительно вынимаю ее великолепие из шкурки, попутно целуя обнажившиеся участки, пока не открылись милые пальчики на ногах и розовые пяточки.

— В-и-и! — Лена оказалась жутко чувствительной к щекотке, и я вдоволь поиздевался над ней, пока она не запросила пощады, свернувшись в клубок.

— Сдаешься?

— Сдаюсь, сдаюсь! Делай что хочешь, только не щекочись.

— Что хочешь, говоришь… — Я посмотрел на ее выпяченный задик и скомандовал: — Становись на коленки!

— Как? Так? Ты что⁈ Хочешь меня в попу трахнуть?

— Нужна мне твоя попа! Поза собачки тебе ничего не говорит?

— Фух! А я уже испугалась! Тебе повилять хвостиком? Хи-хи!

Я пристроился сзади, сравнивая ракурс с Леркиными статями. Ничего, скоро отъестся и тоже будет за что ухватиться. По-хозяйски потеребил пельмешек и с наслаждением втиснулся в тугую писечку. Леночка чуточку покряхтела и с интересом оглянулась через спину на красивого меня в позе гордого Апполона. Подсунув руки под животик, медленно и со вкусом начал совершать древнейший ритуал оплодотворения, сосредотачиваясь на ощущении чувственного скольжения внутри женского животика, который казалось толкал меня в ладони, когда я погружался до конца, упираясь в круглые и упругие булочки. Постепенно темп увеличился, как и острота ощущений, причем взаимная, а Леночку от падения останавливала только кровать, жестко закрепленная к полу.

— А-р-р! — Зарычал я, впрыскивая свои семечки в гостеприимный домик для будущих деток, приоткрывший свою дверцу в момент оргазма его владелицы. Раз другой, третий… Конвульсии удовольствия качали меня на своих волнах, заставляя Леночку елозить по одеялу, в которое она уцепилась обеими руками.

— Ого! — «Собачки» вскоре разъединились, а женская особь пыталась остановить изобилие, вытекающее из ее щелочки. — Откуда столько? Мы же вчера сколько раз⁈

— Ем я хорошо… — Отозвался лежа ничком на кровати и испытывая вялость во всех членах.

— Я тогда в душ схожу. Не уходи никуда! Я скоро…

Еще бы не скоро! Там вся процедура — несколько секунд. Хе-хе…

Так и вышло. Расслабляться долго мне не дали, а придавили пахнущим мятой телом и стали елозить по моим булкам и тыкаться острыми сосками в спину.

— Похожа я на тебя?

— Да… Только ты вставь себе хотя бы зубную щетку…

— Сейчас я тебе вставлю! Жалко только нечего. Хи-хи! Я так и знала, что ты извращенец!

— Да. Я лесбиян! Люблю женщин и иногда девственниц.

— Да! Украл мое сокровище! Теперь не расплатишься!

— А ты корыстная!

— Нет! Я тут чисто «добровольно»! И потом… Мы договорились, что калории буду тратить я, а сам трудился как стахановец!

— Хорошо. Следующий раунд твой. Будешь сжигать калории, а я полежу снизу.

— Да? А я не умею… Давай попробую…

— Попробуй, если оживишь мой отбойный молоток. Хе-хе! Эй! Осторожнее! Это не сосиска и не сосок коровы, который можно доить.

— А он не встает!

— А ты не торопись… Поласкай, поговори с ним…

Ленка посмотрела на меня как на идиота и обиженно легла рядом, повернувшись спиной. Я обнял ее, положив руки под крепкие грудки и уперевшись пахом в две розовые дыньки, между которыми уютно устроился мой корень раздора. Близость доступной цели видимо придала дополнительных сил моему организму, и вялый червячок зашевелился, устремляясь меж сжавшихся булок.

— Ай! Куда⁈ Извращенец!

— Это не я! Это он сам!

— Тогда ложись на спину! И закрой глаза. А то я стесняюсь…

Моя женщина под номером два придавила мне ноги своей попкой и стала играться с членом, как маленькая девочка с куклой Барби, пытаясь уложить его, наклоняя в разные стороны и хихикать, когда моя колбаска ударялась о живот, возвращаясь в исходное положение. Затем она все же вспомнила для чего я здесь и принялась изображать бабочку, которую нашпиливают на иголку, фиксируя ту в определенном положении. Чего смешного она нашла в этот раз я не понял, но тихие смешки затихли только тогда, когда определенные рецепторы внутри ее коридорчика и кнопочка звонка не заиграли определенную мелодию, заставив ее притихнуть, прислушиваясь к ней, и ощущая щекочущее чувство наслаждения, разгорающееся с каждым движением. Понимание процесса вроде пришло, но тело неопытной девушки пошло в разнос, когда ощущения начали зашкаливать, начисто отключая мозг, который отвечал за двигательные функции, отчего Леночка зависла на «булавке», судорожно вжимаясь своим пирожком, не в силах закончить начатое.

Вот! Даже природа говорит! Женщина должна быть снизу! Переворачиваю полубессознательное чудо и даю ей «угля», доведя уже до полной потери чувств после острого оргазма, вызвавшего болезненный вскрик. Довольный посмотрел на дело своих «рук» и с удовольствием кончил в расслабленное подо мной тело. Ай, да я!