Юрий Тавровский – Си Цзиньпин. Новая эпоха (страница 2)

Создателем новой «красной династии» можно считать Мао Цзэдуна. Он был у руля почти три десятилетия, с 1949 по 1976 г. Его колоссального интеллектуального ресурса и стремления к неограниченной власти хватило на великое дело объединения Китая. Однако у «великого кормчего» не было стратегического плана развития нации, он осуществлял непродуманные эксперименты, шарахался из стороны в сторону и в результате почти довел Китай до очередного распада на «воюющие царства».

Дэн Сяопин нашел для Китая оптимальный путь развития – курс «реформ и открытости». Партийная школа ЦК КПК. Пекин

«Красную династию» спас Дэн Сяопин, объединивший вокруг себя целый слой мудрых и опытных партийных и государственных деятелей, которых чуть было не «закопали живьем», как конфуцианских ученых при Цинь Шихуан-ди. Вместе эти люди положили быстрый и бескровный конец безумной деятельности наследников скончавшегося в 1976 г. Мао Цзэдуна и нормализовали жизнь в стране. Тогда у Дэн Сяопина появился шанс материализовать свое представление о будущем Китая, но он успел сделать только первые шаги в реализации политики «реформ и открытости». Сопротивление приближенных и болезни положили конец активной реформаторской деятельности Дэн Сяопина. Его наследники следовали заветам «архитектора реформ» почти три десятилетия, но данный им импульс постепенно затухал, а вместе с этим накапливались нерешенные проблемы экономической и социальной жизни.

Эпоха Си Цзиньпина

Новая эпоха пришла в Китай в конце 2012 г. с появлением во главе правящей партии Си Цзиньпина. Похоже, что еще до прихода к власти у него сложилось собственное видение будущего Китая, выходившее довольно далеко даже за пределы 2049 г., когда должен быть выполнен план «китайской мечты о великом возрождении китайской нации». Это видение включает самые разные аспекты будущего Китая: экономику, социальную жизнь, государственное устройство, идеологию, культуру, место в глобальной политике…

Для каждого аспекта была продумана отдельная заготовка, которая становилась повесткой партийных пленумов, решений парламента и действий правительства. Запас новых идей не был исчерпан за прошедшие пять лет. Это показал XIX съезд КПК – Си Цзиньпин переполнен планами обустройства своей страны. Эти планы подчас радикальные и неожиданные, или, как стало модно писать, инновационные. Си Цзиньпин торопится реализовать свои инновационные планы за время «окна возможностей», открывшегося перед Китаем в XXI в. Именно поэтому одна за другой появляются экономические концепции и внешнеполитические инициативы. Не только иностранные, но и китайские политологи едва успевают проанализировать и прокомментировать одно нововведение, как появляется следующее.

За время работы над новой книгой мне пришлось серьезно расширять главы об экономических реформах, борьбе с коррупцией, внешней политике и китайско-российских отношениях. Заново были написаны главы о крайне важных V и VI пленумах, о XIX съезде КПК, который одобрил теоретические новации и практические результаты деятельности Си Цзиньпина за пять лет и выдал ему «мандат» на дальнейшие инновации.

Закономерно встает вопрос о происхождении все новых масштабных инициатив Си Цзиньпина. Корни неожиданных на первый взгляд стратегических концепций и политических кампаний первых пяти лет пребывания на высшем посту можно найти в его биографии, его жизненном опыте.

Ставшая первой частью инициативы «Пояс и путь» концепция Экономического пояса Шелкового пути могла быть навеяна воспоминаниями о родине отца и местах собственной ссылки в провинции Шэньси, откуда начинался трансконтинентальный торговый маршрут древности. Вторая часть «Пояса и пути», концепция Морского шелкового пути, могла быть обдумана еще в долгие годы работы в провинциях Фуцзянь и Чжэцзян, откуда веками отплывали в дальние края торговые флотилии. Истоки непримиримости к коррупционерам разного масштаба, «тиграм», «мухам» и «лисам», прослеживаются со времен борьбы с жадными провинциальными чиновниками еще на ранних этапах политической карьеры Си Цзиньпина. Склонность к долгосрочному планированию и выдвижению стратегических концепций оттачивалась в годы руководства отсталыми уездами и вырвавшимися вперед приморскими провинциями. Даже очень неожиданный для не говорящего по-русски человека интерес к русской и советской литературе можно объяснить чтением из-под полы запрещенных маоистами «ревизионистских книжек», рассказами всего раз побывавшего в Советском Союзе отца.

Генетический код патриотизма и верности идеалам

Настоящим открытием для меня стала судьба отца нынешнего китайского лидера, Си Чжунсюня. Поверивший в торжество справедливости и еще в юности ставший профессиональным революционером, этот человек пронес свои идеалы через два десятилетия партизанской войны, не раз рисковал получить пулю и от врагов, и от «друзей». Оказавшись в числе торжествующих победителей, он не «забронзовел» на высоких постах и не сломался за полтора десятилетия незаконных репрессий. Он сохранил верность коммунистическим идеалам юности, жажду созидания во имя своей Родины. Один из создателей освобожденных районов Северо-Западного Китая, Си Чжунсюнь выдвинул и осуществил замысел создания специальных экономических зон на юге страны, ставших витриной и мотором «социализма с китайской спецификой».

Размышляя над превратностями судьбы Си Чжунсюня, я стал лучше понимать его сына, который тоже чуть не погиб в черные годы «культурной революции», но сохранил веру в правоту дела социализма, в благотворность красного знамени для судьбы Китая. Искреннее желание улучшить жизнь своего народа, нетерпимость к паразитирующим на его теле коррупционерам заставляют Си Цзиньпина идти на весьма рискованные шаги в борьбе с высокопоставленными «тиграми».

Как исследователя внешней политики меня сначала удивила, а потом вдохновила небывалая активность китайского руководителя на международной арене. Подобно первому китайскому авианосцу «Ляонин», Си Цзиньпин покинул освоенные прибрежные воды и вышел на неспокойные просторы мирового политического океана. В этом тоже проявляется его личная мечта о возрождении величия китайской нации.

Активность Си Цзиньпина проявляется в области теории – достаточно вспомнить инициативу «Пояс и путь» и разрабатываемые в последние пару лет новые подходы к определению роли Китая в глобальном управлении. Выбор концепции «Общей судьбы человечества» в качестве внешнеполитической доктрины на XIX съезде КПК впервые за несколько веков придает дипломатии Китая всемирный масштаб. Активность председателя Си Цзиньпина впечатляет и в сфере практической дипломатии – высокоэффективные зарубежные визиты, успешное проведение в Китае крупных международных форумов, создание фундамента новой мировой финансовой системы.

Не будет преувеличением сказать, что с началом правления Си Цзиньпина «второе дыхание» получили китайско-российские отношения. Координируются действия на мировой арене, не на словах укрепляется стратегическое партнерство в области глобальной и региональной безопасности, развивается торгово-экономическое сотрудничество. Но главное – растут взаимное доверие и симпатии между Пекином и Москвой, между руководителями и народами двух стран.

Цзюньцзы значит «благородный муж»

Анализ слов и действий руководителя другого государства в течение всего пяти лет, наверное, не дает мне права делать окончательные выводы о нравственных качествах Си Цзиньпина. Но пока складывается впечатление, что перед нами классический цзюньцзы, «благородный муж» в формулировке Конфуция.

В юности в исключительно сложных условиях он, словами Учителя, «обратил свои помыслы к учебе».

В 30 лет «встал на ноги», успешно управлял целым уездом.

В 40 лет «освободился от сомнений» и начал смелые эксперименты в возглавляемой им провинции.

В 50 лет «познал волю Неба», стал готов и к падениям, и к уже маячившим за горизонтом взлетам.

В 60 лет только что ставший руководителем Поднебесной Си Цзиньпин «научился отличать правду от неправды», возглавил движение за возрождение своей нации и против всего, что этому мешает.

Согласно Конфуцию, в 70 лет, то есть в 2023 г., уже после завершения второго пятилетнего срока управления Китаем, Си Цзиньпину предстоит «следовать желаниям сердца и не переступать меры» («Луньюй», 2-я глава, перевод Л. С. Переломова).

Как и подобает «благородному мужу» цзюньцзы, Си Цзиньпин хранил верность попавшему в беду отцу, заботится о престарелой матери.

Как и подобает «благородному мужу», он создал крепкую семью, найдя себе достойную пару, Дракон обрел Феникса. История выдающейся исполнительницы народных песен и яркой творческой личности Пэн Лиюань поразила меня своей драматургичностью, достойной целого романа. Даже в непростых условиях сохранить семью, обеспечить продолжение рода – тоже обязанность гармоничной личности – цзюньцзы.

Но самая главная обязанность «благородного мужа» – это следовать путем высокого государственного служения, не уклоняясь с него, несмотря на все соблазны и риски, не нарушать принципы морали.

Завершив новую книгу, я еще отчетливее вижу перед собой трехмерный образ Си Цзиньпина – человека высокого интеллекта, твердых убеждений, трезвого подхода к настоящему и творческого к будущему. Надеюсь, что такое же ощущение возникнет и у читателей.