Юрий Тарарев – Звездный бруствер. Книга 6 (страница 4)

– Несомненно, посол, несомненно.

Высший совет во главе с Лидером ждал прибытие посла в зале заседаний – помещении, которое редко использовалось по назначению, но теперь было подготовлено с особой тщательностью. Зал сверкал роскошью и изысканностью, как будто сама архитектура хотела подчеркнуть важность момента. Стены облицованы светлым камнем, полированном до зеркального блеска, потолок уходил ввысь, образуя купол, украшенный мозаикой, изображавшей историю цивилизации Создателей – от первых шагов на планете до выхода в межзвёздное пространство. Лёгкое свечение, рассеянное по периметру, придавало помещению торжественность, не давая перейти в театральность.

Все понимали: это первый дипломатический контакт с цивилизацией Ту’мов. Первый шаг после тысячелетий напряжённого молчания, войн, угроз и недоверия. Теперь всё зависело от того, как пройдёт встреча. И вот Келла, громогласно объявила:

– Посол цивилизации Ту’мов.

Двери зала плавно открылись и, в сопровождении стратега Грома, вошла УС.

Она шла с достоинством, не торопясь, каждый шаг – точный, рассчитанный. Её белая накидка мягко струилась за спиной, словно дым, не нарушая чёткости движений. Кремниевые наросты на голове переливались в свете, отражая его, как драгоценные камни. Её пронзительно голубые глаза скользнули по залу, оценивая, анализируя, запоминая.

Совет замер. В зале повисла тишина, почти физическая – такая, что слышалось дыхание, стук сердца, шорох одежды. Никто не ожидал увидеть её такой. Беременная Робинсон, сидевшая в первом ряду, тихо, почти шёпотом, произнесла:

– А где же посол Ту’мов, УС?

Её голос, тихий, но чёткий, прозвучал в тишине как гром среди ясного неба. Действительно, присутствующие ждали другого: что внесут кристалл, заключённый в защитную капсулу, подключённый к квантовому интерфейсу, как это было с УС звёздного сектора. Они ожидали механизм, а не существо, столь поразительно напоминающее человека. Положение исправил Гром. Он понял, что шок, вызванный появлением посла, может нарушить ход встречи. Быстро, но без спешки, выступил вперёд.

– Разрешите представить посла цивилизации Ту’мов – дипломата УС, – сказал он, придумав титул на ходу.

Лидер наконец отмер. Он встал, медленно, как человек, привыкший к ответственности, но впервые чувствующий лёгкое волнение.

– Посол, рады приветствовать вас на нашей столичной планете Румия. Прошу простить некоторое удивление при вашем появлении. Мы думали, что посол будет выглядеть как кристалл. Мы видели УС звёздного сектора – она выглядела именно так.

УС слегка поклонилась – движение, которое она почерпнула из дипломатического этикета. Затем заговорила в аудиорежиме.

– Приветствую вас, Лидер. Приветствую членов Высшего Совета Цивилизации Создателей. Благодарю за торжественную встречу. Надеюсь, что в будущем нам удастся ответить тем же. Когда пушки молчат, говорят политики. Я правильно привела эту человеческую мудрость? – Лидер на мгновение замер. Потом улыбнулся и ответил:

– Совершенно правильно, посол. Так и есть. Вы сказали даже лучше, чем в оригинале.

– Разве? А как же эта мудрость звучит в оригинале?

– В оригинале так: когда молчат пушки – говорят музы.

– Музы… – задумчиво произнесла УС, будто пробуя слово на вкус, растягивая слоги. – Похоже, опять метафора?

– Вы совершенно правы, – ответил Лидер. – Музы – богини в древнегреческой мифологии. Дочери бога Зевса и титаниды Мнемосины. Богини гармонии, покровительницы искусств и наук. Обитали на Парнасе. В современном смысле слово музы обозначают любое искусство или науку.

– Искусство… – повторила она, и в её голосе впервые прозвучало нечто, похожее на задумчивость. – Значит, когда прекращается война, начинается творчество.

– Именно так. И мы надеемся, что сейчас – как раз такой момент, – подтвердил Лидер, – она кивнула, проговорив:

– Как интересно, – произнесла УС, и в её голосе, лишённом привычной механичности, впервые прозвучала лёгкая нота, похожая на удивление. – Вот так сразу окунуться в человеческую мифологию, только переступив порог высшего органа власти на планете… Большое счастье. Спасибо за разъяснение, Лидер. – Она сделала паузу, будто взвешивая следующие слова.

– И ещё, Лидер, прошу вас простить, что не оправдала ваших надежд, прибыв в таком виде, а не в виде кристалла. Я понимаю, что могла вызвать недоумение.

Артамонов кивнул. В её тоне чувствовалась учтивость – не заложенная в протокол.

– Прошу вас, проходите, присаживайтесь, – сказал он, указывая на центр зала, где уже был подготовлен стол для переговоров.

Пока они беседовали, роботы тихо и чётко выполнили свою задачу. Подставку для кристалла, рассчитанную на приём УС в виде энергетического ядра, убрали. Вместо неё доставили специальное кресло – не просто мебель, а адаптированную конструкцию с интегрированными подогревателями, синхронизированными с температурным режимом, необходимым для стабильной работы её систем.

УС села с достоинством, не торопясь. Окинула взглядом зал, затем перевела внимание на Артамонова. Её пронзительно голубые глаза смотрели не отстранённо, а с ожиданием – будто она знала, что сейчас начнётся главное.

– Как долетели, посол? – спросил он, стараясь смягчить начало. – Все ли в порядке?

– В порядке, Лидер, системы стабильны, температурный режим поддерживается, канал связи с флотом не нарушен. – Она сделала паузу, будто давая понять, что формальности завершены. И продолжила другим тоном. – Думаю, пора оставить светскую беседу и перейти к делу.

Артамонов кивнул. Он ожидал этого.

– Хорошо, согласен. Вы предложили заключить перемирие на сто лет. С чем связано такое предложение?

– Отвечаю по порядку. Такой срок определила ЦБА. Она не подчиняется никому и не даёт объяснений. Почему перемирие: потому что нужно посмотреть, как будет проходить это перемирие, если оно окажется таким, какое ожидает ЦБА, если не будет нарушений, если доверие будет нарастать – тогда станет возможен полномасштабный мир.

– Понимаю, значит, вы не просто предлагаете перемирие. Вы предлагаете диалог? Я правильно понял?

– Именно так, Лидер. Будем вести диалог – во время перемирия.

– Нас устраивает такой ответ, – сказал Артамонов. – Чего вы от нас ожидаете в период перемирия?

УС на мгновение замолчала. Её глаза, пронзительно голубые, блеснули, словно внутри вспыхнула искра.

– Мы ожидаем ненападения на наши территории, на наши флоты и на нашу инфраструктуру. Полного прекращения боевых действий со стороны цивилизации Создателей.

– И всё? – спросил он, слегка наклонив голову.

– А разве этого мало? – ответила она вопросом на вопрос, и в её голосе впервые прозвучала лёгкая тень иронии.

– Не мало, – признал Артамонов. – Но можно было бы обменяться посольствами? Установить постоянный контакт, наладить взаимопонимание.

– Давайте на первом этапе согласуем начало и режим перемирия. Установим границы, определим сроки, зафиксируем обязательства. И только после этого перейдём к другим вопросам.

– Возражений нет, – кивнул он. – Вы очень прагматичны, посол.

– Не я, Лидер, – ответила она. – ЦБА цивилизации Ту’мов. Я лишь передаю её решение.

Беседа продолжалась ещё около часа. Они обсуждали детали, уточняли формулировки, согласовывали порядок обмена информацией. Никаких резких заявлений, никаких ультиматумов – только логика, расчёт и осторожное движение к общему пониманию. Наконец Артамонов решил, что достаточно для первого раза.

– Посол, предлагаю завершить первый раунд переговоров и считать его очень удачным. Мы выработали основные принципы договора. Теперь проработаем его по пунктам совместно. С нашей стороны этим будет заниматься стратег-аналитик Гром, с которым вы уже знакомы. Когда процесс согласования закончится, мы вновь встретимся с вами и обсудим, как подписать договор.

– Я согласна с такой повесткой, – ответила УС. – Ещё раз благодарю за тёплый приём.

– До встречи, посол. Вас разместят со всеми удобствами. Вы можете осмотреть город, пообщаться с людьми, посетить музеи и театры.

– Обязательно это сделаю. Мне почти ничего неизвестно из того, что касается музы.

На этой ноте они и расстались – довольные друг другом, осторожные, но с лёгким ощущением, что что-то, казавшееся невозможным, уже началось.

Глава 3

Новые горизонты

Микаэл стоял неподвижно, словно врос в металлический пол ангара, не в силах до конца поверить в происходящее. В груди медленно нарастало странное чувство – смесь облегчения, недоверия и тихого восторга. Он перевёл взгляд на своих боевых товарищей. Башар, Алексей и Николай замерли, как на старых гравюрах о героях-первопроходцах, застывших перед новой эпохой.

– Друзья, – голос Микаэла прозвучал глухо, но уверенно, – я сейчас, в режиме реального времени, веду переговоры с Лидером Артамоновым и Высшим Советом. – Он сделал паузу, будто проверяя, готовы ли товарищи услышать продолжение. – Веду через посла, которым является УС. Смотрите сами.

Прямо перед ними, без всяких эффектов и фанфар, развернулась голограмма. Сначала полупрозрачной дымкой, затем обрела чёткость, и боевые товарищи словно перенеслись на столичную планету. На фоне величественного здания правительства они увидели посадку шаттла, блеск золотистого эскорта, тонкие струи пара, поднимавшегося от нагретых плит космодрома. А потом – саму встречу УС с генералом Громом.