Юрий Тимофеев – Общевойсковой визионер Часть 3. Время войн — время перемен (страница 3)
Новые песни об армии потеснили песни времён Гражданской войны, и, конечно же, при И. Сталине такие вещи не могли быть и не были случайностью.
Во время войны быстро исчез так называемый пролетарский интернационализм.
В первые месяцы войны советские коммунистические листовки взывали к классовой сознательности немцев, утверждая, что германским рабочим и крестьянам незачем воевать с советскими рабочими и крестьянами, что они братья по классу. Однако эта идея не имела успеха: немцы ощущали себя представителями нации, а не класса. Народы, населявшие территорию СССР, германский нацизм не считал себе равными.
«Унтерменш» — философско-антропологический, а впоследствии пропагандистский расистски-евгенический термин в идеологии немецких национал-социалистов. Он обозначал «низших людей», представителей «низших рас».
К «унтерменшам» относили не только коммунистов, но и славян (в том числе этнических поляков, белорусов, украинцев, русских, сербов), евреев, цыган, «мишлингов» (лиц смешанного «арийского» и неарийского происхождения), а также негров. Кроме того, к «унтерменшам» причисляли людей с физическими и умственными недостатками, гомосексуалистов, транссексуалов, политических диссидентов, а в редких случаях — военнопленных армий западных союзников.
В православии фраза «Братья и сестры» имеет глубокое духовное значение и связана с идеей духовного родства всех верующих во Христа. Это обращение выражает единство христиан, их братство во Христе, основанное на общих духовных ценностях и принадлежности к Церкви. Надо отдать должное – И. Сталин пусть и с опозданием, но понял, что на самом деле является важным для народа. Конечно это не привнесённый с Запада чуждый народам СССР коммунизм.
Вслед за переименованием Рабоче-крестьянской Красной армии в Советскую армию и Военно-морской флот были переименованы народные комиссариаты в министерства (имперские). Империализм проникал во все государственные институты. Постепенно в деловой бюрократический государственный язык вошло название «Вооружённые силы СССР».
А тем временем фронтовики возвращались домой…
Писатель Василь Быков сокрушался:
В сентябре 1947 года ветеранам войны, в том числе Героям Советского Союза, отменили денежные выплаты за ордена и медали («наградные»), право бесплатного проезда в трамваях, поездах, на пароходах и льготы по оплате жилья.
Поэт и писатель Вячеслав Кондратьев вспоминал:
По мнению историка Дмитрия Шунякова, демобилизация огромного количества фронтовиков в сжатые сроки существенно усугубила криминогенную ситуацию в послевоенные годы. Уровень преступности в СССР в 1946 году вырос на 20 %, а в 1947 году — на 46 %.
Бандитов власть уничтожала физически, с другой категорией бывших фронтовиков поступили циничнее. Речь о тех, кто своим видом портил парадный фасад Победной столицы СССР.
«Самовары» — пренебрежительное прозвище, которое в СССР использовали для обозначения инвалидов, вернувшихся с фронта после Великой Отечественной войны и лишившихся всех конечностей.
После войны было огромное число калек — так называемых «самоваров». Людей без рук и ног, передвигающихся на самодельных тележках, можно было встретить на любом рынке или вокзале. Они побирались, давили на жалость, играли в напёрстки и нередко спивались от безысходности.
На советских пропагандистских плакатах Солдат-Победитель — красавец, широкая грудь и плечи, на груди боевые награды.
На улицах — искалеченные люди в тяжёлой жизненной ситуации.
Этот контраст — немая критика в адрес И. В. Сталина.
Далеко от столиц этот контраст как-то ужился, всё стерпелось.
В Москве и Ленинграде власти были более решительными и циничными. С теми инвалидами, у которых были семьи, провели работу с жёнами и другими членами семьи. Тем, у кого семьи не было, была уготована дорога в «специнтернат». Для инвалидов создали сеть «специнтернатов». Самым известным из которых был остров Валаам. Героев, отдавших здоровье за Родину, изолировали, чтобы не портить настроение здоровым строителям коммунизма.
«В глазах мил, за глаза постыл».
В то время так решали проблемы социального напряжения.
А как решали проблему политических рисков?
Перед войной популярные полководцы были расстреляны или помещены в ГУЛАГ.
С полководцами Победы так поступить уже было нельзя. Почему?
Главным полководцем Победы был Георгий Константинович Жуков. Маршал Победы, его авторитет был подлинным.
Г. К. Жуков — это человек, который делил с И. В. Сталиным трибуну Мавзолея в день величайшего триумфа, имел особый авторитет.
В основе авторитета Маршала Советского Союза Г. К. Жукова было следующее:
1. Народный культ, а не партийный. Его авторитет шёл не от должности, а от результатов иногда уже безнадёжных дел: спасённая Москва, снятая блокада Ленинграда, взятый Берлин. Он был живым символом Победы, и эта любовь армии и народа была неподконтрольна И. В. Сталину.
2. Призрак «бонапартизма». Суровый полководец с беспрецедентным влиянием в войсках, с воинской дисциплиной, возведённой до абсолюта.
3. Г. К Жуков знал если не всё, то очень много. Он видел и хорошо понимал ошибки и панику 1941 года. Он был главным свидетелем и легко мог развеять миф о И. В. Сталине как о гениальном стратеге. Более того – он мог и упрекнуть, в какой-то неподходящий момент или даже обвинить.
И. В Сталин нейтрализовал эту угрозу политически тонко, почти безупречно с политической точки зрения. Не репрессиями, а изощрённой политической игрой:
— Ссылка: 1946 год — его отправляют командовать далёкими второстепенными по тем временам военными округами.
— Унижение: 1948 год — «Трофейное дело». Его обвиняют в мародёрстве и заставляют публично каяться, ломая образ непогрешимого героя.
— Тотальный контроль госбезопасности: его лишают любой реальной власти. Он превращается в опального маршала.
После удачной операции по нейтрализации Г. К. Жукова приступили к нейтрализации других полководцев.
МГБ СССР и лично его глава Виктор Абакумов запустили два громких процесса: «Трофейное дело» («Генеральское дело») и «Авиационное дело». Вчерашних кумиров обвиняли в мародёрстве, злоупотреблениях и «антипартийных разговорах».
Военную элиту быстро и эффективно разобщили.
Новиков Александр Александрович — командующий Военно-воздушными силами Красной армии, главный маршал авиации. Его арестовали, допрашивали и пытали.
Далее не будем перечислять другие примеры. Принцип читателю, думаем, и так понятен.
Многих генералов разжаловали.
Партийный и государственный аппарат усвоили, что войну выиграл государственная система, партия, а не маршалы и генералы. Народу начали разъяснять что Армия – это всего лишь элемент государственной бюрократической машины. Народ быстро усвоил что страна победила и победила под руководством «Великого Сталина!» - единоначальника.
Армия не может быть политическим субъектом – запомните это товарищи генералы.
После всего этого перед Новой армией встала новая задача: предстоял технологический рывок в атомную эру Первой Холодной войны.
Данный этап реформы — далёкая от идеологии военно-техническая работа. Технологический рывок стал вопросом выживания СССР.
Сталин всегда был циничным реалистом. Он с огромным вниманием и уважением относился к мнению Алексея Иннокентьевича Антонова (1896–1962) — с декабря 1942 года начальником Оперативного управления Генерального штаба, генерал армии, член Ставки ВГК, начальник Генерального штаба в 1945–1946 годах, первый начальник Штаба Объединённых вооружённых сил стран ОВД. Участвовал в разработке практически всех значимых операций советских войск в Великой Отечественной войне. Участник Ялтинской и Потсдамской конференций союзников.