Юрий Цой – Когда приходит детство (страница 25)

Утром пришлось раскладывать скрученные фотографии между листами книг, чтобы они приняли привычный плоский вид, жалея что не могу уже сегодня показать их классу. Придется еще глянцеватель покупать! Вот же геморрой! Когда еще наступят те времена, когда сдал пленку, а назад получаешь готовые фотки. Хочешь цветные, хочешь черно-белые. А пока будем тренироваться!

Восьмой класс – выпускной! В конце года экзамены и получение аттестата о неполном среднем образовании. После него можно пойти в профессиональное училище или поступить в техникум. Из предметов нам добавили черчение и НВП (Начальную Военную Подготовку), которая проводилась отдельно для девочек и мальчиков. На первом же уроке высокий военрук принес в специально выделенный для этого предмета класс несколько образцов ручного оружия и принялся объяснять затаившим дыхание пацанам устройство автомата Калашникова, а в конце, о чудо! Нам разрешили все потрогать своими руками! Мы похватали тяжелые машинки для убийства и принялись целиться в окна, отражая воображаемую атаку фашистов. Кроме пары калашей, в арсенале школы был автомат ППШ (Пистолет пулемет Шпагина), два карабина Мосина, мелкашка и ручной пулемет РПК. Все это на уроках разбиралось и собиралось и в конце года каждый легко мог разобрать Калаш за семь, десять секунд и собрать за двадцать или даже меньше.

А пока у нас сегодня первый полный учебный день, на котором отдохнувшие учителя и дети расслабленно внимали друг другу, потому что учителям тоже интересно как детишки провели лето. А русичка сразу же задала домашнее сочинение на эту тему. Кстати, на выпускных экзаменах сочинение будет первым номером программы. Надо постараться!

- Саша, Валера! – Темненькая Маринка по привычке обратилась сразу к двоим. – Вы где лето провели?

- Я как обычно – у бабушки в совхозе, - отвечаю первым.

- А я в городе, - Валерка не выглядел грустным, а я задумался, чем он без меня занимался в городе, если ему даже купаться не разрешают. Наверно было чем заняться. Может в сочинении напишет.

- А мы ездили на море! Такое большое!

- Наше?

- Нет, Черное!

- Вода черная?

- Балбес! Сам ты – черный! – Девочки засмеялись, а в класс вошла математичка, которая ни разу не поинтересовалась нашими делами, а с ходу вдарила по нашим расслабленным мозгам.

- Рациональные дроби и их свойства! – и принялась заполнять доску ровными рядами чисел.

Девушки на задней парте обреченно вздохнули, но очень тихо, так как математичка по совместительству была еще и завучем и не терпела нарушителей дисциплины.

На первой же тренировке после возвращения в город, Хасан дождался когда я закончу разминку и повел меня в эллинг с спортивным инвентарем.

- Бери эту лодку! Пора тебе по воде "побегать"!

Он подхватил свое каноэ, а я водрузил на плечи легкую байдарку, засунув в ее нутро весло. Погода была вполне купабельной и загорелые детишки приветствовали спортсменов, прервав свои забавы в воде. И не зря! Я устроил для них бесплатное представление, когда уверенно погрузил в воду лопасть весла, делая первый гребок. Лодка оказалась неожиданно верткой и сразу же качнулась вслед моему движению, а я с веслом в руках ухнул под воду с головой. Тренер видимо ожидал подобного, как и мальчишки, покатившиеся от хохота от такого быстрого старта. Вынырнул и, подобрав поплывшее по течению сиденье, потянул фанерную посудину к берегу.

- Надо держать равновесие. Смотри! Весло вниз- корпус в обратную сторону, но не сильно. Иначе не успеешь сразу вернуться после гребка и перевернешься в другую сторону.

Я покивал и занырнул уже на втором гребке. Делаю успехи, однако! Когда я искупался несколько раз, из-под меня вытащили сиденье, таким образом понизив центр тяжести в легкой байдарке. Стало полегче удерживать равновесие, но я все равно умудрялся перевернуться, когда излишне начинал верить в свое умение. Мокрый, но довольный вернулся с реки в секцию, приняв бесчисленное количество крещений в речной купели в борьбе за поиск неуловимого равновесия. Ничего! Как минимум месяц у меня есть, пока не похолодает.

Месяца у меня не оказалось, так как я совсем забыл о всереспубликанской эпопее борьбы за показатели количества собранного «белого золота». Спустя всего две недели учебы, наш класс сидел в автобусе, забитым выше головы раскладушками, теплыми вещами и сумками с едой. Нам сказали, что вернемся только в ноябре, поэтому у всех помимо обычной обуви имелись в комплекте кирзовые сапоги и короткие ватники, прошитые нитками в вертикальные полоски валиков. Такой, понимаете, вариант советского пуховика. Моя тушка очередной раз подлетела к потолку, когда автобус подпрыгнул на кочке проселочной дороги. Девочки радостно взвизгнули, прервав на пару секунд песню про «Синий иней», а мальчишки засмеялись, отгребая от себя свалившиеся на головы вещи.

На этот раз «хлопкоробов» расселили по глинобитным домам, выделив по комнате с железной печуркой почти по середине помещения, имеющего глиняные стены и такой же пол. Для разнообразия ответственным за наши души назначили учителя физкультуры, которого поселили отдельно. Мы шустро расставили раскладушки вдоль стенок, с небольшими проходами, чтобы только можно было подойти и завалиться в ее ложе.

Наши штатные «хулиганы» тут же задымили папиросами, демонстрируя остальным свою взрослость.

- Спорим, что вы закурите до конца уборки! – Высказал мысль Макс (Максет), пыхнув к потолку дымом. Кто-то забился, я же проигнорировал подобный подкат, понимая необязательность ответа. К слову сказать, на удивление, закуривших в конце сезона оказалось всего двое, доказавших свое подчиненное состояние и следование указаниям лидеров, которые не брезговали оттачивать на слабых свои навыки по управлению людьми.

Вечером хозяйка поставила на нашу печку большой эмалированный чайник, наполненный молоком. Когда он почти закипел, в него была насыпана почти половина пачки чая сразу выдав в атмосферу вкусный и непередаваемый запах. Кара-чай оказался очень вкусным и сладким, которым мы с удовольствием запили домашнюю снедь. Кому-то родители положили дефицитную колбасу и вяленое мясо, а в основном было много тушенки и других консервов. Мы с удовольствием потребили всего понемногу в прикуску со свежей лепешкой, выданной все той же хозяйкой, закутанной в белый платок. Голая лампочка под потолком украсилась куском недоеденной колбасы, а пацаны разлегшись по своим раскладушкам принялась травить байки, которые по меркам далекого будущего были вполне невинны для подростков нашего возраста. Всего пара анекдотов с псевдопикантной историей, которую в моем будущем признали бы не пошлей детского стишка. Даже материться по-настоящему никто еще не начал. Я не заметил как заснул и мне не помешал ни свет, ни разговоры, подтверждая здоровье моей психики и работавшего как часы организма.

- Подъем! Родина зовет! – Физрук нарисовался по наши души, выполняя свои обязанности по доставке работников к полям хлопчатника. – Умываться и завтракать! Жду всех у девочек через сорок минут!

Мы сходили в туалет, умылись из ведра, поливая друг другу ковшиком и позавтракав пошли в сторону девичьего пристанища. Дома тут стояли далеко друг от друга и были обсажены небольшими полями с кукурузой, подсолнечником и посадками овощей. У дома девочек на пригорке стоял трактор с большими задними колесами, а вокруг хаотично были разбросаны подвесные приспособления и две тележки с высокими сетчатыми бортами для перевозки хлопка.

- Берем фартуки! – Подал голос ЮрВал, дождавшись когда наша ватага смешается с девичьей половиной.

– Смотрите! Берем две лямки и обвязываем ими пояс, а две другие связываем бантиком и одеваем на шею. Получается, как сумка у кенгуру.

- Ха-ха-ха! – Все засмеялись, а самый шустрый Алешка принялся скакать, сложив руки у груди.

Разобравшись с инвентарем, двинулись на поле все еще зеленевшее не опавшей листвой и украшенное белоснежными ватными цветами раскрывшихся коробочек. Каждый из учеников встал в рядок между двумя грядками кустов хлопчатника, не заняв при этом и четверти небольшого поля, протянувшегося в длину больше двухсот метров. Солнце выглянуло из-за небольшой тучки, словно давая свое благословение на наш труд, и я впервые коснулся мягкой ватной подушечки, распушившейся из раскрывшейся коробочки, напоминавшей зеленый грецкий орех, только немного больше. Ну, с богом!

Казавшееся по началу плевое дело, через час заставило с трудом распрямить спину, а еще через некоторое время присесть прямо на свесившийся почти до земли мешок с хлопком, удобно принявший на себя мою поджарую пятую точку. Оглянулся вокруг, увидев что я не одинок в своем стремлении отдохнуть и принялся разглядывать руки, покрывшиеся царапинами и заусеницами от острых выступов раскрывшейся коробочки. Сам же хлопок представлял из себя привычную вату, разделенную на пять пушистых долек, скрывавших в себе несколько семечек, похожих на лимонные, только слегка мохнатые. Ха-ха!

До обеда с трудом дотянул до конца борозды и, развязав фартук, с грустью взвесил на руке свой невеликий урожай, вряд ли достигавший и десяти килограмм. Вот же гадство! Тяжело пошло! На удивление дисциплина работы оказалась вполне на серьезном уровне, когда четко в пять часов мы понесли свои в разной степени наполненности мешки к подъехавшему трактору с весовщиком и треногой, на которой повесили весы в виде металлической рейки с передвигающейся гирькой на ее оцифрованной шкале. Восемнадцать килограмм! Это сколько же надо работать, чтобы собрать сотню, которую набирали местные селянки, если судить по статье в местной газете. Усталые вернулись в свой дом и полегли, как добрые молодцы после битвы по своим спальным местам.